Татьяна Волосожар и Максим Траньков
Фото: Кристина Королёва
Текст: Мила Волкова

Волосожар: нам легче, когда идёт плотная борьба

Об успехах и неудачах московского Гран-при "Кубок Ростелеком" – в интервью с победительницей турнира в парном катании Татьяной Волосожар.
10 ноября 2012, суббота. 22:00. Другие
Пара Татьяна Волосожар/ Максим Траньков сегодня одержала свою вторую победу в мировой серии Гран-при по фигурному катанию и теперь может начинать готовиться к финалу в Сочи. При этом нельзя сказать, что всё прошло без сучка, без задоринки. На этот раз проблемы с прыжками возникли у фигуристов в произвольной программе, что стало неожиданностью как для них самих, так и для тренера пары Нины Мозер. По признанию Максима Транькова, такое количество ошибок они никогда не совершали даже на тренировках. Но даже этот досадный факт не смог помешать им выиграть турнир, не испытывая особо давления со стороны соперников. О том, что стало причиной ошибок, новых образах и конкурентах, корреспондент "Чемпионат.com" расспросил Татьяну Волосожар.

— Татьяна, примите поздравления с победой. Какие задачи ваша пара ставила перед собой на этом турнире?
— Спасибо. Основная задача была выйти в финал Гран-при, пусть даже не с первой позиции. Непосредственно к этому турниру мы старались подтянуть именно короткую программу, даже изменили из-за этого немного план подготовки. И допустили много ошибок в произвольной. Получился такой баланс по сравнению с первым этапом. К Сочи будем стараться вывести обе программы на топ-уровень.

Сегодня у нас не получились координационные элементы – прыжки и выбросы, а всё остальное, напротив, удалось сполна. Мы получили все четвёртые уровни. Подкрутка вышла очень хорошо, мы смотрели протоколы – там практически все судьи поставили +3. Не думаю, что ошибки в произвольной – это какое-то серьёзное упущение с нашей стороны. Просто так иногда случается.
— Что именно сегодня пошло не так?
— Сегодня у нас не получились координационные элементы – прыжки и выбросы, а всё остальное, напротив, удалось сполна. Мы получили четвёртые уровни. Подкрутка вышла очень хорошо, мы смотрели протоколы – там практически все судьи поставили +3. Не думаю, что ошибки в произвольной – это какое-то серьёзное упущение с нашей стороны. Просто так иногда случается. Возможно, сегодня звёзды сошлись так, что нам не удались именно прыжковые элементы.

— При этом вы выиграли у всех соперников с большим преимуществом. Тот задел, который вы создали после короткой программы, помог или помешал сегодня?
— Мы катаемся вместе уже третий сезон, и нам легче, когда идёт плотная борьба. Тогда получается совершенно иной настрой, рождаются другие эмоции. Сейчас у нас в короткой программе был большой отрыв, и, возможно, это сыграло свою роль в том, что мы неудачно откатали свою произвольную. Плюс подспудно хотелось повторить какие-то ощущения из произвольной программы прошлогоднего чемпионата мира, вспомнить свои эмоции. Но не получилось. Пусть данная неудача останется в этом дне, а мы будем просто двигаться дальше. Постараемся сделать выводы из всего произошедшего и подойти к Сочи в лучшей форме.

— Вы уже неоднократно говорили, что вас не всё устраивает в новых правилах. С этими нововведениями бороться с соперниками, например Савченко/Шолковы, стало легче или сложнее?
— Правила постоянно усложняют, но касается это исключительно поддержек. Мы об этом неоднократно говорили и с ребятами обсуждали в Оберстдорфе. Почему совершенно не берут во внимание прыжки, не хотят изменить хоть что-то в короткой программе? По правилам у пар ничего не меняется в короткой. Из года в год все катают одно и то же: прыжок, выброс. И из десяти пар с чистым прокатом и одинаковым набором элементов сложно определить, кто лучше. Почему бы не ввести, например, каскад либо поменять прыжок или выброс, как это делается у юниоров. А с немцами всегда бороться тяжело. У них гораздо больше опыта за плечами, чем у нас. Но мы пытаемся, стараемся усложнять свои программы. Так получается, что по правилам мы выступаем на разных этапах Гран-при и встреча состоится только в финале. Он и покажет, как сильней.

— На вчерашней пресс-конференции Максим сказал, что в олимпийский год ярких программ сложно ожидать от кого бы то ни было. Ярких в каком плане?
— Это касается в первую очередь новых элементов. Не думаю, что кто-то рискнёт разучивать что-то новое перед Олимпиадой, особенно когда на кону медаль. Было бы неразумно вставлять четверную подкрутку или тройной выброс, который ты никогда раньше не делал. Здесь нужно идти по накатанной, исполнять то, что у тебя хорошо получается.

— То есть во второй составляющей яркость не должна потеряться?
— Безусловно. У нас будут другие программы, новые образы. Возможно, удастся найти что-то уникальное. На данный момент пока идей олимпийских программ у нас нет. Есть отдельные задумки, но чёткой картинки пока нет.

— Патрик Чан, например, в подготовке к Сочи хочет попробовать поработать с разными хореографами, чтобы найти свой идеальный вариант. Вы ничего подобного не планируете?
— Мы бы хотели поработать с Игорем Шпильбандом, у него всегда очень интересные задумки для программ. Мне, например, очень нравится пара, с которой он сейчас работает, – Мэдисон Чок и Эван Бэйтс. У них потрясающая произвольная программа, на мой взгляд. Быть может, для начала попробуем что-то сделать в качестве показательного номера, чтобы найти для себя что-то новое. А так планируем продолжать работать с Николаем Морозовым. У него достаточно большой опыт постановок, и при этом он не повторяется. Я считаю, что Николай гениальный хореограф.

Мы бы хотели поработать с Игорем Шпильбандом, у него всегда очень интересные задумки для программ. Мне, например, очень нравится пара, с которой он сейчас работает, – Мэдисон Чок и Эван Бэйтс. У них потрясающая произвольная программа, на мой взгляд. Быть может, для начала попробуем что-то сделать в качестве показательного номера, чтобы найти для себя что-то новое.
— Как давно продолжается ваше с ним сотрудничество?
— Мы с ним работаем с самого начала становления нашей пары, с самых первых программ.

— В этом году к работе с вашей парой приложил руку и американский специалист. В чём заключался её вклад?
— Да, в межсезонье с нами работала Элен Миллер в короткой программе. Но она больше работала со мной. Можно сказать, что Элен вложила душу в короткую программу, поскольку североамеринцы очень любят джазово-блюзовые постановки. И у них очень хорошо это получается. Для русских это что-то новое. Мы старались быть мягче, танцевальнее в этой программе.

— От вашей пары всегда ждёшь что-то мощное, не столь лиричное. Тенденция продолжится?
— Да, у нас была очень мощная первая программа "Кармина бурана". А что касается лирики, то у нас была постановка "Ромео и Джульетта", и получалось неплохо. В предыдущем сезоне мы также пробовали разные танцевальные образы. Мне, например, было очень интересно постараться сыграть образ чёрного лебедя за четыре минуты, показав сюжетную линию всего фильма. В этом году сделали упор больше на сложность элементов во второй половине, а хореография получилась более спокойная.

— Тем не менее история всё равно вышла драматической, в отличие от короткой программы…
— Да, в короткой программе мы решили не следовать сюжету "Крёстного отца", сделав свою историю. Историю соблазнения, более сексуальную, танцевальную.

— Изменилась ли как-то подготовка в связи с необходимостью усложнить программу? Может, как по-другому стали подходить к процессу восстановления?
— Каких-то значительных перемен не произошло. С нами работает много специалистов, которые помогают нам быстрее восстанавливаться. В плане фармакологии мы также всем необходимым обеспечены, чтобы показать хороший результат. В прошлом сезоне у нас были травмы, а в этот мы вошли в гораздо лучшей форме. Надеюсь, что к чемпионату мира ещё прибавим.

— Есть какой-то образ, который хотелось бы воплотить, пусть не в соревновательной программе, а в показательном номере?
— Да, мне очень хочется скатать либо танго, либо что-то восточное. Но Максим не очень хочет, говоря, что русский человек не может это выразить так, как надо. (Улыбается.)

— То же самое он говорил и про джаз…
— Да, но нам удалось его уговорить.

— В остальном у вас полное согласие?
— Ну, у нас бывают, конечно, разногласия и споры. Но стараемся мирно улаживать все разногласия, поскольку идём к одной цели.

— А можете сказать, кто у вас главный в паре?
— Мы стараемся ко всему подходить взвешенно. Максим Весы по гороскопу, я – Близнецы, вот и стараемся всё уравновесить.

— Каковы ваши дальнейшие планы?
— Посмотреть оставшиеся два этапа Гран-при и начинать готовиться к Сочи.
Источник: «Чемпионат»
Оцените работу журналиста
Голосов: 0
3 декабря 2016, суббота
2 декабря 2016, пятница
Кто победит в матче за титул чемпиона мира по шахматам?
Магнус Карлсен
992 (31%)
Сергей Карякин
1651 (51%)
Всё равно. Я вообще не понимаю ажиотажа вокруг шахмат
584 (18%)
Проголосовало: 3227
Архив →