Александр Колобнев
Фото: Юлия Толокнова
Текст: Юлия Иванова

Колобнев: диктатура в нашем деле неприемлема

О новых тестах, смене менеджера и новобранцах команды — в первой части эксклюзивного интервью гонщика "Катюши" Александра Колобнева.
24 октября 2012, среда. 12:03. Другие
— Александр, сезон-2012 для вас начался намного позже, чем у партнёров по "Катюше". Насколько тяжело было вернуться в команду?
— Когда вернулся в свою колею, уже не так тяжело. Самый непростой момент был, когда я разбился на тренировке, меня пришлось оперировать. Нога три недели в гипсе, ничего не можешь поделать, а сезон уже идёт – вот это тяжело. Конечно, всё зависело от меня, но когда участвуешь в работе, то вкатываться намного легче. Были очень тяжёлые периоды, образно говоря, земля под ногами горела из-за Олимпиады. Нужно было форсировать подготовку, чтобы постараться подойти к Играм в максимально возможной форме.
Это были совершенно новые для меня тесты. Я делал что-то подобное, но не настолько детально: измеряли, как давит каждая нога, какая зона под стопой продавливается, как сидишь на седле, больше на правой или на левой стороне седла. Делали массу замеров при разных нагрузках. Это очень важно.

— В чём причина столь неудачного выступления на Олимпиаде?
— Здесь две основные причины, которые анализируются до сих пор. Это то, над чем придётся работать уже сейчас: некая психологическая причина, которая вышибла меня из колеи. Чтобы обрести уверенность и веру в себя нужно время, а ещё нужно, чтобы люди в команде действительно поверили в меня и морально толкали вперёд и вверх, а не в пропасть (улыбается). Сейчас действительно видно, что я — тот самый Колобнев, и они готовы дать всё, чтобы исправить дефект, возникший за этот период. Вторая причина – техническая и очень важная. Недавно я сдавал тест и увидел, что левая нога, на которой мне делали операцию, намного слабее правой и во время работы появляются определённые зоны, которые абсолютно не прорабатываются. Оказывается, нога меньше давит, и если бы знать это раньше и прорабатывать, когда нужно, то и результат был бы другим. А так я фактически крутил педали одной ногой. Отсюда и искривление позиции на велосипеде. Это визуально не видно, но когда работаешь немного "криво", то всё тело перегибается, и внутренние органы тоже работают по-другому. Это очень важно знать и очень важно над этим работать, и в команде есть серьёзные профессионалы, которые знают, что делать в такой ситуации.

— На австрийских сборах вы делали тесты. На что они были направлены и какие результаты принесли?
— Это были совершенно новые для меня тесты. Я делал что-то подобное, но не настолько детально: измеряли, как давит каждая нога, какая зона под стопой продавливается, как сидишь на седле, больше на правой или на левой стороне седла. Делали массу замеров при разных нагрузках. Это очень важно. Мы получили значительный объём данных, которые потом проанализировали с физиотерапевтом, с биомехаником и сделали определённые выводы. Надеюсь, с помощью них мы сможем улучшить физические качества гонщика.

— Как вы отнеслись к тому, что на пост генерального менеджера команды пришёл Вячеслав Екимов?
— С одной стороны, приятно, что это русский человек. Это человек, которого я достаточно хорошо знаю и с которым я не только тренировался, но и ехал вместе на Олимпиаду. Считаю, у нас со Славой есть взаимопонимание, надеюсь, что не ошибаюсь. С другой стороны, любая революция влечёт за собой радикальные перемены, а они так или иначе пугают. Хотя крутые спуски на трассе тоже пугают, но ради победы мы готовы мчаться с этих спусков на полной скорости.

— Хорошо, что он русский, хотя и не особо искушённый менеджер, или всё-таки важнее иметь руководящий опыт?
— На данный момент не знаем, насколько у него хватит опыта. Это ведь не настолько публичный вопрос – наличие опыта. Никто сейчас не знает, может быть, Екимов опытнее Хольцера в этом вопросе, тогда зачем ему искушённость? Слава много лет был профессиональным гонщиком, много лет — спортивным директором. За все эти годы он научился видеть то, что надо, и не замечать того, на что не стоит обращать внимание. Как говорится, всё, что ни делается, к лучшему.
Когда спортсмен попадает на должность спортивного директора или менеджера, он оказывается в другом мире, со своим менталитетом. Со временем забывается то, что было на велосипеде, изменяется даже восприятие, и это нормально. Наверное, важно не то, был человек олимпийским чемпионом или нет, а то, что он успел накопить в своей голове.

— На ваш взгляд, великое олимпийское прошлое поможет Екимову в работе?
— Когда спортсмен попадает на должность спортивного директора или менеджера, он оказывается в другом мире, со своим менталитетом. Со временем забывается то, что было на велосипеде, изменяется даже восприятие, и это нормально. Наверное, важно не то, был человек олимпийским чемпионом, или нет, а то, что он успел накопить в своей голове. Если бы он был глупым, — точно не стал бы тем, кем стал. Поэтому я уверен: Екимов – неслучайный человек.

— Должен ли менеджер прислушиваться к лидерам команды либо вариант с диктатурой более приемлем?
— Возможно, диктатура приемлема в отдельно взятом государстве, но в нашем деле – нет. В любой команде всегда прислушивались к мнению лидеров. Конечно, нельзя разводить демократию, давать возможность всем и каждому критиковать при любой возможности, но лидеры команды просто обязаны высказывать своё мнение, предлагать изменения, направленные на улучшение результата, причём не своего персонального, а именно командного.

— После окончания сезона Россия находится на 20-м месте в национальном зачёте. Как вы считаете, с приходом русского менеджера эта ситуация изменится?
— Я думаю, что русский руководитель будет больше услышан в вопросах тех изменений, которые необходимо будет сделать в команде. Что касается 20-го места – я не считаю, что оно говорит о каком-то спаде.

— А о чём говорит?
— Я не смог заработать достаточно очков, у Дениса был провал, но при этом молодые ребята очень часто оказывались совсем рядом. Где-то не повезло, где-то чего-то не хватило. Мне кажется, с приходом Славы как минимум работать будет комфортнее, не придётся отвлекаться на организацию различных моментов. Впрочем, я совершенно не собираюсь критиковать предыдущего управленца.

— Что можете сказать о новобранцах команды?
— Мы ещё не общались настолько тесно, чтобы делать далеко идущие выводы, и пока я не совсем понимаю, что ребята собой представляют. Единственный, чьи результаты я посмотрел под конец сезона, это Сергей Чернецкий. Ну и конечно, знаю, что Антон Воробьёв стал чемпионом мира. Сейчас они просто переходят в другую группу, в элиту.

— Возьмёте на себя задачу делиться опытом, помогать, подсказывать?
— Если мне дадут такие полномочия и ответственность, то почему бы и нет?

— Можете оценить победу Антона Воробьёва на чемпионате мира? Видите ли вы в нём потенциал, способный сделать его лидером команды?
— Если гонщик выиграл чемпионат мира, значит, у него есть необходимый потенциал. Другой вопрос, насколько он сумеет его развить. Мы знаем, что индивидуальная гонка весьма специфична: ты едешь один и борешься исключительно сам с собой. Это очень сложно, немногие могут справляться с такой задачей, однако нередко бывает, что такие гонщики элементарно не могут бороться в группе. Слава Екимов на заре своей карьеры был гонщиком именно такого типа, но стал великим, завоевал много титулов, смог раскрыться по максимуму. Когда я перешёл в профессионалы, на одном из собраний Чиполлини сказал, что много молодых гонщиков приходит в команды Про-тура, но немногие становятся профессионалами. Основная часть "теряется" в первые два-три года профессиональной карьеры.
Пурито – гонщик высочайшего класса, у него соответствующий опыт и он готов к победе на гонке Гранд тура. Из тех ошибок, которые были допущены за последние два года, он совершенно точно сделает правильные выводы. Точно так же как и я. Я допускаю огромное количество ошибок и буду вынужден научиться их избегать, чтобы выигрывать.

— С чем это связано?
— Зачастую они просто не знают, куда податься, что делать в плане тренировок. Другие скорости, другие дистанции, другая агрессия в гонке. Молодой парень начинает метаться, искать разные пути, подходы в тренировочном плане, в итоге элементарно перестаёт гонки доезжать до конца. Сложно, когда рядом нет того, кто "потаскал" бы за собой эти два года, помог окрепнуть и заматереть.

— На ваш взгляд, способен ли Родригес в следующем сезоне наконец-то выиграть Гран-тур и готовы ли вы к помощи, если потребуется?
— К помощи, естественно, готов. И в следующем году он выиграет Гранд тур. Родригес уже заявил, что на "Джиро" слишком длинная разделка, возможно, он откажется от "Джиро". Насчёт "Тура" сложно сказать пока. "Вуэльта" в любом случае будет под него. Так или иначе Пурито – гонщик высочайшего класса, у него соответствующий опыт и он готов к победе на гонке Гранд тура. Из тех ошибок, которые были допущены за последние два года, он совершенно точно сделает правильные выводы. Точно так же как и я. Я допускаю огромное количество ошибок и буду вынужден научиться их избегать, чтобы выигрывать.
Источник: «Чемпионат»
Оцените работу журналиста
Голосов: 0
11 декабря 2016, воскресенье
10 декабря 2016, суббота
Верите ли вы, что 12 российских призёров Сочи-2014 употребляли допинг?
Архив →