Алексей Ольшевицкий
Фото: Леонид Дубейковский
Текст: Елена Константинова

Ольшевицкий: яхта дарит ощущение полёта

Алексей Ольшевицкий – шкипер яхты класса First 45 — рассказал о шестьсотмильных гонках, любви к охоте и победе в "Кубке чайников".
22 октября 2013, вторник. 23:48. Другие
— Алексей, когда вы впервые познакомились с яхтами?
— Впервые я попал на яхту в 1991 году в Афинах — меня пригласили мои немецкие друзья. Я даже не знал, куда мы идём, и не подозревал, что это будет яхта. Из Афин мы дошли до острова Санторини. Мне понравилось, но в то время я даже не думал о том, чтобы заняться яхтингом. Уже позже, шесть лет назад, вместе с товарищем мы решили пойти поучиться, прошли весь курс. После теории пошли в Турцию на лодку, сдали экзамены на шкипера.

— И с этого момента парусный спорт стал частью вашей жизни.
Самое главное, что ты переносишься совсем в другое измерение, неделя регаты тебя восстанавливает на полгода минимум. Ты восстанавливаешься и эмоционально, и физически. Ветер и море – это же свобода, которой всем не хватает, потому что все мы находимся в рамках, внутренних прежде всего. А яхта дарит ощущение полёта.
— Да, раза три-четыре в год мы принимаем участие в регатах.

— В каких регатах, кроме тех, что организовывает яхтенный клуб "Навигатор", вы участвовали?
— В этом году я дошёл до шестьсотмильных гонок. Уже был на Карибах на регате RORC, а в этом году — в Южной Англии на регате Rolex Fastnet. Но это совсем иное: 600 миль без остановок в спортивном режиме, на парусах, коек нет, спортивная лодка, запас еды ограничен и главное — скорость.

— Почему вас так манят паруса?
— Самое главное, что ты переносишься совсем в другое измерение, неделя регаты тебя восстанавливает на полгода минимум. Ты восстанавливаешься и эмоционально, и физически. Ветер и море – это же свобода, которой всем не хватает, потому что все мы находимся в рамках, внутренних прежде всего. А яхта дарит ощущение полёта. И потом, я достаточно экстремальный человек с точки зрения жизни, хотя с точки зрения работы спокойный. Мне нужен такой экстрим, и необходимую дозу адреналина на яхте я, наверное, получаю — это как раз то, чего мне не хватает в обычной жизни, то, что я не могу проявлять в своём банковском бизнесе.

— Расскажите о том, как возникла идея мотивировать участников регаты дополнительным вознаграждением от "Мосводоканалбанка"?
— Идея возникла достаточно просто. Зная структуру регаты "Навигатора" и достаточно долго общаясь с участниками и организаторами, я понял, что обязательно нужна какая-то дополнительная мотивация. Не важно, сколько денег получают люди, просто через день-другой наступает момент подведения некоторого итога, хотя по большей части здесь все амбициозные люди, с определённой долей честолюбия. А уж про шкиперов и говорить не приходится, туда входят, как правило, только те люди, которые желают что-то попробовать, способны взять на себя ответственность и принимать решения. Мне показалось, что будет уместно организовать в одной из гонок приз от "Мосводоканалбанка" — и с экономической, и с эмоциональной точки зрения. Я рад, что так и получилось. Сложно назвать эту акцию пиаром для банка, хотя заявить, что такой банк есть, было уместно. В этой регате участвовали два человека из "Мосводоканалбанка" — я, как его акционер, и Евгений Смирнов – заместитель председателя правления. Я думаю, что в следующий раз будет ещё больше коллег и друзей.

— Вам нравится приобщать людей к этому виду спорта?
— Да, мне нравится втягивать в парус всё больше и больше людей. Я, наверное, втянул в это уже человек тридцать. В основном это друзья и коллеги.

— Как вы их заинтересовываете?
— Они расспрашивают, где был, как отдыхал. Я говорю, что я отдыхать не езжу никуда, кроме яхтинга и охоты.

— На кого предпочитаете охотиться?
— Я охочусь только в нашей стране, никуда не выезжаю, и пока желания такого не возникает. Охочусь на всех. Больше всего мне нравится охотиться с легавой на птицу. Это самая красивая и самая интересная охота, с большой дозой адреналина. Когда ты видишь, как работает собака, даже если ты после не выстрелишь и не попадёшь, — уже одно то, как она это делает, даёт тебе серьёзную эмоцию.

— У вас свои охотничьи собаки?
— У меня одна собака, порода — венгерская выжла. Это очень красивая рыжая элегантная собака, ей уже пять лет, и она очень хорошо работает.

— На регаты ходите одним и тем же составом?
— Нет, это всё время разные люди — как правило, у меня в команде трое или четверо новичков, то есть те люди, которые впервые находятся на лодке.

— А на "Кубке чемпионов" тоже были одни новички?
Я с удовольствием делюсь опытом, всё рассказываю и показываю, при этом ещё и сам учусь, проговаривая каждый раз, кто и что должен делать, в том числе и я сам. Конечно, хорошо, когда команда получается сложившейся, хотя такой она может стать буквально за пять минут, когда ты чувствуешь комфортные взаимоотношения на лодке.
— На этой регате трое ступили на лодку впервые, а двое – во второй раз.

— Вам доставляет удовольствие делиться опытом?
— Да, мне нравится, особенно когда я вижу, что люди воспринимают информацию, им это интересно и необходимо. Хотя есть и те, кто всё пропускает мимо ушей.

— На регатах присутствуют и такие матросы?
— (Смеётся). Да, таких тоже много. На самом деле ты быстро понимаешь, пойдёшь ли с этим человеком в следующий раз или нет.

— А что доставляет большее удовольствие: работа с "зелёными" матросами или с профессионалами своего дела?
— Это вообще нельзя сравнивать. Я себя профессионалом не считаю — я любитель, даже не сильно продвинутый, хотя имею определённые результаты и количество нахоженных миль. Когда я принимаю участие в профессиональных регатах, я там любитель, я всему учусь, не важно, куда меня поставят, и что я буду делать. Во-первых, на профессиональных регатах совершенно иная эмоция, чтобы это понять, я процитирую одну книжку: "Разница между хорошо идущей яхтой и отлично идущей яхтой всего 0,10 узла скорости". Вот что такое профессионалы и любители. Профессионалы сконцентрированы, помимо опыта и знаний самое главное – умение концентрироваться и отыгрывать на каждом порыве ветра высоту, потому что высота и скорость – приоритет в яхтинге. Любители – совсем другое. Любители, которые еще не знают, будут ли они любителями или нет, — это третье (смеётся). Мне это нравится, я с удовольствием делюсь своим опытом, всё рассказываю и показываю, при этом ещё и сам учусь, проговаривая каждый раз, кто и что должен делать, в том числе и я сам. Конечно, хорошо, когда команда получается сложившейся, хотя такой она может стать буквально за пять минут, когда ты чувствуешь комфортные взаимоотношения на лодке. Многое, конечно, зависит и от шкипера, как "дашь всем по мозгам", сразу всё встаёт на свои места. Я у них самый страшный (смеётся), они вынуждены меня слушаться, потому что такой порядок.

— Какие задачи вы ставили перед экипажем на этой регате?
— Мы ходили в дивизионе вместе с профессионалами, поэтому глупо и наивно было надеяться на кубок, это нереально. Но я хотел идти именно в этот дивизионе, даже просил Олега Гусева, организатора регаты, дать именно такую лодку, чтобы видеть профи перед собой, тянуться и понимать, что же ты делаешь не так. Мы стартуем достаточно хорошо, практически всегда в первой пятёрке, а потом, к сожалению, начинаем отставать, явно не хватает определённого опыта.

— До регаты вы были знакомы с лодкой класса First или это первая встреча?
— Нет, уже не первая. На лодке такого типа мы с перепугу даже выиграли "Кубок чайников" — это была моя вторая регата в жизни. Первой стала регата РБК, куда я ходил, чтобы понять, что это такое. На вторую регату мы пошли к "Навигатору". У нас в команде было семь человек, из которых двое на регате оказались
У нас в команде было семь человек, из которых двое на регате оказались во второй раз в жизни, – это я и мой товарищ, а все остальные впервые попали на лодку. В регате было три профессиональных гонщика, и в результате мы стали первыми за ними. Таким образом и получили кубок.
во второй раз в жизни, — это я и мой товарищ, а все остальные впервые попали на лодку (смеётся). В регате было три профессиональных гонщика, и в результате мы стали первыми за ними. Таким образом и получили кубок.

— Регатой "Кубок чемпионов" вы завершите этот сезон?
— Нет, через неделю у меня ещё Marmaris Week, где я иду матросом на лодку, которой будет управлять Владимир Кулиниченко – известный шкипер. Я с ним ходил на Карибы на лодке Med Spirit – это тридцатиметровая спортивная макси-яхта, там мы пришли четвёртыми из 160 лодок. И Владимир ходил с нами в апреле — если бы нас не дисквалифицировали на одной гонке, то мы бы выиграли регату.

— За что получили дисквалификацию?
— Столкновение на старте. На мой взгляд, вопрос спорный, но судьи приняли такое решение.

— Как в яхтинге решаются спорные вопросы в том случае, когда главный судья соревнований не видел ситуацию?
— Ситуация разбирается протестовым комитетом. Даже если судья не видел ситуацию, он разбирает её со слов протестующих и свидетелей.

— Всё-таки парусный спорт – это спорт джентльменов?
— Я думаю, что в любом спорте нужно занимать определённую позицию. Кого ты обманываешь? Уже после гонки, месяца через два, на каком-то препати или автопати ребята подходили и извинялись за протест и за то, что так поступили. На мой взгляд, ты большее удовольствие получишь не от того, что кого-то опротестуешь, а от того, что нормально к этому отнесёшься. Всякие бывают ситуации.
Источник: «Чемпионат» Сообщить об ошибке
Всего голосов: 1
29 марта 2017, среда
28 марта 2017, вторник
Партнерский контент
Загрузка...
Пять медалей Сергея Устюгова на ЧМ по лыжным видам спорта - это...
Архив →