Анна Чичерова
Фото: «РИА Новости»
Текст: Никита Кузин

Чичерова: сборной России нужна своя «фабрика звёзд»

Олимпийская чемпионка Анна Чичерова — о старте чемпионата мира, популяризации лёгкой атлетики, тренере Борзаковском и атаке допинг-офицеров.
21 августа 2015, пятница. 13:15. Другие
22 августа в Пекине стартует чемпионат мира по лёгкой атлетике. Российские поклонники «королевы спорта» многого от нашей команды не ждут, по ряду причин медальные прогнозы весьма пессимистичны. Однако остались такие виды, в которых наша страна продолжает оставаться лидером и фаворитом. Один из них – прыжки в высоту. Олимпийская чемпионка Анна Чичерова едет на предстоящий турнир в ранге обладателя лучшего результата сезона в мире и будет бороться за золото. Мы успели поговорить с Анной накануне её отлёта в Поднебесную.

«На востоке мне сложно акклиматизироваться»


— Анна, часть команды уже вылетела в Пекин. Почему вы летите позже?
— Я лечу не позже, а заблаговременно для своего вида. Мы отправляемся в Китай группами, многие едут туда под старт соревнований. Я подбирала дату вылета специально с учётом акклиматизации. Прыжки в высоту будут только 27 августа, поэтому у меня останется достаточно времени до начала соревнований.

— Вопрос акклиматизации для вас особенно важен?
— Да. На востоке она проходит гораздо сложнее, чем в западных странах, просто у меня свои внутренние часы. Квалификация назначена на 9:30 по местному времени, это полпятого утра по московскому, а вот финал уже в 17:30. Если бы квалификацию проводили вечером предыдущего дня, то я поехала бы туда под старт чемпионата и смогла бы не переводиться на местный часовой пояс. Утром 26 августа размялась бы и спокойно продолжила по московскому времени.

— Вы в этом году уже выступали в Пекине…
— Это было в начале сезона, никаких сложностей со временем у меня не было. Ты просто ложишься и встаёшь по Москве, пропускаешь завтрак, а пекинский обед — это твоё утро. Выступать там вечером комфортно, так как для тебя это обеденное время и ты находишься в привычном состоянии. Но в случае с чемпионатом мира надёжнее выделить время на акклиматизацию.

— С кем останется ваша дочь Ника на время чемпионата мира?
— Ника сейчас в Белой Калитве с моей мамой, и я тоже там была совсем недавно. Сразу после чемпионата России съездила, отвела душу. Перед отлётом им всем наберу, попрощаюсь, а потом уже буду разговаривать с ними из Пекина. Надеюсь, что они будут за меня болеть. Это преданные болельщики, будут смотреть соревнования даже ночью.

— Всего два человека из нашей сборной едут с лучшим результатом сезона в мире. Как этот фактор влияет на вас?
— Season best — это хорошо. Это означает, что ты самый сильный в мире, но… Всё в любой момент может поменяться. Никто не знает, как готовятся другие спортсмены. Многие выводят себя на пик формы непосредственно к чемпионату. Скажу честно: чем меньше меня спрашивают о психологическом давлении перед турниром, тем меньше я об этом думаю.

Обладание лучшим результатом сезона, безусловно, придаёт сил. Такая ситуация в моей жизни не впервые, поэтому я спокойно к этому отношусь. Когда прыгнула в этом году на 203 см, не думала, лучший это прыжок или нет. Не относила его ни к чемпионату мира, ни к чему-либо ещё. Этот результат меня вдохновил и дал понять, что я действительно что-то могу. На этой волне появилась уверенность в себе, давления не чувствую.

«Есть ощущение, что Борзаковский заинтересован в своей работе»


— Многие эксперты говорят, что ваш главный соперник – Мария Кучина. Как оцениваете её шансы?
— Маша Кучина может преподнести сюрприз на этом чемпионате мира. У неё в активе есть прыжок на 2 метра. Я очень хорошо отношусь к Маше и рада, что в нашей команде есть человек, который может продолжить наши традиции. К тому же Маша мне очень симпатична своим характером, она очень надёжный человек. После сбоя на молодёжном чемпионате она в Монако показала замечательный результат, доказав, что тот проигрыш был случайностью. Маша, несмотря на свой возраст, всегда справляется с трудностями, это очень достойный борец.

Что касается соперничества, то хорошо, что мы вдвоём выступаем в одной дисциплине. Тут лучший исход — победа не одного, так другого российского спортсмена. Каждый из нас будет делать своё дело, а судьи и планка расставят всё по местам. Было бы лучше, если бы на этих соревнованиях нас было бы трое, и мы имели возможность занять все места на пьедестале.

— О командном выступлении сборной России задумывались? Как вы относитесь к общему медальному зачёту?
— Я вообще не задумывалась об этом, пока не стала углубляться в подробности, сколько у нас едет человек. Оказалось, что у России самая малочисленная команда за всё время. Подсчёт медалей — это момент, который всегда кого-то напрягает, но он очень условный, хотя быть лидером среди всех стран, конечно, хорошо.

Season best — это хорошо. Это означает, что ты самый сильный в мире, но… Всё в любой момент может поменяться.
— Как оцените первые месяцы нахождения Юрия Борзаковского на посту главного тренера сборной?
— За несколько месяцев нельзя что-то глобально поменять. Не могу сказать, что мне непривычно видеть его в этой роли, все мы можем когда-нибудь оказаться на его месте. Дорожка — огромная часть нашей жизни, которая приносит нам и имя, и много интересного, но когда ты перестаёшь быть действующим спортсменом и надо заниматься чем-то другим, эта непривычность быстро пропадает.

Мы все когда-то столкнёмся с чем-то новым и должны набираться опыта. А сейчас у всех, думаю, есть такое ощущение, что Юра заинтересован в своей работе и по максимуму старается помогать спортсменам во всех вопросах.

— То есть вы не удивились его назначению?
— Многие говорят, что можно было поставить на это место более опытного человека, но огромный плюс Юры — его молодость и желание работать. Было бы здорово, если бы он смог набрать команду настоящих энтузиастов, добавить «свежей крови». В любой работе важен опыт, но с возрастом люди становятся более инертными, они уже не так вовлекаются в процесс. Когда ты молодой, когда занимаешься чем-то новым и пытаешься завоевать какие-то позиции, это всегда усиливает прогресс. Борзаковский очень хочет работать, он полностью вовлечён в процесс.

— Как вы обращаетесь к главному тренеру?
— По имени отчеству — Юрий Михайлович. Всё-таки это наш начальник.

— Жёсткий начальник? С характером?
— Я не могу сказать, есть ли у Борзаковского характер руководителя, я не знакома с ним настолько близко. Даже если это качество не так развито, то оно вполне может выработаться. Думаю, в процессе работы Юрия мы с этим характером познакомимся.

Кто-то может со мной не согласиться, но у Юры есть свои рычаги и возможности. Что касается нехватки опыта, то всегда есть люди, с которыми можно посоветоваться. У нас так во всём: нужны юные кадры с огромным опытом работы, а где ты будешь набирать этот опыт?
Фото: РИА Новости

«Я всегда завоёвывала место в сборной на чемпионате страны»


— Каково ваше личное отношение к последнему чемпионату России, от которого освободили много спортсменов?
— Освобождение некоторых спортсменов от чемпионата России – сложный вопрос. У каждого на это свои причины. Кто-то не хочет испытывать лишний стресс и собирается поэтапно готовиться к крупным турнирам. У меня совсем другая история. Я всегда завоёвывала своё место в национальной команде через участие в чемпионате страны. Конечно, бывают разные ситуации, иногда ты только-только оправился от какой-то неприятности, и внутренний чемпионат здесь будет лишним. Нужно относиться ко всему индивидуально.

— А как же популяризация лёгкой атлетики?
— Согласна, это другая сторона. Мы собираемся развивать и популяризировать лёгкую атлетику, а кто станет её смотреть, если в чемпионате страны не будут участвовать первые 10 спортсменов страны? Екатерина Конева выступала в этих соревнованиях, я выступала, Мария Кучина выступала. Только Александр Меньков не приехал, но у него были какие-то сложности, в том числе с перелётом из Красноярска. В любом случае появление человека, у которого уже есть путёвка на чемпионат мира, мало что изменило бы.

Я за то, чтобы все выступали, если это не выбивает их из формы. Когда большое число спортсменов освобождается от внутреннего чемпионата, то он теряет смысл. Давайте тогда проводить его в начале сезона, раздать всем путевки и всё, но тут велика вероятность того, что невозможно отследить, в какой форме находятся люди.

— Вокруг лёгкой атлетики в России с пугающей регулярностью возникают скандалы, постоянно ходят какие-то слухи. Подобная ситуация сильно напрягает?
— Конечно. В преддверии соревнований ты находишься в некоем тоннеле, и очень не хочется, чтобы в это пространство кто-то лез. Вопросы нужно задавать ветеранам, людям, находящимся на руководящих постах, тренерам. Спортсменов не стоит мучить большим количеством вопросов на такие темы. Во-первых, не все к этому готовы, а во-вторых, если у тебя есть какие-то сложности, то каждый вопрос лишний раз раскачивает маятник.

«Никогда не было такой атаки допинг-офицеров, как сейчас»


— Как вы относитесь к обсуждаемой возможности вскрыть пробы 2005 года?
— Я не понимаю этого дурдома с желанием перепроверить пробы на допинг 2005 года. Ольга Богословская озвучивала это недавно на «Спорт FM». Если я поняла её правильно, то закон о сохранности допинг-проб в течение 10 лет вышел только в апреле 2015 года. Каким образом тогда сохранились пробы 2005 года?

С другой стороны, с этим возвратом в прошлое получается очень странная ситуация. Медали передают следующим местам: четвертому, пятому, шестому, — а эти люди сдавали допинг-контроль? Получается можно играть в поддавки, рассчитывать оказаться на 4-6-м месте, а вдруг повезёт и тебе отдадут медаль.

Огромный плюс Юры — его молодость и желание работать. Было бы здорово, если бы он смог набрать команду настоящих энтузиастов.
— И что делать?
— Тогда надо брать на допинг-контроль всю финальную восьмёрку. Здесь очень много странных моментов, с которыми никто из спортсменов не хочет разбираться, а если и хотят, то бессильны в этом. Ещё меня смущает, что количество проб по любой твоей провинности не ограничено. При этом ты можешь запамятовать, выехать куда-то с друзьями с палаткой, а это пометка для допинг-офицеров. Три флажка, и тебя дисквалифицируют.

Количество проб – отдельный вопрос. Их берут столько, сколько хотят. Не успеешь даже о тренировке подумать, а тебя уже во всех грехах подозревают. Это вызывает лишнее напряжение. За всё время моих тренировок никогда не было такой атаки допинг-офицеров, как сейчас. Я понимаю из-за чего, но за последние 2-3 месяца я сдала восемь проб. Мне кажется, раньше у меня даже за год не набиралось такого количества.

— У иностранных спортсменов такая же ситуация?
— Не знаю, как обстоят дела у спортсменов из других стран, но судя по тому, что все молчат, думаю, всех всё устраивает. У меня нет решения, как адаптировать и усовершенствовать этот процесс. Дисквалифицируете всех пожизненно? Как ещё решать этот вопрос? Например, момент с Джастином Гатлином, который свой срок дисквалификации отбыл, но на некоторые старты его не берут.

«Команда стала слабее, и у этого есть причины»


— На домашнем чемпионате мира в 2013 году мы стали сильнейшими. Почему за два года так снизился потенциал нашей команды?
— Сейчас команда слабее, и у этого есть причины. Многие девчонки ушли в декрет: Мария Абакумова, Татьяна Лысенко, Елена Исинбаева. Плюс всем известные скандалы. Это стечение обстоятельств и привело к тому, что мы сейчас можем рассчитывать на 8-10 медалей в общем зачёте. По сути, люди остались те же.

— Какие видите выходы?
— Нам нужно набирать обороты в селекции, нужны верные шаги, необходимо дождаться времени, когда появятся новые люди. Но сидеть и ждать их появления – не самый правильный способ. И ждать случайных медалей гораздо хуже, чем готовить и планировать их специально, выбирая десятку лучших и занимаясь с ними. Но тут вопрос в том, что десятки-то нет, её надо искать и выбирать.

Мы сейчас не обделены, у нас есть база. К сожалению, нет стадиона в Москве, кроме Сокольников, где можно было бы полноценно тренироваться. Но есть базы в Новогорске, Сочи и Кисловодске.

— Отсутствие стадиона — это не единственная причина?
— Есть ещё много вопросов. Например, зарплаты тренеров в регионах, которые отбирают спортсменов. Здесь нужно оптимизировать всю систему, чтобы это был поток, так называемая фабрика звёзд. Конечно, если региональному тренеру попадается талантливый человек, он не хочет его никому отдавать, думает, что сам может с ним что-то сделать. Зачастую ему не хватает ни возможностей, ни знаний.

— То есть нужна чёткая вертикаль по подготовке спортсменов?
— Если этот механизм будет налажен, то результаты улучшаться. Один воспитал и передаёт другому, и оба не в обиде, потому что имеют достойные зарплаты и возможности получать доплаты за юных спортсменов и прочие бонусы. Нужно, чтобы у людей был энтузиазм.
Фото: РИА Новости
Источник: «Чемпионат»
Оцените работу журналиста
Голосов: 33
8 декабря 2016, четверг
7 декабря 2016, среда
Что вы думаете о победе Антона Бабикова в Эстерсунде?
Архив →