Перед стартом Уайлд поёт "Пожелай мне удачи в бою"
Фото: Getty Images
Текст: Лев Савари

Заварзина: Киркорова Вик не слушает, только "Кино"

Алёна Заварзина и Виктор Уайлд – об истории своих отношений, забавном случае в Мексике, травмоопасности в сноуборде и многом другом.
21 марта 2014, пятница. 19:30. Другие
– Алёна, как чувствует себя ваша рука?
Алёна Заварзина: Ещё не совсем в порядке. Я её пока не разработала. Да и реабилитацию предстоит пройти. Времени не было вообще. Уже давно не поднимала тяжестей. Нужно упражняться, делать контрольные снимки. И как-то силу развивать в ней. Планирую в ближайшее время заняться здоровьем, а то немного запустила. Да, и шрам после операции остался некрасивый.

– Правда, что вы вышли из больницы через четыре дня после хирургического вмешательства?
А.З.: Нет, я вышла на следующий день после того, как сломала руку. Ещё через три начала тренироваться. А через шесть и вовсе выступала на Кубке мира.

– Но зачем было так рисковать?
А.З.: Понимаете, мне было что терять. Стоял вопрос об отборе на Олимпиаду. На тот момент результаты не позволяли рассчитывать на место в команде. И если бы я сдалась и сказала, что травма несовместима с тренировками, то меня бы просто не включили в окончательный состав сборной. Только огромное желание и стремление выступать помогли добиться желаемого. Разумеется, я могла упасть на руку и сломать себе пластину, тогда пришлось бы делать ещё одну операцию, за которую, скорее всего, пришлось бы платить самой, ибо страховка не покрывала данный риск. Но в спорте порой приходится ставить на карту всё…

– Сноубордисты вообще достаточно часто рискуют своим здоровьем…
А.З.: Одна девушка получила травму сидя на склоне: ей лыжа "прилетела" прямо в спину и разорвала селезёнку. Она пробыла в коме сутки. В итоге ей вырезали часть селезёнки, но она всё равно выступила на Кубке мира, чтобы отобраться на Олимпиаду. Та же Алёна Кулешова выступала недавно с сотрясением мозга. А Светлана Болдыкова с частично разорванной боковой связкой колена. Вы понимаете, как сильно люди хотят попасть на Игры. Их вообще ничего не останавливает. Немка Амели Кобер со сломанной рукой, без операции, без гипса заняла третье место на Играх в слаломе. Даже если её обкололи обезболивающими, это подвиг.

Алёна Заварзина во время соревнований на Олимпийских играх в Сочи

Алёна Заварзина во время соревнований на Олимпийских играх в Сочи

– С Алёной Алёхиной общаетесь? Как её самочувствие?
А.З.: Она ходит при помощи специального оборудования. Ей очень тяжело и жутко больно. Надежда есть, что она вернётся в команду. Я искренне желаю Алёне выздоровления. Надеюсь, всё будет хорошо.

– Учитывая всё сказанное, не проскакивает в голове мысль, что нужно как можно быстрее добиться высоких результатов, потому что любая травма может поставить крест на карьере?
А.З.: Благо слалом не самый опасный вид сноуборда. У нас и скорости в принципе небольшие, даже если с горными лыжами сравнивать. К тому же мы не прыгаем. То есть у нас не так опасно, как допустим, в хафпайпе или слоупстайле, где ты постоянно сталкиваешься с опасностью. В этих видах ты можешь неудачно приземлиться, и это плохо кончится. Любое падение, которое кажется незначительным, может оказаться фатальным. Хотя и в слаломе я ломала руку уже дважды. Всё из-за резких движений. Порой можно разогнаться так, что тебя вынесет из поворота по инерции. Именно так я и сломала руку.
Вик Уайлд: Соглашусь с Алёной. В рейсовом сноуборде серьёзные травмы реже встречаются. В нашем виде заранее решаешь, куда ехать, всё видишь. То есть решение принимаешь самостоятельно. Но, к сожалению, мы не застрахованы от повреждений, которые появляются со временем: разнашивание суставов, дисков…

– Вы упомянули хафпайп. В этой дисциплине на Олимпийских играх в Сочи первенствовал Юрий Подладчиков, который выступает за Швейцарию. Я не буду проводить параллели с выступлением Вика за Россию. Но Юрий объяснил, почему не выступает за нашу страну. Мол, тренеры наши чересчур строги: говорят, во сколько ложиться спать, что делать, куда можно ходить, куда нельзя. У вас всё так?
А.З.: Вы знаете, я не думаю, что Юра не стал выступать за Россию из-за того, что ему нужно ложиться спать в какое-то определённое время. И вообще, он выступал за Россию до 2006 года. И не факт, что он ложился, к примеру, в 23.00. Я это к чему? Хочу, чтобы соотечественники и фанаты сноуборда не осуждали Юру за то, что он не выступает за Россию. Всё-таки он с детства жил и тренировался в Швейцарии. Это его выбор, и он в этой стране добился успехов. Что касается дисциплины, то я считаю, что каждый выбирает сам. У нас все спортсмены взрослые люди. Если тебе комфортно в 5 утра пьяным ложиться и в 7 вставать на тренировку, то пусть так будет. Но каждый сознательный спортсмен рано или поздно приходит к режиму. Никто никого не должен заставлять. Ты должен ручаться за себя, если профессиональный спортсмен. Сам должен определять, что для тебя лучше, и принимать правильные решения. И все понимают, что лучше пораньше лечь спать, восстановить силы. Я, к примеру, за такой подход. Мне не нужна няня, чтобы говорить, когда ложиться спать (улыбается). Я сама знаю, сколько мне нужно времени для отдыха.
В.У.: Безусловно, каждый волен выбирать. Но если взглянуть на статистику, то можно предположить, что люди, у которых больше медалей, более серьёзно относятся к спорту, нежели те, кто просто зарабатывает деньги, скользя по жизни.

Алёна Заварзина во время цветочной церемонии на Олимпийских играх в Сочи

Алёна Заварзина во время цветочной церемонии на Олимпийских играх в Сочи

– Алёна, вы изменились за эти несколько лет? Читал ваши интервью двухлетней, трёхлетней давности. Вы позволяли себе сленговые выражения, резкие словечки …
А.З.: Я как-то читала комментарии к своим интервью 2011 года, которые почему-то опубликовали именно сейчас. И я вам скажу, что мне неприятно их читать. Но да, я могу сказать, что раньше не особо следила за своим языком, как пытаюсь это делать сейчас. Но всё равно это тяжело. Особенно когда спрос на тебя высок и ты даёшь интервью каждый день. Трудно отследить всё. То или иное всё равно попадает на плёнку или бумагу. Как говорится, из песни слов не выкинешь. Но я уже замужем 2,5 года, и у меня сейчас совершенно другой темп жизни и другие интересы, нежели три года тому назад. Я думаю, что я всё же изменилась. Дай бог, повзрослела немного.

– Когда я спрашивал у Алексея Соболева, поместившего свой телефонный номер на шлеме, почему сноубордисты такие весёлые и радостные, он ответил: "Потому что мы такие в жизни".
В.У.: В сноуборде много дисциплин, и он привлекает самых разных людей. И если ты хочешь заниматься чем-то более свободным и получать от этого удовольствие, то можешь пойти во фристайл. Если хочешь ездить на пределе, на максимуме и бросить вызов судьбе, можешь пойти в борд-кросс, это более опасный вид. Если перфекционист – в параллельный слалом. Понимаете, это как искусство.
А.З.: Когда я была маленькой, любила свободу действий. В бассейне ты прыгнул, а у тебя есть только длина дорожки и плавать можешь только определённым образом. То же самое и в футболе – хотя, конечно, в этом есть свои прелести, – но там тоже есть ограниченное пространство. Для меня сноуборд равнозначен свободе. Я могла схватить доску и уехать куда-нибудь. Никто меня не контролировал. Я не должна была докладывать: во дворе гуляю или где-нибудь ещё тусуюсь. Ты можешь поехать на гору и проехать любую линию, можешь умчаться в лес. Это такая свобода! Для детей это как на велосипед сесть. Когда ты отрываешься от родителей и делаешь нечто подобное, ощущаешь такой прилив сил. Отсутствие условных ограничений отчасти определяет личность человека. Возможно, именно поэтому мы такие позитивные.

– Все без исключения? На выручку каждый готов прийти?
А.З.: Это как в жизни: если у тебя есть друзья, то они всегда помогут. Если ты козёл, вряд ли.
В.У.: Мне кажется, такого нет, чтобы кто-то желал зла, и хотел, чтоб кто-то проиграл намеренно. Мы любим соревноваться честно. И если у кого-то что-то сломалось, почему бы не помочь? Да, мы все стремимся к победе, но ничего плохого нет, если ты поможешь кому-то со снаряжением, ведь каждый из нас может оказаться в подобной ситуации. В прошлом году на чемпионате мира один из наших коллег сломал ботинок прямо перед заездом. Я дал ему запасные части, которые у меня были. Это в порядке вещей.

Алёна Заварзина с бронзовой медалью Олимпийских игр в Сочи

Алёна Заварзина с бронзовой медалью Олимпийских игр в Сочи

– В России вроде бы достаточно снега, и государство популяризирует сноуборд, но в то же время у нас нет площадок, все спортсмены тренируются в Европе. С чем это связано? Как вы думаете, после ваших успехов дело начнёт спориться?
А.З.: Я очень надеюсь, что ситуация изменится в лучшую сторону. У нас недостаточное количество высоких гор с развитой инфраструктурой, где можно тренироваться, когда на обычной высоте снега нет. Мы иногда тренируемся в Абзаково – там среднегорье и есть искусственное оснежение. Но, к примеру, в октябре в стране снега нет. Может, где-то и есть на ледниках. Но там нет ни подъёмников, ни гостиниц. Да и добираться накладно. Надеюсь, после Олимпиады на нас обратят внимание. К слову, в Сочи теперь будем тренироваться больше, поскольку здесь созданы хорошие условия.

– Вы не гнушаетесь популяризировать сноуборд подобно хоккеистке Анне Пруговой и скелетонистке Ольги Потылицыной, принимая участие в различных фотосессиях, порой откровенных. Как Вик относится к этому?
А.З.: Вик тоже участвует в фотосессиях, как я к этому отношусь (смеётся, переводит Вику)?
В.У.: Возможно, это не сильно влияет на популярность. Но, с другой стороны, если ты знаешь людей, видишь их в журналах, читаешь публикации, это действительно привлекает внимание к спорту. А для нас важно, чтобы люди понимали, что и их дети могут добиться успехов. Да и когда ты знаешь людей в лицо, тебе интересно за них болеть, ты начинаешь вникать в тонкости…

– Как вы относитесь к включению слоупстайла в программу Олимпийских игр?
А.З.: Мы ходили смотреть финал мужского слоупстайла вживую. Нам очень понравилось. Зрелищное мероприятие. Я не скажу, что это более зрелищно, чем хафпайп, но в целом мне понравилось.
В.У.: В хафпайпе больше динамики. В слоупстайле ты можешь выбрать: поменьше трамплин или побольше. А в хафпайпе ты, как говорится, в сторону не свернёшь. Там очень тяжело. Я испытываю огромное уважение к тем спортсменам, которые выступают в этом виде спорта. Там реально страшно, просто кошмар какой-то. Вообще, я очень рад, что мы достойно представили страну в сноуборде. Причём в разных видах: и в хафпайпе, и в слоупстайле. Ещё меня удивила поддержка болельщиков.

– Вы на досках какие-то надписи делаете?
А.З.: Нет! Нам запрещено это делать. Это против правил олимпийского комитета. За это штрафуют.

– А вот Николай Олюнин писал "мама", "дедуля", "бабуля"…
А.З.: Да, он пишет. И "мамуля" выиграла, кстати. Его не штрафовали. Конечно, это твоё желание. Ты можешь подписать что-то для себя, чтоб никто не видел. Но вот имена нельзя писать. Названия тоже. Если, скажем, ты написал и заклеил скотчем, а он отклеился, то штрафовать тебя за это не будут. Однако правила есть правила. Олимпийские игры вне брендов, это даже не политика. Это совершенно другое движение. Все эти логотипы не нужны, и я согласна с такими правилами.

Вик Уайлд во время соревнований на Олимпийских играх в Сочи

Вик Уайлд во время соревнований на Олимпийских играх в Сочи

– Алёна, помните, как состоялось ваше знакомство с Виком?
А.З.: Да, мы встретились в 2009-м на этапе Кубка мира. В это время я проходила в Москве реабилитацию после травмы, а Вик как раз приехал в столицу на соревнования. На протяжении двух лет мы встречались, а затем решили узаконить свои отношения.

– Вик, вы как-то говорили, что Новосибирск – первое, что вас шокировало в России…
В.К.: Первое время в другой стране тебя всё немного шокирует. Многое кажется необычным, но постепенно ты привыкаешь и перестаёшь удивляться. Я приехал из маленького городка Уайт-Сэлмон (штат Вашингтон. – Прим. "Чемпионат"). Так что, сами понимаете, необходимо было время, чтобы влиться в ритм жизни мегаполиса. В целом мне очень нравится Москва. Единственный минус, пожалуй, состоит в том, что из столицы России достаточно тяжело выбраться на природу. Уходит масса времени. К этому надо привыкнуть. Мне, к примеру, нравится парк Горького, различные кафе, в которые мы ходим с Алёной.

А.З.: Да, рядом с нашим домом есть замечательное кафе в испанском стиле, куда мы частенько с Виком заглядываем, когда у нас нет времени готовить. Любим гулять по Цветному бульвару, Вику нравится центр города. Да и мне тоже. Помню, когда мы после года пребывания в Америке вернулись в Белокаменную, даже прослезилась. Тогда мы ехали по третьему транспортному кольцу мимо ММДЦ "Москва-Сити".

– Новосибирск стал первым российским городом, в котором побывал Уайлд?
А.З.: Нет, знакомиться с нашей страной он начал в подмосковном горнолыжном клубе Шуколово. Именно там в 2007-м в составе сборной США по сноуборду Вик выступал на этапе Кубка мира.

– На заре ваших отношений вы отдыхали в Мексике. Можете рассказать самую удивительную историю, произошедшую там?
А.З.: Мы пошли купаться в лагуну. Там было очень мелко. Вик говорит, мол, я слышал, здесь скаты водятся в большом количестве. А я говорю: да это все ерунда, не обращай внимания. Не прошло и 20 минут, как он наступил на ската. Тот обхватил его ногу и проколол. Вик начал прыгать. Я же подумала, что он меня разыгрывает, и сначала не отреагировала. Поверила, только когда он упал в воду. Я вытащила его на берег. Боль усиливалась с каждой минутой! Вик признавался после, что ощущения были такие, как будто его ступню ножом ковыряли. Это было просто ужасно! Благо на берегу были люди, которые знали, как избежать неприятностей. Ногу Вика поместили в горячую воду, чтобы действие яда прекратилось. Оказалось, что при 45 градусах он становится безвредным. После уже дали обезболивающее, чтобы заглушить боль.

Владимир Путин и Вик Уайлд на чествовании олимпийцев в Кремле

Владимир Путин и Вик Уайлд на чествовании олимпийцев в Кремле

– Вик, после переезда в Россию, вы изменились в профессиональном плане?
В.У.: Разумеется. Здесь я могу круглый год заниматься делом и не думать ни о чём, кроме тренировок и соревнований. Только работать.

– Алёна, вы в самом деле тренировали Вика?
А.З.: Я не тренировала! Это шутка. Я один раз пришла на тренировку, посмотрела как он ездит, дала пару советов, так как со стороны видно лучше. Я никогда не была его тренером.

– Но вы же помогаете друг другу?
А.З.: Естественно. На тренировках я смотрю на Вика, а он – на меня. Но больше он мне помогает, у Вика техника лучше.

– Вик старается вам прививать какие-то свои традиции? Например, смотреть "Супер Боул"?
– Мы вешали рождественские чулки, как в Америке. Но это было на Новый год. Вообще, мы не самая традиционная семья. Я не дарю подарки, когда их нужно дарить.

– А Вик слушает российскую музыку? Филиппа Киркорова, например?
А.З.: Нет, Филиппа Киркорова он не слушает (смеётся). Ему нравится группа "Кино". Особенно перед соревнованиями она ему сильно помогает. Его любимая песня "Группа крови". Давай: "Группа крови на рукаве..." (обращается к Вику).
В.У.: Нет! Я петь не буду (смущается).
А.З.: Он стесняется. А так он иногда поёт, особенно строчку "Пожелай мне удачи в бою!" (смеётся).

– Вик, какой главный вывод вы сделали по итогам Олимпиады в Сочи?
В.У.: Я даже не думал, что эти Игры окажут на меня такое влияние, что это событие будет иметь такой резонанс. Олимпиаду я воспринял как нечто особенное. Её сложно сравнивать с чем-нибудь другим. А какая сумасшедшая поддержка была. Ты видишь, сколько людей радуется. На какое огромное число людей ты повлиял своим выступлением. Это гораздо больше, нежели личная победа в соревновании. Это событие для всей страны.

Алёна Заварзина и Вик Уайлд на Олимпийских играх в Сочи

Алёна Заварзина и Вик Уайлд на Олимпийских играх в Сочи

– Вик, вы частенько ходите в головном уборе, а сегодня ваши волосы на свободе. Что произошло?
В.У.: В этом нет ничего необычного. В первый день весны я традиционно отказываюсь от шапки. Головной убор – это просто зимняя привычка.

– Алёна, поговаривают, что вы одеваете Вика.
А.З.: Да, шарфик завязываю (смеётся). Я просто помогаю Вику с некоторыми аксессуарами.
В.У.: А ведь действительно, я сейчас выгляжу лучше, чем три года назад. Перед женитьбой я вообще шопингом занимался раз в три года. Я пытался раздобыть бесплатную одежду. Это, конечно, неплохо, но жизнь в Москве требует хорошего стиля. Нельзя просто ходить в широких штанах. Нужно следить за собой, если живёшь в мегаполисе. Хотя многие так не считают.
А.З.: У нас есть тренер, который приезжает в аэропорт и надевает рубашку. Он может в жизни не носить рубашки, но в аэропорту к тебе совсем другое отношение, если ты выглядишь прилично. Так и у многих других людей. У нас всё же часто встречают по одёжке…

– Вик, как отнеслись к вашей победе в Америке?
В.У.: Очень хорошо! Все крупные американские издания писали обо мне только в положительном ключе. Никакой критики не было вообще. А на моей малой родине гордятся мной очень сильно.

– После нескольких лет, проведённых в России, можете охарактеризовать русского человека?
В.У.: Я антропологией не занимаюсь. Для меня все люди похожи. Каждый по-своему счастлив и следует своим путём.

Источник: «Чемпионат»
Оцените работу журналиста
Голосов: 2
6 декабря 2016, вторник
Что вы думаете о победе Антона Бабикова в Эстерсунде?
Архив →