Александр Дьяченко
Фото: Getty Images
Текст: Мила Волкова

Дьяченко: Книга рекордов Гиннесса – почему нет?

Олимпийский чемпион в гребле на байдарках Александр Дьяченко – о предстоящем чемпионате России, мотивации и новых высотах для покорения.
22 июля 2013, понедельник. 19:30. Другие
Тандем Юрия Постригая и Александра Дьяченко добился максимального результата в рекордные сроки, и на Играх в Лондоне завоевал для России первую в данной дисциплине золотую медаль. Сейчас они главные претенденты на участие в чемпионате мира, предварять который будет российский отбор в Крылатском, освобождение от которого не получил никто из олимпиоников. Насколько сильна конкуренция в байдарке в России, и на какую высоту теперь ребята планируют установить свою планку, корреспондент "Чемпионат.com" расспросил одного из участников "золотой двойки" — Александра Дьяченко.

— Александр, ваша жизнь как-то изменилась за время, что прошло после победы на Олимпийских играх в Лондоне?
— Изменилась в лучшую сторону: стала интереснее. Тот олимпийский успех стал дополнительным стимулом к новым победам и занятиям спортом. Открылись какие-то новые возможности.

— Проблем с мотивацией для продолжения не было?
— Нет. Мне мотивацию искать не было необходимости, она всегда присутствовала. Просто, когда ты достигаешь определённого уровня, нужно ставить планку ещё выше.

Мы победили на Олимпиаде, но никогда до этого не выигрывали чемпионат Европы или мира. В июне нам удалось стать чемпионами Европы в Португалии. Теперь на носу чемпионат мира, будем стараться выиграть этот турнир. Всегда есть к чему стремиться. Главное – желание.
— А куда выше? Вы только начали работать вместе с Юрием и сразу выдали максимально возможный результат, к которому другие всю жизнь идут.
— Мы победили на Олимпиаде, но никогда до этого не выигрывали чемпионат Европы или мира. В июне нам удалось стать чемпионами Европы в Португалии. Теперь на носу чемпионат мира, будем стараться выиграть этот турнир. Всегда есть к чему стремиться. Главное – желание. Если его нет, начинаешь давать слабину, и вылезают всякие травмы.

— Следом за чемпионатом Европы вы одержали победу на Универсиаде, куда далеко не все страны привезли сильнейших спортсменов. В байдарке конкуренция была?
— Конечно. Конкуренция всегда есть, а вдобавок к ней существует такое понятие, как случай. Например, на Кубке мира в Польше в прошлом году у нас сломалось весло через 50 метров после старта. И хоть мы и вышли в финал с лучшим результатом, в итоге остались девятыми. Так что на соревнованиях всякое может случиться. Конечно, у нас возрастной вид спорта, и основные соперники поэтому не смогли приехать в Казань. Но если бы была возможность, думаю, что приехали бы все. К нам и так прибыли все сильнейшие молодёжные составы, которые через четыре-пять лет перейдут в разряд лидеров.

— То есть, в Казани вашему экипажу было с кем соревноваться?
— Да. Никакого послабления мы там себе не давали. Вообще считать, что у тебя нет конкурентов, — это первый шаг к поражению.

— Насколько ещё хватит этого соревновательного азарта? Выиграете чемпионат мира, какая следующая высота?
— Сначала надо выиграть. Я недавно прочитал в Википедии о Биргит Фишер из ГДР. Она также занималась греблей на байдарках и является восьмикратной олимпийской чемпионкой. Первая её Олимпиада пришлась на 1980-й, а последняя – на 2004-й, и со всех она привозила золото. Биргит занесена в Книгу рекордов Гиннесса как участница более 20 чемпионатов мира. Почему бы не попробовать добиться таких же результатов. Я не говорю о том, что нам удастся выиграть столько же, сколько Фишер. Но можно установить планку на такую высоту (смеётся).

— Да, Книга рекордов Гиннесса – хороший стимул…
— Я повторюсь, когда начинаешь думать, что ты самый лучший, жди поражения. Надо всегда идти вперёд и не останавливаться на достигнутом. Иначе полетишь вниз.

— А на предстоящем чемпионате России достойные соперники будут? Те, что не дают расслабиться и заставляют постоянно работать надо собой?
— Мы как раз недавно считали: на России на старт выдут 12-14 сильных спринтеров такого уровня, которые могут оказаться в финале чемпионата мира. Поверьте, между нами сейчас развернётся жёсткая борьба. Совершенно точно могу сказать, что среди двоек есть минимум три-четыре экипажа, с которыми нам будет интересно соревноваться. Это очень достойные соперники. Точно так же и в одиночках. Наша байдарка-двойка и одиночка на дистанции 200 метров – одни из сильнейших в мире. Яркий пример – на чемпионатах мира в эстафете команда всегда в призах. То есть, тот, кто попадает в эстафету, на 60-70% гарантировал себе медаль мирового первенства. Так что туда попасть дорогого стоит (улыбается).

Наша байдарка-двойка и одиночка на дистанции 200 метров – одни из сильнейших в мире. Яркий пример – на чемпионатах мира в эстафете команда всегда в призах. То есть тот, кто попадает в эстафету, на 60-70% гарантировал себе медаль мирового первенства. Так что туда попасть дорогого стоит.
— Раньше вы с Юрием были одиночниками. Сейчас все тренировки проводите вместе или по отдельности также работаете?
— Зимой и осенью тренируемся и живём отдельно, чтобы не надоедать и слишком часто не попадаться на глаза друг другу. Мы сохраняем дружеские отношения, но делаем всё возможное, чтобы не приедаться. Когда постоянно живёшь с человеком в одной комнате, в конце концов это начинает раздражать. Как сказал Юра: "Я тебя чаще вижу, чем свою жену". А весной уже начинаем готовиться вместе. Вместе тренируемся, вместе соревнуемся. У нас два тренера: мой и Юрика. Они для нас пишут планы, а мы потом корректируем в одну или другую сторону. Работаем в таком квартете, и всё вроде получается (улыбается).

— Как изначально определяли, кто будет загребающим?
— У нас есть правило, наверно, ещё со времён советской школы: тот, кто поменьше, садится вперёд, сзади должен находиться спортсмен, больший по массе. Плюс Юрий не слишком хорошо подгребает, то есть мне лучше удаётся работа вторым номером. Так что мы долго не думали. Как нас посадили изначально, так и сидим. И нам всё нравится – меняться не пробовали.

— А как отдыхаете от самих байдарок?
— У нас есть месяц в конце сезона, когда можно отдохнуть от воды. Каждый его проводит по-разному. Например, за год до Олимпиады я вообще не отдыхал – не хотелось. Проводил в день по одной тренировке, занимался какими-то своими делами. Зато мне не потребовалось много времени, чтобы войти в новый сезон. Отдохнул уже после Лондона, позагорал на море, вернулся с хорошим настроем, но очень тяжело было начинать снова тренироваться. Организм очень быстро привыкает к отдыху. Но к октябрю уже втянулся и начал работать в полную силу.

— Вы являетесь студентом, время на учёбу бывает, или в основном процесс проходит мимо?
— Я постоянно нахожусь на сборах заграницей, особенно зимой. Конечно, стараюсь заниматься самообразованием, читаю необходимую литературу, но полноценной учёбы в общепринятом смысле не получается. Я просто физически не могу присутствовать в двух местах одновременно. У нас очень жёсткий график тренировок. Закончился один 40-дневный сбор, неделя отдыха и новый столь же продолжительный сбор. В "циклике" делать большие перерывы в течение сезона невозможно – сразу отстанешь.

— Заключительный вопрос: вижу, что у вас есть татуировка. Она как-то связана с Олимпиадой?
— Нет. Я только собираюсь сделать на память олимпийскую татуировку, всё же не каждый раз удаётся победить. Но пока не хватает времени. Всё должно зажить, а не так, чтобы сделал и побежал на тренировку. Скорее всего, в конце сезона сделаю.
Источник: «Чемпионат»
Оцените работу журналиста
Голосов: 0
10 декабря 2016, суббота
9 декабря 2016, пятница
Верите ли вы, что 12 российских призёров Сочи-2014 употребляли допинг?
Архив →