Виктор Кровопусков
Фото: РИА Новости
Текст: Александр Круглов

Кровопусков: бойкот Олимпиады — как удар ногой ниже пояса

О бойкоте, успешных коллегах Усманове и Бахе и китайском чуде — в подробном рассказе четырёхкратного олимпийского чемпиона по фехтованию.
2 июля 2015, четверг. 11:45. Другие

Четырёхкратный олимпийский чемпион Виктор Кровопусков стал одним из гостей первых Европейских игр и с интересом следил за турниром фехтовальщиков. В отличие от некоторых ветеранов, он толерантно относится к современным спортсменам и правилам. О прошлом и настоящем фехтования с ним побеседовал спецкор «Чемпионата».

«Какая разница, русский же выиграл»

— Виктор Алексеевич, в ваши времена не было такого количества соревнований. Нужно ли в мировом календаре такое событие, как Европейские игры?
— Самое главное и в те времена, и сейчас — чемпионат мира и Олимпийские игры. По выступлениям на них и оценивается класс спортсмена. Можно выиграть кучу турниров и не быть чемпионом мира, и ты не будешь известным и популярным, тем более в фехтовании. Я знаю кучу спортсменов, которых, несмотря на кучу выигранных турниров, мало кто знает, кроме специалистов. Сейчас очень много стартов. Полгода фехтовальщики готовятся и полгода выступают. Спортсмены только и успевают переезжать с турнира на турнир. Сейчас нужно подтверждать рейтинги, а неучастие в соревнованиях ведёт к потере очков.

— В своё время вы критиковали современные правила в сабле. Считаете, что ваш вид стал менее зрелищным?
— Сейчас я стал относиться к этому спокойнее. Любой вид спорта меняется и развивается. Одни правила отменяются, другие добавляются. Надо исходить из того, что есть, и к этому приспосабливаться. Поначалу мне казалось, что сабля обеднела, но для меня это одно, а для других, может, современные правила интереснее. Раньше вообще саблю не понимали, а сейчас начинают понимать. Наличие электронных датчиков делает вид спорта более объективным и исключает большое количество судейских ошибок.

— Вы часто страдали от судейских ошибок?
— Конечно. На чемпионате мира 1979 года у меня был перебой с Владимиром Назлымовым за золотую медаль. Я даже на табло не смотрел. Настолько был уверен, что веду в счёте, а потом выяснилось, что проигрываю. Когда тренеры пожаловались на судейство, им ответили: «Какая разница, русский же выиграл». Им-то, может быть, и никакой, а для меня очень большая разница между первым и вторым местами. В фехтовании у меня была долгая спортивная жизнь, и бывало всякое.

— Правда, что в детстве вы собирались бросить спорт?
— Я был ещё мальчиком и год действительно не фехтовал. Решил перейти в футбол, так как мой тренер закончил работу. Но потом меня убедили продолжить занятия.

— Вы фехтовали левой рукой. Необычный стиль создавал соперникам трудности?
— Нет. Вы посмотрите, сколько стало левшей. Левшой был другой лидер команды — Виктор Сидяк, а также Гоша Погосов и Андрей Альшан. Левшей всегда хватало.

— Может, это и говорит о преимуществе левшей?
— Я бы не сказал, что это преимущество. Я с левшами хорошо дрался, потому что знал их особенности и легко приспосабливался. Конечно, у каждого человека были неудобные соперники, вне зависимости от того, какой рукой он дрался.

«Хотел красиво закончить на Играх в Лос-Анджелесе

— В Монреале советские саблисты заняли весь пьедестал, а в Мюнхен вы даже не отобрались? Чемпионом СССР было стать сложнее, чем чемпионом мира?
— Конечно. Я чемпионом Советского Союза первый раз стал в том же году, когда выиграл первые Олимпийские игры. В Мюнхен же меня не взяли тренеры, поэтому, вспоминая о своей карьере, я говорю, что неудачник — две Олимпиады пропустил.

— Вторая — Лос-Анджелес?
— Да, это был огромный удар для всех наших спортсменов. Я хотел красиво закончить на Олимпиаде. В 1982 и 1983 годах мы были чемпионами мира в команде и должны были выиграть. В 1985-м я выиграл с этой командой чемпионат мира и закончил, а они продолжили побеждать без меня. Вдвойне было обидно, что сорвалась реальная медаль. Это как удар ногой ниже пояса.

— Вас не заставляли говорить слова в поддержку бойкота?
— Нет, потому что знали, что я этого не скажу. Я не голосовал против Олимпиады и был в шоке вместе со всеми спортсменами.

— С коллегой Томасом Бахом общаетесь?
— Конечно. Мы с ним были знакомы и в те времена. Тогда мы не думали, что он далеко пойдёт, но мне приятно, что во главе МОК стоит фехтовальщик. Я искренне рад за него. Алишер Усманов тоже занимался фехтованием и был прекрасным саблистом. У нас такая школа жизни была, что люди добивались успехов не только на дорожке.

— Шуткам находилось место в вашей команде?
— И сейчас находится. Мы с моим товарищем по команде и впоследствии тренером Марком Семёновичем Ракитой и сейчас шутим друг над другом. Хотя мы были конкурентами, но для конкурентов была нормальная атмосфера.

— Вам тяжело было переходить под руководство Ракиты уже будучи зрелым спортсменом?
— Нет, потому что Марк был не только великим спортсменом, но и великим тренером. Он очень тонко понимал происходящее со мной, переживал и за меня, и за Мишу Бурцева. Мне всё время было легко с ним. Я был очень хорошим исполнителем тренерских задумок.

— На Олимпиаде в Москве вы выиграли у него перебой. Сложно было перестроиться по ходу турнира?
— Я в бою у него вёл, но проиграл, а в повторном поединке наоборот. Миша был мастером мирового уровня. С ним было сражаться тяжело, потому что мы брали оружие о одного человека, постоянно встречались на дорожке в тренировочном зале и знали друг о друге буквально всё.

«Фармакология в фехтовании не поможет»

— Вы работали тренером в Китае и Японии. В чём особенность спортсменов с Востока?
— У них огромное трудолюбие, но в наше время они вряд ли могли добиться успеха. Слишком широкий был репертуар. А как он сузился, фехтование поменялось и многих уравняло. Они бегали за нами с камерами, изучали все детали и взяли всё лучшее от советской школы. В этом плане они выросли.

— Вас не удивил взлёт китайских саблистов в XXI веке?
— Успех китайского спорта на домашних Играх в Пекине многие связывают с применением каких-то препаратов и «народной медицины». В фехтовании добиться успеха только за счёт этого невозможно. У нас фармакология не играла такой роли. Как говорил мой тренер, фехтование любит новые имена, поэтому олимпийские чемпионы меняются. Сейчас почти в каждой стране есть один-два талантливых фехтовальщика, и если провести турнир на следующий день, чемпион может поменяться. Конкуренция стала невероятной. Даже в наши времена, когда два дня подряд проводили турнир по разным схемам — бой по кругу и «олимпийка» чемпионы были разные.

— Вам какая из этих систем была ближе?
— Мне по барабану. Надо уметь драться по любой системе. Всегда не нравилось новое, но потом люди привыкали. Справедливее, когда вылетаешь в случае двух проигранных боёв, вместо одного. Это исключало случайности. Можно попасть на неудобного соперника сразу и вылететь. А второго шанса никто не даст.

— Вам трудно следить за происходящим в современной сабле, где у нас нет такого превосходства, как в ваши времена?
— Почему? Конкуренция выросла в мире, и это объективно. Надо отвыкать от мысли, что российские саблисты должны выигрывать каждый турнир. В Рио нам будет очень сложно, так как будет только личный турнир, а у нас нет звёзд первой величины.

Источник: «Чемпионат» Сообщить об ошибке
Всего голосов: 8
28 апреля 2017, пятница
27 апреля 2017, четверг
26 апреля 2017, среда
Партнерский контент
Загрузка...
Кто, на ваш взгляд, должен усилить тренерский штаб женской сборной России по биатлону?
Анатолий Хованцев
361 (8%)
Николай Лопухов
90 (2%)
Дмитрий Губерниев
907 (20%)
Валерий Польховский
389 (9%)
Леонид Гурьев
71 (2%)
Павел Ростовцев
299 (7%)
Владимир Королькевич
152 (3%)
Виталий Мутко
702 (16%)
Александр Тихонов
428 (10%)
Магдалена Нойнер
1072 (24%)
Проголосовало: 4471
Архив →