Все новости
Курбатов: Кабанов – игрок "Салавата" на три года
Фото: khl.ru

Курбатов: Кабанов – игрок "Салавата" на три года

О действующем ещё три года контракте Кабанова-сына с "Салаватом" и несостоятельности и меркантильности претензий Кабанова-папы...
Хоккей

Дмитрий Курбатов, директор КХЛ по организации и проведению спортивных мероприятий, искренне удивляется многочисленным претензиям отца нападающего «Салавата Юлаева» Кирилла Кабанова, Сергея, к уфимскому клубу, к «Спартаку», который обменял своего воспитанника в «Салават» по его, Кабанова, желанию, и к самой КХЛ. И с документами на руках доказывает несостоятельность, надуманность и какую-то даже мелочную меркантильность этих претензий.

Об этом — в интервью Курбатова «Чемпионат.ру» после многочисленных высказываний Кабанова-старшего в различных СМИ.

Курбатов встречает корреспондента «Чемпионат.ру» в своём рабочем кабинете в офисе КХЛ со спартаковским контрактом Кабанова и демонстрирует датированную 3 июня 2008 года поправку лиги к документу.

— А следующая забавная претензия — что Кабанову не дают в «Салавате» 17-й номер, — продолжает Курбатов.

Он листает контракт и показывает в разделе условий последний пункт, согласно которому «Спартак» обязуется предоставить Кабанову 17-й номер: «А „Салават“ 17-й не даёт, там [нападающий Руслан] Нуртдинов играет под 17-м».

Ниже в контракте в скобках приписано ещё буквально следующее, орфографию оригинала сохраняем: «в безвозмездного пользования».

— Контракт мы зарегистрировали, но зарегистрировали с поправкой, — объясняет Дмитрий Курбатов.

В этом приложении на одном листе, прикреплённом сразу поверх папочки типового контракта (КХЛ — профессиональный хоккеист Кабанов — хоккейный клуб «Спартак»), говорится о том, что пункт соглашения о том, что «Спартак» в любой момент обязуется отпустить Кабанова в НХЛ, не соответствует утверждённой типовой форме контракта и не имеет никакой юридической силы.

— В соответствии с юридическими принципами нашей лиги и при отсутствии трансферного соглашения с НХЛ как такового вписывать в контракт такой пункт, что игрок в любой момент может уехать [в НХЛ] и клуб его обязан отпустить, это нонсенс, — говорит Курбатов. — Вот видите? То есть игрок не может этого [у клуба] требовать. Что такое НХЛ, что вообще за царствие небесное, в которое он должен в любой момент срываться? Естественно, при регистрации мы написали замечание, что такой пункт не имеет юридической силы, не действует и не применяется при урегулировании отношений. Это было сделано сразу, 3 июня 2008 года. Это всё было, естественно, в трёх экземплярах, прикреплено к каждому из контрактов: один в лиге, один в клубе и один у игрока.

— То есть Кабанов не может сейчас говорить, что не знал об этом?
— Абсолютно. Не может. Все были проинформированы. И первая претензия, озвученная Кабановым-старшим, состоит в том, что «Салават» не отпускает сына в НХЛ и отказывается внести этот пункт в свой контракт. И абсолютно правильно делает. Во-первых, это всё нестандартные условия, не предусмотренные типовой формой контракта хоккеиста КХЛ. Во-вторых, такое условие вторгается в сферы отношения КХЛ с другими лигами, с НХЛ. И, в-третьих, представьте: Салават" только что заплатил серьёзную сумму за Кабанова (по неофициальной информации – порядка полумиллиона долларов. – Прим. «Чемпионат.ру»). Как это: одной рукой заплатив, другой тут же подписывать, что Кабанов может уйти бесплатно в любой клуб? Зачем было его тогда покупать?

— А следующая забавная претензия — что Кабанову не дают в «Салавате» 17-й номер, — продолжает Курбатов.

Он листает контракт и показывает в разделе условий последний пункт, согласно которому «Спартак» обязуется предоставить Кабанову 17-й номер: «А „Салават“ 17-й не даёт, там [нападающий Руслан] Нуртдинов играет под 17-м».

Ниже в контракте в скобках приписано ещё буквально следующее, орфографию оригинала сохраняем: «В безвозмездного пользования».

— Номер – в безвозмездное пользование?!
— Нет, это так можно прочитать, но это не про номер. Это про то, что в типовой форме, у «Салавата», например, написано, что игрок «за счёт клуба» обеспечивается формой, клюшками, двумя парами коньков и так далее, и так далее. А Кабанов-отец говорит: «Но ведь не написано, что в безвозмездное пользование». Мы отказываемся это подписывать, потому что тут «за счёт клуба». Пусть мне напишут «в безвозмездное пользование».

— А какая, позвольте поинтересоваться, разница?
(Пожимает плечами.) Я так понимаю, что [генеральный менеджер «Салавата» Олег] Гросс там уже настолько измучен общением, что просто сказал: ребята, не надо заставлять меня переписывать очевидное — написано же не «за счёт хоккеиста», а «за счёт клуба». Но у папы сразу такой вопрос возникает: «А что же потом? Заставят коньки сдавать?» (усмехается). Я ему отвечаю: ну, не знаю. Может, если он [Кабанов-сын] по ходу сезона босиком выйдет на лёд, его и спросят, где коньки…

… Потом, в суде, если он скажет, что «я ничего не подписывал, я ничего не знаю, я первый раз это вижу», ему зададут вопрос: а как же вы тогда по своей воле приехали и всё это сделали? Вы разве не отдавали себе отчёт в своих действиях? Приехали? Приехал. Медкомиссию прошли? Прошёл. Форму получили? Получил. Единственное, чего Кабанов не сделал, он не подписал контракт.

— Какая-то мелкая… не знаю… меркантильность. А почему вы это год назад у «Спартака» зарегистрировали? Если это нетиповая форма?
— Можно было тоже написать бумагу, что мы это регистрировать не будем. Но подумали, честно: вот, молодая звезда, выделили в пользование в «Спартаке» ему игровой номер, так выделили. Мы обратили на это внимание и спросили тогда: вы понимаете, что это нестандартная форма контракта? «Да». Все прекрасно понимают, что обязательства любого другого клуба повторить контракт относятся только к стандартной форме. А ко всяким таким «нестандартностям» это не относится.

— Скажите, вы, лига, констатируете эквивалентность уфимского контракта Кабанова спартаковскому?
— Абсолютно. А эти условия мы не считаем неотъемлемыми частями контракта. Мы считаем их нарушениями типовой формы. И говорим, что и «Спартак»-то не должен был это [в контракте] писать, а уж «Салават» совершенно не обязан это повторять. Абсолютно не обязан. Понимаете, я сейчас своё личное мнение выражу. Извините, вот тут перед Кабановым есть и Яшин, и Ягр, и Фёдоров – есть люди с таким именами и такими заслугами в мировом хоккее, что они действительно имеют право обсуждать и игровой номер, и расположение места в раздевалке. А молодым хоккеистам надо быть скромнее. Более того, это не мой вопрос, в общем-то, не входит в мою компетенцию служебную, но тем не менее я уточнил, как события развивались. И получается, что, по сути, инициатором обмена в «Салават» был сам Кабанов.

— Из чего вы делаете такой вывод?
— Из разговоров с менеджерами «Спартака». Пришёл Кабанов-старший и сказал: нас туда [в «Салават»] зовут, нас там хотят видеть, что вы нам порекомендуете? То есть вот так вот – по-человечески подошёл. Ему ответили: выбор за вами, думайте, решайте и так далее. Мы все понимаем, что финансовые возможности «Спартака» ограничены в сравнении с «Салаватом». И, не разглашая непосредственно условия контракта, это запрещено законом, можно сказать, что с первого сезона, с 2008/09, по отношению ко второму идёт увеличение зарплаты на 50%. С 2009/10 к 2010/11 – уже на 100%. То есть каждый год контракт умножается на полтора, потом на два, потом ещё на полтора. Это серьёзная финансовая нагрузка на клуб. Как бы то ни было – сделка между клубами состоялась, договор перехода зарегистрирован.

— Тогда я должен вас попросить прокомментировать публичное заявление Кабанова-папы о том, что его сына обменяли без его же ведома
— Абсолютно беспочвенное. Я не могу даже предположить, какие были у человека мотивы заявлять такое. Но оснований для таких слов у него не было и нет никаких. Знаете, мы с ним беседовали тут в офисе, и он написал ещё заявление — о своих претензиях к «Спартаку». И я могу сказать, что из разговора, сути разговора, и его характера я сделал однозначный вывод: человек был осведомлён. То есть они поговорили, и потом уже клубы вели между собой переговоры, и после этого сделка состоялась. В «Спартаке» хоккеисту вручили трудовую книжку, в которой было написано: «Перевод на другую работу, новое место работы „Салават Юлаев“. Они [папа и сын Кабановы] отбыли в Уфу, прибыли в клуб, сдали там трудовую книжку — она сейчас находится в „Салавате“. Клуб отправил Кабанова-младшего на медицинское обследование, поставил на довольствие, выдал форму и так далее.

… Сам молодой человек, наверное, просто не понимает, что у нас и Яшина, и Ягра, и Фёдорова можно отправить во вторую команду. Но только не в молодёжную, а в Высшую лигу. А Кабанова, по возрасту – можно и в молодёжную. А как вам заявление о том, что „там у меня контракта нет, здесь контракта нет, и я вообще сейчас лиге принадлежу…“? А действительность в том, что контракт Кабанова со „Спартаком“ никто не расторгал.

— То есть де-факто переход состоялся, так?
— Да. И, знаете, есть и такое юридическое понятие, по которому человек этими действиями, по сути, признал факт обмена. То есть потом, в суде, если он скажет, что „я ничего не подписывал, я ничего не знаю, я первый раз это вижу“, ему зададут вопрос: а как же вы тогда по своей воле приехали и всё это сделали? Вы разве не отдавали себе отчёт в своих действиях? Приехали? Приехал. Медкомиссию прошли? Прошёл. Форму получили? Получил. Единственное, чего Кабанов не сделал, он не подписал контракт. Потому что там не было про НХЛ, про 17-й номер и про клюшки „без-воз-мезд-но-го“, а не просто „за счёт клуба“. Бывают, знаете, когда клубы ведут себя у нас не совсем корректно. Когда, скажем, игрок приходит на медкомиссию, а ему по факту говорят: „Знаешь, ты уволен“. Бывает такое. Но здесь я ответственно говорю: не к кому совершенно никаких претензий предъявить. И „Спартак“, и „Салават“ профессионально отработали и заключили ту сделку, которая выгодна и тому, и любому клубу, а инициатором её выступил сам игрок.

— Так откуда заявления, что сам Кабанов о своём обмене не знал?!
— Я вам ещё раз отвечу: все вели себя правильно, все друг друга известили. И более того, известили даже федерацию [хоккея России], и она вызов в сборную прислала на Кабанова уже в Уфу, а не в „Спартак“. Вот так.

— Хорошо. Если контракт у Кабанова действующий, на тех же условиях, то зачем ему его ещё раз подписывать?
— Это формальность. Но – немаловажная, кстати. Потому что Олег Иванович [Гросс] идёт, допустим, к себе в бухгалтерию и говорит: дайте нашему новому игроку Кабанову денег на билет в сборную. А в бухгалтерии ему отвечают: „А контракт?“ Вот трудовая книжка, вот договор со „Спартаком“… „Это всё хорошо, а контракт?“. Понимаете? Поэтому командировочных „Салават“ Кабанову выдать не смог, только разве что из своего собственного кармана Гросс бы достал. Но бланк командировки в сборную ему выписали. И Кабанов взял этот бланк от „Салавата“ и поехал в сборную.

— Зато теперь в качестве претензии выдвигает то, что ему „Салават“ не дал денег на дорогу…
— Я, признаться, не уверен, что это Кабанов-младший…

— То есть?
— Я не уверен, что между Кабановыми настолько всё согласовано. Потому что это папа об этом всём говорит, а игрок, я читал его интервью и делаю вывод, не очень подготовлен во всех этих вопросах. Он считает, например, что его не могут отправить в фарм-клуб. Мы, говорит, [с „Салаватом“] договорились, что я не буду играть за молодёжную команду, а буду играть только за основу.

— Это как?
— Я не знаю. Наверное, ему просто сказали, что видят тебя игроком основы. Наверное, я могу только предполагать, [главный тренер „Салавата“] Вячеслав Аркадьевич [Быков] ему сказал, что, мол, вот у нас по регламенту есть двое молодых, которые расширяют заявку на матч с 20 до 22 игроков, и одним из этих игроков он видит Кабанова. Очень хорошо. Но сам молодой человек, наверное, просто не понимает, что у нас и Яшина, и Ягра, и Фёдорова можно отправить во вторую команду. Но только не в молодёжную, а в Высшую лигу. А Кабанова, по возрасту, можно и в молодёжную. А как вам заявление о том, что „там у меня контракта нет, здесь контракта нет, и я вообще сейчас лиге принадлежу…“? А действительность в том, что контракт Кабанова со „Спартаком“ никто не расторгал. Он как был на действующем контракте, так на нём в „Салават“ и перешёл с сохранением всех условий на три года вперёд. Это и юридическая сторона вопроса, и практическая. Любая. Поэтому все претензии про то, что не оплатили билеты из Москвы в Уфу, из Уфы в расположение сборной – они ни о чём, потому что „Салават“ готов платить за всё. Единственное – ему нужен контракт, формально подписанный. Но контракт у хоккеиста есть, он действующий, со всеми подписями Кабанова, на каждом листе (перелистывает спартаковский контракт).

— А какие претензии Кабанов теперь к „Спартаку“ предъявляет?
— Те, которые были озвучены, касаются оплаты игроку времени нахождения в сборной и поправок лиги к зарегистрированному КХЛ контракту, которые я вам показал — что, якобы, они этого не читали, не ознакомил их „Спартак“. Ещё — про выплаты премиальных за участие в плей-офф – якобы, какие-то премиальные недоплатили, и так далее. Мы официально перенаправили эти вопросы в „Спартак“. А то, что касается ознакомления, я уже говорил, что все получили свои экземпляры ещё прошлым летом.

— Остаётся вопрос с возможным отъездом Кабанова в Северную Америку. В миноры. В „Монктон“…
— Игрок на действующем контракте, и никаких „монктонов“ быть не может, никакой трансферной карты быть не может. Кабанов — игрок „Салавата“ с контрактом ещё на три года. И даже если он сейчас пойдёт и расторгнет контракт, если пройдёт всю процедуру, заплатит компенсацию – права останутся за клубом. Хотя, вы знаете, там сумма компенсации за три неотработанных года о-о-очень приличная получается. А к игроку, который просто сбежал, будучи на действующем контракте, могут быть применены дисциплинарные санкции вплоть до дисквалификации, и никто ему нигде больше играть не даст без согласия „Салавата“.

Комментарии (0)
Партнерский контент