7 февраля 2015 года – год со дня старта Игр-2014
Фото: РИА Новости
Текст: Лев Россошик

«Глубина трясины 80 метров? Здесь и построим олимпийский парк»

Схема «2-4-1», архитектор горы, первые тесты, президентский хоккей и русская водка для членов МОК – так шла подготовка к Играм-2014 в Сочи.
4 февраля 2015, среда. 12:15. Другие

Мы продолжаем рассказ обозревателя «Чемпионата» о подготовке к сочинским Играм. В первой части нашего повествования Россия смогла убедить МОК в том, что достойна получения Олимпиады, сейчас речь пойдёт о первых реальных шагах по направлению к лучшим зимним Играм в истории человечества.

За 2193 дня до зажжения огня

Я оказался в сочинских горах ровно через год после визита Оценочной комиссии и соответственно собственного здесь появления — компания «Роза Хутор» пригласила принять участие в первом журналистском пресс-туре, причём ровно день в день за шесть лет до открытия сочинских Игр. Если точнее, то за 2193 дня до торжественного события. Много? Как сказать…

Расстроился немного, когда самолёт проехал мимо здания новенького аэровокзала, долгое время остававшегося на консервации и вновь закрывшегося после подробно описанного в предыдущем материале визита Оценочной комиссии МОК в феврале 2007-го. А ещё потому что на протяжении всего часового пути на Красную Поляну не увидел никакой мало-мальской символики, напоминавшей, что Сочи — уже олимпийская столица: за год до этого здесь все было иначе — о предстоящих Играх, право на проведение которых ещё надо было получить, кричало всё вокруг.

Впрочем, собираясь в Сочи в первую после выборов поездку, был готов к тому, что, удовлетворённые выбором МОК, некоторое время все будут почивать на лаврах, то есть до поры здесь никаких движений ждать и не нужно было. Тем более что незадолго до этого генеральный директор, а позже и президент Оргкомитета «Сочи 2014» Дмитрий Чернышенко рассказал, что подготовка к Играм будет вестись по схеме «два-четыре-один».

Расшифровывались эти цифры так: два года отводилось на проектирование и согласования, четыре — на сооружение объектов и один — на их тестирование. Потому и был приятно удивлён, когда увидел, что на будущем горнолыжном курорте «Роза Хутор» работы уже идут.

А было этому одно, но очень существенное объяснение: в отличие от прочих объектов, тестовые соревнования на которых планировались на 2013 год, представители «Белого цирка» решили провести апробацию своих трасс в феврале 2012-го. 12 февраля на «Розе Хутор» должны были стартовать этапы Кубка мира в этих дисциплинах, которые во все времена считались приоритетными среди прочих олимпийских видов.

В первый день поучаствовал в брифинге, в ходе которого узнал, что у всех 10 дисциплин, составляющих горнолыжную программу Игр, будет единая зона финиша на высоте 940 м над уровнем моря, что бывает весьма редко, так как перепад высот, скажем, у слалома и скоростного спуска разнится километра в два, если не больше. Но на Розе придумали такой вариант, когда зрители, чуть повернув голову налево, смогут увидеть полное прохождение дистанции слаломистами, прямо перед собой — финиш мужского скоростного спуска, а правее — завершающие метры женской дистанции гигантского слалома.

Ещё одна особенность горнолыжного центра будущих Игр — то, что он станет экокурортом и уже началась совместная работа со специалистами Всемирного фонда дикой природы. Предложенная строителям концепция включала соблюдение экологических стандартов, действующих на территории России, использование экологически чистых строительных технологий и материалов, проведение природоохранительных мероприятий на территории Сочинского национального парка, в котором горнолыжный курорт и находится.

Обо всём этом рассказал генеральный директор компании Сергей Трубин. Собственно, ему и было задано больше всех вопросов, в том числе и по поводу ситуации со снегом, которого тогда не было ни в Сочи, ни на нижней станции «Розы Хутор». Тогда-то и узнали: чтобы подготовить к соревнованиям все 43 гектара спортивных трасс, понадобится 156 часов.

А ещё услышал тогда категоричное заявление представителя Кавказского биосферного заповедника профессора Анатолия Кудактина и его коллеги Игоря Честина, директора WWF России, которые ратовали за восстановление популяции переднеазиатских леопардов. Именно на том совещании впервые было предложено сделать этого очень красивого зверька, называемого в народе барсиком, талисманом Игр 2014 года. Барсик и в самом деле станет талисманом, наберёт больше всех голосов среди своих собратьев по компании, но случится это только через три года — 7 февраля 2011 года в прямом эфире Первого канала.

А на следующий день нас посадили в вертолёт и подняли на высоту примерно в 2500 метров, на то самое место, где через шесть лет будет дан старт мужскому скоростному спуску. Вот здесь снега было в избытке. Потом я ещё дважды прилетал на ту самую снежную поляну на верхотуре, видел незначительные изменения, зато в 2011-м поднялся примерно на то же место уже на канатке. До открытия Игр оставалось целых три года.

Александр Жуков, Владимир Путин и Дмитрий Козак

Александр Жуков, Владимир Путин и Дмитрий Козак

Фото: РИА Новости

Знакомство с архитектором горы

Первый визит Координационной комиссии МОК, в которую входили 14 представителей этой организации во главе с трёхкратным олимпийским чемпионом Жан-Клодом Килли, состоялся в апреле 2008 года. Это последующие появления моковских представителей в Сочи (они наведывались сюда все вместе два раза в год, хотя сам Килли гораздо чаще) не вызывали столь пристального внимания, а по первой все было в диковинку: и посты охраны едва ли не у каждого угла, и кавалькада из дюжины черных джипов, несущихся на приличной скорости по горному серпантину, и пристальное внимание западных коллег, прежде всего, телевизионщиков.

Вот только смотреть пока в Сочи и окрестностях было не на что. Макеты, схемы, чертежи? Все это за год до того члены Оценочной комиссии уже видели. Разве что к этому моменту вступила в строй первая очередь горно-туристского комплекса ОАО «Газпром», да в полном объёме велись работы на уже названном выше горнолыжном курорте «Роза Хутор».

Собственно, на плато Роза Хутор и лежал изначально путь членов Координационной комиссии. Журналистам на презентацию путь был заказан, но кое-какие подробности добыть удалось. Например, что выступления Сергея Трубина и эксперта Международной федерации лыжного спорта, олимпийского чемпиона швейцарца Бернара Русси, который консультировал сочинцев по вопросам подготовки трасс, несколько раз прерывались аплодисментами.

Пообщаться с Русси оказалось делом непростым, потому что он всё время проводил в горах, где изучал каждый сантиметр будущих соревновательных участков. По восемь часов, а то и больше ползал горнолыжный ветеран по горным кавказским склонам. Только ближе к полуночи удалось несколько минут поговорить с заметно уставшим за день экспертом.

— Вы давно в Сочи?
— Впервые приехал осенью 2006-го. Больше из любопытства: посмотреть, что это такое — Кавказские горы. Как вы понимаете, Альпы мне знакомы досконально, да и в других местах, где соревнуются горнолыжники, бывал не раз.

— И каково было первое впечатление?
— Вы думаете, подписал бы я контракт и стал консультировать местных строителей, если бы мне что-то не приглянулось?

— Как часто вы бываете в этих местах?
— Раза три-четыре в год. В моей профессии главное — познать характер горы. Ведь у каждой он свой. Поэтому я должен её прослушать.

— Это как?
— Много хожу по склонам, изучаю каждый участок. Зимой встаю на лыжи и опять-таки присматриваюсь к каждой мелочи.

— Можно ли считать сочинский проект уникальным? Имею в виду единую зону финиша.
— Такое не так часто, но всё-таки бывает. На самом деле различные виды альпийских дисциплин разводят, чтобы удовлетворить вкусы всех.

— Как вас лучше называть — экспертом FIS?
— Я называю себя архитектором горы, ведь мне приходится создавать будущие трассы словно зодчему новое здание — просчитывать каждую конструктивную деталь, учитывать каждую мелочь. Причём не в ущерб природе. А это ой как непросто.

Интервью в виде исключения

Русси, конечно, фигура знаковая, но меня больше интересовал председатель Координационной комиссии Международного олимпийского комитета Жан-Клод Килли. Он никогда не любил давать интервью, предпочитал общаться с журналистами на пресс-конференциях. Тем не менее для меня, точнее, наверное, для издания, в котором я тогда работал, сделал исключение. Правда, вначале пришлось направить в департамент МОК по связям с общественностью перечень тем, которые хотелось бы затронуть в ходе беседы, и пообещать, что о первом визите Координационной комиссии в Сочи не будет сказано ни слова. В итоге добро было получено с определёнными оговорками: на интервью отводилось не больше 20 минут и время встречи оказалось не совсем обычным – полдевятого утра.

— Вам часто приходится давать интервью в столь раннюю пору?
— Вообще не люблю давать интервью. Я человек не очень публичный, хотя со стороны может показаться иначе. Но для вас сделал исключение, потому что мы были знакомы раньше.

— В Турине в 2006-м в канун церемонии открытия Олимпиады вы заявили, что завершаете свою работу в комиссиях по подготовке зимних Игр. И вдруг вы согласились вновь возглавить Координационную комиссию к Играм-2014. Что побудило вас изменить решение?
— Наверное, увидел новые горизонты, захотелось вновь помочь в организации Игр. При этом президент МОК Жак Рогге и многие его коллеги регулярно звонили и спрашивали, не передумал ли я, не собираюсь ли вернуться к своим прежним обязанностям. А ещё скажу вам без всякой лести: когда 4 июля 2007 года Россия получила право организовать Игры, столь любознательный субъект, как я, просто-напросто был не в силах отказать себе в возможности постоянно приезжать в Россию на протяжении семи лет!

Нам так и не дали тогда побеседовать оговорённые 20 минут — ответственный сотрудник МОК Роберт Роксбург прервал диалог, сославшись на занятость мсье Килли. Тем не менее приведу последние слова француза, которые оказались пророческими:

— Нет ничего важнее, чем успешное выступление в Сочи ваших атлетов, равно как успех российских организаторов Игр. И я верю, что так и будет!

За все годы работы Килли в России этот разговор президента Координационной комиссии и журналиста тет-а-тет так и остался единственным. Правда, ровно за 1000 дней до открытия Игр в мае 2011 года удалось задать Килли несколько вопросов, правда, в письменном виде. Ответы из Швейцарии не заставили себя ждать, но француз вновь подчеркнул, что делает это в виде исключения.

— Чем ближе Игры, тем чаще на первый план выходят различные детали, — утверждал Жан-Клод, отвечая на вопрос, что для организаторов будет самым сложным на завершающем этапе подготовки. — Самым сложным представляется способность найти взаимопонимание и взаимодействие между всё возрастающим числом партнёров и непосредственно теми, кто работает сейчас и будет трудиться в ходе приближающихся Игр. Также вам нужны заполненные трибуны стадионов во время соревнований, а для этого потребуется зазвать в город и доставить к местам проведения состязаний и обратно более миллиона болельщиков, что весьма непросто сделать. В любом случае это серьёзный вызов для организаторов.

Дмитрий Чернышенко, Константин Эрнст и Жан-Клод Килли

Дмитрий Чернышенко, Константин Эрнст и Жан-Клод Килли

Фото: РИА Новости

42 командировки в Сочи

Хотелось дальше рассказать, как всю зиму-2011/12 провёл в горах в качестве руководителя пресс-службы первых серьёзных тестовых соревнований, в том числе самых сложных — этапов Кубка мира по горным лыжам. Как на моих глазах горнопроходческие комбайны крушили горную породу, прокладывая первые метры будущей дороги от моря в горы. Как завезли и выпустили в вольер первых переднеазиатских леопардов, которые, по слухам, совсем недавно принесли первых котят. Как проходили первые пробные соревнования на ледовых аренах Прибрежного кластера…

… но всё-таки вновь решил предоставить слово Килли. Дело в том, что 24 марта 2014 года в Кремле президент России вручил государственные награды организаторам Игр в Сочи, тренерам и спортивным функционерам. Среди прочих орден Почёта получил трёхкратный олимпийский чемпион. А буквально на следующий день все мировые СМИ сообщили сенсационную новость: Килли уходит из МОК!

Тогда-то мой старый знакомый сделал очередное исключение и дал интервью, вероятно, последнее в своей жизни, коллеге из «Экип мэгэзин». Приведу некоторые фрагменты этого разговора, напрямую касавшиеся Сочи-2014.

— Получается, что вашим самым высоким постом в олимпийском движении была должность руководителя Координационной комиссии по подготовке сочинских Игр, с которой вы справились более чем успешно?
— На это могу ответить твёрдое «да». И горд тем, что приложил руку к столь грандиозному событию. Потому что всё пришлось начинать с нуля. Только представьте себе: 2007 год, президент МОК Жак Рогге, исполнительный директор МОК по проведению Олимпийских игр Жильбер Фелли и я приезжаем на место будущего Олимпийского парка. И перед нами… болото. И при этом наши русские партнёры говорят: «Глубина трясины метров 80. Пока мы не знаем как, но именно здесь мы построим все ледовые сооружения».

И та же история в горах. До начала Игр оставалось меньше шести лет. Справа от узенькой дороги, по которой мы приехали на Красную Поляну, должны разместиться сооружения горнолыжного курорта, который пока мы видели только на бумаге, слева в горах — ещё один соревновательный объект для прочих нордических дисциплин, которого опять-таки не существовало… И мы подготовили и провели самые компактные в истории олимпийского движения зимние Игры. Члены олимпийской семьи за 11 минут доходили от своего отеля до соревновательной зоны внутри Олимпийского парка, а спортсменам на это требовалось всего-то 4 минуты!

— Как расценивать ваше заявление, что организация игр в Сочи была блестящей?
— Но ведь все было именно так. При том вы должны понять, как мне, который сам организовывал Игры в Альбервиле вместе с Мишелем Барнье, было непросто отважиться на подобное заявление. Но никаких сравнений быть не может. Настаиваю: в Сочи прошли самые лучшие в истории Игры.

— Наверное, вы видите всё происшедшее под несколько иным углом, учитывая ваши отношения с Путиным и любовь к России?
— Неужели вы допускаете, что кто-то вообще может повлиять на моё видение проделанной работы? Пусть даже это так. Тогда не обращайте внимания на нарисованную мной картинку. Но я видел, как всё менялось в течение семи лет. За это время я прилетал в Сочи 42 раза. Я нёс полную ответственность за эти Игры, и это было здорово.

— Что вы можете сказать о Владимире Путине?
— Это человек, помешанный на спорте, что немаловажно, когда ты организуешь Олимпийские игры. Такой пример. На торжественный ужин по случаю вступления в должность на свой третий президентский срок Путин пригласил 7000 человек. Кое-кого из гостей предупредил: особо не наедайтесь, часов в восемь мы соскочим. В объявленный час несколько битком набитых минибасов отправились в сторону катка. В матче участвовали ветераны отечественного хоккея. Путин смог забить два или три раза, правда, ему никто не мешал — президент должен же отличиться, согласитесь. После душа водка текла рекой, все общались в непринуждённой обстановке. Считаю, что для такой страны, как Россия, нужен именно такой руководитель.

Источник: «Чемпионат» Сообщить об ошибке
Включи голову!
Всего голосов: 17
23 июня 2017, пятница
22 июня 2017, четверг
Партнерский контент
Загрузка...
Должен ли Евгений Трефилов продолжать работу с женской сборной России по гандболу?
Архив →