Евгений Иванов – о сноубординге и Олимпиаде в Сочи
Текст: Юлия Иванова

Иванов: свобода выбора – главное в нашем деле

Российский сноубордист Евгений «Жун» Иванов рассказал о сноуборде из фанеры, борьбе с боязнью скорости и итогах лагеря New Star Camp.
3 апреля 2014, четверг. 17:00. Другие
«РУКИ МЁРЗЛИ ОЧЕНЬ СИЛЬНО, НО ЕЩЁ СИЛЬНЕЕ ХОТЕЛОСЬ КАТАТЬСЯ»

— Евгений, откуда взялось такое прозвище – Жун?
— Когда я был маленьким, ещё до того, как стал заниматься сноубордингом, я пошёл учиться в секцию брейк-данса. Я быстро прогрессировал, старшие ребята заметили меня, познакомились и пригласили в свою тусовку. В этой компании был один мальчик, который сильно заикался. Он попытался сказать называть меня «малыш Джонни», а получилось что-то вроде «Жжуун». После этого все стали называть меня Жуном.

— Где и как зародилась горячая любовь к сноуборду?
— В детстве я всегда был в спорте, занимался всем, чем только можно: волейболом, баскетболом, мини-футболом, катался на всём подряд. Всё как у большинства мальчишек. Моё место рождения, наверное, и определило моё занятие. Я родом из северного города Надым, с полуострова Ямал, где зима начинается в конце сентября, а закончиться может в июне. Гор у нас, конечно, не имелось, но зато кругом был снег и сопки. Всегда катался с мамой на беговых лыжах, и однажды нас обогнал снегоход, за которым ехал парень на непонятной мне одной лыже. Я спросил маму, что это такое, она мне сказал, что эта доска называется сноуборд, это очень травмоопасно и «тебе это совсем не нужно». Вот тогда я и понял, что именно эта «лыжа» меня очень сильно заинтересовала.

— Как проходило становление вас как сноубордиста?
— Я пообщался с друзьями, они показали мне разные журналы о сноубординге, но так как наш город был закрытым, спортивных магазинов никаких не было, да и цена оказалась слишком велика. Выход был один, и мы с моим соседом сами сделали доски из фанеры. На тот момент мало у кого были настоящие доски, люди катались на самодельных сноубордах. В первый же сезон на своей самодельной доске я занял третье место на одном из местных соревнований.

— С фанерой всё более или менее понятно, а что использовали в качестве крепления?
— С креплением была целая история. Мы брали маленькие половники, отрезали ручки, распиливали на две части — это были хайбеки. Конструкция из армейских ремешков и железных уголков служила в качестве верхней и нижней стрепы. У нас зимой сильные морозы, а чтобы застегнуть такие крепления, нужно было обязательно снять перчатки. Руки мёрзли очень сильно, но ещё сильнее хотелось кататься.

— А когда появилась своя настоящая доска?
— Однажды я заболел и оказался в больнице. Родители, навещая меня, каждый раз спрашивали, что мне принести, а я всегда в шутку отвечал, что хотел бы сноуборд. А после того как меня выписали, я пришёл домой увидел, что у меня в комнате стоит настоящий сноуборд, с креплениями! Сезон к тому моменту уже закончился, но весь следующий я катал на своей доске, хотя и без ботинок. Родители сказали, что покатаюсь годик и так, а потом и ботинки найдутся.

— Сложно, наверное, без ботинок было?
— Сложно. Какую обувь я только не перепробовал, оказалось, что больше всего подходят валенки-кисы. Гонял на них. Помню, у нас за домом делали большие ледяные горы, чтобы кататься с них на санках, на ледянках, да и просто так. Но её ведь нужно ещё заливать водой, а до этого момента гора представляет собой большую кучу снега и ребята там сверху сделали что-то вроде «разгонки», а внизу соорудили маленький трамплин. И вот мой сосед достал у друга деревянный сноуборд и потащил меня пробовать. И не важно было, что доска была чуть ли не в два раза больше нас, я всё равно «пристегнулся» и поехал вниз. Дул сильный ветер, и я, разумеется, сразу же свалился вбок. Внизу были навалены деревянные ящики, на ногах у меня был сноуборд, а я держался за край горы и ничего не мог сделать. Оставалось только звать друга на помощь. Он отстегнул мне сноуборд, я кое-как слез вниз, сразу же сказав, что всё это ерунда, и ушёл домой, решив, что больше никогда не встану на доску. Хватило меня на несколько дней.

— Страх скорости у вас изначально был? Или появился позже?
— Особого страха я не помню. Наверное, всё-таки маленький был, не до конца понимал, что может произойти, да и интерес к происходящему превалировал над любыми страхами. Адреналин уже тогда перехлёстывал, хотелось пробовать ещё и ещё. Первые спуски выглядели очень просто: ты едешь по прямой до того момента, пока не остановишься, не упадёшь или не влетишь в какое-нибудь дерево. Поворачивать-то не умели ещё.

«ТЫ САМ ХОЗЯИН СВОЕГО КАТАНИЯ, ПРЕГРАД ДЛЯ ТВОРЧЕСТВА НЕТ»

— За олимпийским сноубордингом в Сочи следили?
Следил только за слоупстайлом, во время хафпайпа был за границей, там даже повторы посмотреть не удавалось. После возвращения домой уже как-то не особо интересно было. Собственно, мои скептические предположения относительно выступления сборной России подтвердились. Четыре медали – хороший результат, но ведь тут речь идёт о жёстком сноубординге, в котором я ничего не понимаю. Мы занимаемся мягким сноубордингом, а в нём ситуация совершенно иная, вот уже несколько лет она не меняется. И пока не будет кардинальных перемен, я не хочу иметь никакого отношения к государственному сноубордингу.

— Вам удалось попробовать олимпийские трассы?
— Да, в прошлом году там проходил чемпионат страны, тогда я впервые попал на «Роза Хутор». Мне очень понравилось, с погодой повезло. Я в Сочи приезжаю второй раз, мне тут всё очень нравится. Горы хорошие, инфраструктура на уровне, вообще место приятное. Что касается цен, то, конечно, хотелось бы, чтобы они были пониже, но вообще они на том же уровне, что и в Европе. Впрочем, и о качестве предоставляемых услуг могу сказать то же самое: они на европейском уровне.

— В прошлом году вышел фильм «Что это?», в съёмках которого вы принимали участие. Расскажите, какие-то новые подобные проекты появятся в ближайшее время?
— Да, в данный момент мы готовим ещё один видеопроект, который должен выйти в свет этой осенью. Фильм называется «Поворот», в нём будет много разных реальных историй от самих райдеров – участников этого проекта. Они расскажут о своём главном жизненном повороте, будет много интересных кадров именно об этом, потому что зритель понемногу начинает уставать смотреть бесконечные нарезки трюков под музыкальное сопровождение. Конечно, без красивых панорам, съёмок с вертолёта не обойтись, их тоже будет достаточно. Съёмочный процесс в фильмах про сноубординг – это вообще отдельная тема. Ты сам хозяин своего катания, а это значит, что границ и преград для творчества попросту нет. Ты сам выбираешь время и место, выбираешь, как тебе кататься, какие трюки делать. Как художник постепенно рисует свою картину, так же и мы шаг за шагом, кадр за кадром делаем фильм. Это просто невероятное ощущение. Свобода выбора – это главное в нашем деле.

— Понятно, что сноубордист делает зимой, а вот что он делает летом?
— Раньше я и летом много катался на сноуборде, однако в последнее время достаточно времени отдаю скейту. Этим летом буду подрабатывать, планирую поработать на каком-нибудь горнолыжном курорте, совместить приятное с полезным. Речь идёт не об инструкторстве, а о работе в сноуборд-парках. Строить фигуры, готовить трассы. Скорее всего, поеду в Швейцарию, в Саас-Фе. Отличное местечко, мне там очень нравится. Возможность такая есть, посмотрим, удастся ли мне её воспользоваться.

— То есть инструктором быть не хотите? Такая работа не приносит дохода?
— Конечно, я думал о таком варианте, это на самом деле очень интересно и полезно. Просто для того, чтобы учить людей, нужно пройти обучение на специальных курсах, получить корочки, а у меня всё никак не было времени на это. Впрочем, в последнее время такие мысли посещают меня всё чаще, я всерьёз рассматриваю такой вариант. Тут дело даже не в том, получится у меня со Швейцарией или нет. Считаю, что выучиться всё равно нужно, такое образование пригодится, если не сейчас, то позже. Курсы ведь всего две недели идут, если ты всё делаешь правильно, то сдаёшь экзамены-тесты и можешь работать инструкторам. Мне, если честно, больше хотелось бы с детьми заниматься. Это наше будущее.

— Как порекомендуете новичкам бороться со страхом скорости?
— Спешить никуда не нужно. Понемногу, аккуратно делать то, что получается. Лезть на самую крутую гору нельзя ни в коем случае. Начинать с маленьких уклонов, с тренировочных спусков, на которых скорость невелика. Нужно, прежде всего, научится контролировать доску, освоить повороты. И только потом, постепенно, через грамотную практику приучать себя к скорости.

— Можете оценить свой текущий уровень профессионального развития?
— Очень сложный вопрос. Пределов для совершенствования нет, непокорённые вершины были, есть и будут всегда, поэтому я не смогу ответить на этот вопрос.

— Бытует мнение, что лучшие райдеры непременно должны родиться на севере. Это так?
— Нет, я так не думаю. Хорошие райдеры есть везде, чтобы стать сноубордистом, не нужно обязательно родиться и вырасти среди снегов. Доказательством могут служить англичане, у которых практически нет естественных условий. Они тренируются не на снегу, а на специальных щётках, из жесткого пластика. Из таких щёток делают целые склоны, обшивают ими трамплины и люди катаются в таких условиях. Хорошо получается, ведь главное – это желание. Единственное – падать на них не очень приятно.

— Вы не хотите выступать за сборную из-за ситуации в федерации, а патриотом себя считаете?
— Да, я считаю себя патриотом, и в первую очередь того места, где я родился. У меня даже татуировка есть – «Roots-89» – это наш регион. Я всегда вспоминаю те места, где прошло моё детство, очень люблю свой родной город. Именно с этими местами связаны самые яркие воспоминания из моей жизни. Что касается сборной, то я некоторое время был в составе, но потом принял решение уйти. Причина – сноубординг для меня прежде всего ассоциируется не с деньгами, а с процессом.

Когда я только начинал кататься, мне больше всего нравилось то, что окружает сноуборд. Я приходил на горку рано утром, когда вообще никого не было, и наслаждался тишиной, ветерком, падающими снежинками. Я всегда любил зиму и снег, всё-таки северная родина кардинально повлияла на моё будущее и на выбор моей профессии. В сборной же есть люди, занимающие позиции в руководстве, которые вообще не знакомы со сноубордингом и не понимают, с чем имеют дело. Им не суждено понять, что это значит для нас, для всех тех, кто действительно катается на доске. Я — за правду, за то, чтобы всё было правильно.
"Ты сам хозяин своего катания"… На трассе Евгений Иванов

"Ты сам хозяин своего катания"… На трассе Евгений Иванов

«ВСЁ, ЧТО НИ ДЕЛАЕТСЯ, – К ЛУЧШЕМУ. ЭТО ПРО МЕНЯ»

— Каким было самое большое разочарование в вашей жизни?
— Я вообще старюсь не сожалеть ни о чём, как бы ни развивались события. Всё, что ни делается, – к лучшему, это как раз про образ моих мыслей. Всё случается, бывали очень неприятные жизненные ситуации, но выделить какие-то конкретные из них я не могу. Не могу назвать даже какие-то неоправданные ожидания, всё ещё впереди, много должно получиться.

— К чему вы стремитесь, чего хотите добиться?
— К миру во всём мире (смеётся). Конечно, одному человеку с этой миссией не справиться, поэтому нужно объединяться. И сноубординг – отличный повод для объединения. Наша философия исключительно позитивная, без неё вообще никуда. Вы уважаем чистоту, настоящий сноубордист никогда не портить то, что сделала мать-природа. Обычные люди просто смотрят на ступеньки, по которым идут, не замечая ничего вокруг. Мы же смотрим на мир, сразу же пытаясь оценить, где можно съехать, где подпрыгнуть, а где повернуть. Мы не будем мусорить в горах, этот снег и возможность промчаться по нему нам подарила природой, мы не имеем права портить подарок. Очень хочется донести до людей всю красоту натуральной, нетронутой природы, и это легко можно сделать через сноубординг.

— Что бы вы никогда не сделали?
— Не убил бы человека. Надеюсь, что этого никогда не произойдёт.

— В вашей жизни есть самый важный человек?
— На данный момент это мои родители. И Боб Марли (улыбается).

— Как вы относитесь к тому, что в сноубординге очень много семейных пар?
— Очень хорошо. Это здорово, ведь сноубординг максимально открыт для всех, не важно, сколько тебе лет и какого ты пола. Очень радостно видеть, как в нашем спорте появляется всё больше и больше семей, люди с удовольствием привозят на гору своих маленьких детей, учат их кататься, передают им любовь к тому, чем занимаются сами.

— Вы задумывались о своей семье?
— Конечно, задумывался. Просто пока ещё не нашёлся тот человек, с которым я был бы готов прожить всю оставшуюся жизнь. Семья и дети – это очень здорово, просто всему своё время. Думаю, что моя будущая супруга так или иначе будет иметь отношение к сноубордингу, к нашей большой тусовке, у нас же должен быть общий интерес.

— В какой стране вы бы хотели жить?
— Непростой вопрос. За последние пять лет я много где побывал, везде по-своему прикольно, много интересного и нового. Выделить что-то одно я вряд ли смогу. Мне и в России нравится, и во многих европейских странах, и в Азии очень круто. Везде есть свои плюсы и минусы, разные менталитеты, это всё нужно учитывать. Впрочем, нам проще, ведь для настоящего сноубордиста не имеет значения разница в менталитетах. Мы все братья и сёстры и понимаем дуг друга с первого слова.

«ЭТО ЛУЧШИЙ СНОУБОРД-ЛАГЕРЬ ЗА ВСЮ ИСТОРИЮ ОТЕЧЕСТВЕННОГО СНОУБОРДИНГА»

— Какие впечатления у вас оставил лагерь Quiksilver New Star Camp?
— Максимально яркие и исключительно положительные. Я бы хотел, чтобы этот лагерь стал ежегодным. Тут всё здорово, начиная с отличных апартаментов для проживания и заканчивая теми людьми, которые приехали сюда. Очень много знакомых, друзей, инфраструктура замечательная, погода на протяжении большинства дней нас радовала.

Раньше у этого мероприятия был совсем иной формат, на этот раз программа более обширна, можно и просто покататься, и принять участие в контестах, причём и для мужчин, и для девушек, для профессионалов и для новичков. Всегда можно найти именно тот вариант времяпровождения, который тебя максимально устраивает. После катания проводились вечеринки, можно было сходить в кино, поиграть в боулинг, просто погулять по «Горки Городу» и по Красной Поляне, там есть очень красивые места. Всё это очень большой плюс новому формату мероприятия Quiksilver.

— Можете сравнить этот лагерь с другими подобными, в которых вам доводилось принимать участие?
— Да, у меня есть опыт посещения таких лагерей, в том числе и в других странах – в Швейцарии, во Франции. Что касается нашей страны, то могу смело сказать, что это был лучший российский сноуборд-лагерь за всю историю отечественного сноубординга. Это совершенно точно. По иностранным мероприятиям могу сказать, что формат, в принципе, такой же, проводятся соревнования, можно просто кататься в своё удовольствие. Главное отличие – европейцы, здесь – россияне. И, поскольку я русский, мне, конечно же интереснее здесь. Смотреть, как развивается индустрия, как растёт интерес к нашему виду спорта очень приятно.

— Что бы вы хотели изменить в этом лагере? Что добавить или, наоборот, убрать?
— Я бы добавил дней. Мне настолько всё понравилось, что попросту не хватило времени, чтобы до конца насладиться событием. И если лагерь станет ежегодным, то пусть он будет длиться подольше.
Источник: «Чемпионат»
Оцените работу журналиста
Голосов: 1
6 декабря 2016, вторник
Что вы думаете о победе Антона Бабикова в Эстерсунде?
Архив →