Ответы на самые глупые вопросы о допинге
Фото: РИА Новости
Текст: Евгений Слюсаренко

«Кровь или моча?». Ответы на самые глупые вопросы о допинге

Как обмануть офицера, из чего сделан паспорт крови и кто они — невинные астматики – всё, что вы хотели знать о допинге, но боялись спросить.
25 ноября 2015, среда. 17:30. Другие
После того как в связи с известными событиями тег «допинг» стал одним из самых часто встречающихся на «Чемпионате», мы, читая комментарии к статьям и новостям, увидели, что далеко не все наши читатели понимают правила игры в современном антидопинге. Так созрела идея создать текст в жанре так называемого FAQ (Frequently Asked Questions) – «часто спрашиваемые вопросы», подгадав его как раз к старту биатлонного сезона, где, к сожалению, в последние годы эта тема также встречается чаще, чем бы нам хотелось.

Итак, мы собрали пул экспертов и задали им самые глупые и наивные вопросы о допинге – все, какие только приходили нам в голову. Ниже – их ответы. Кое-какие удивили даже нас.

Кто производит забор допинг-проб?
Контроль бывает двух видов: соревновательный и внесоревновательный. Его осуществляют специально уполномоченные люди – так называемые допинг-офицеры, представляющие или национальные антидопинговые агентства, или структуры, имеющие контракт на забор проб с WADA, а также международными федерациями по видам спорта. Скажем, в лёгкой атлетике такой контракт имеет шведская компания IDTM.
На глазах инспектора, если он внимателен, писать из поддельного пениса невозможно. Возможности для манипуляций появляются, только если инспектор коррумпирован, но это отдельная тема.
Соревновательный контроль – это тот, который действует с момента начала и до окончания соревнований. Внесоревновательный соответственно в тренировочный период, вне стартов.

Как допинг-офицеры узнают нужного им спортсмена?
В первую очередь, конечно, по фотографии. Но для верности спортсмену всегда задаётся уточняющий вопрос. Получив утвердительный ответ, показывают удостоверение контролёра. Обычно приезжает один-два человека. Чаще всего это мужчина и женщина, так как контроль должен осуществлять человек того же пола.

Спортсмен может отказаться или взять паузу?
Отказаться – нет. Иначе это будет засчитано как положительная проба. Что касается паузы, то он должен обосновать причину, которая должна быть уважительной. Ну, предположим, спортсменка-мама хочет покормить грудью своего малыша. Но обычно забор пробы делается тут же – причин отложить забор пробы на самом деле очень мало. Заполняется протокол контроля по стандартной форме, где указывается уполномоченная организация, дата, время. Отдельная важная графа – что спортсмен принимал за семь дней до контроля: витамины, лекарства, добавки, абсолютно всё. Не путайте это с так называемыми «терапевтическими исключениями». Под ними мы подразумеваем запрещённые препараты, которые по медицинским показаниям можно использовать в определённый период. Итоговый протокол подписывают спортсмен и инспектор антидопингового контроля.

Как происходит сдача пробы?
Спортсмен, извините, писает в баночку. Процесс сдачи мочи производится обязательно в присутствии офицера, чтобы исключить возможность подмены пробы. Теоретически подменить пробу, конечно, возможно – если отвлечь внимание инспектора, но при чётком следовании инструкциям это невозможно. Были различные истории с использованием различных приспособлений – от накладного пениса до контейнера с мочой, спрятанного в прямой кишке. Но на глазах инспектора, если он внимателен, такое проделать невозможно. Возможности для манипуляций появляются, только если инспектор коррумпирован, но это отдельная тема.

Допинг-контроль подразумевает забор мочи или крови тоже?
С кровью всё намного сложнее, потому что для этого существуют более строгие требования. Помещение должно быть приспособлено для взятия крови и забор должен осуществлять офицер, имеющий на это сертификат. Мочу берут для того, чтобы найти в ней запрещённые субстанции. Кровь для этих целей берут крайне редко, потому что помимо гормона роста и ограниченного числа других запрещённых субстанций там очень сложно что-то найти. Кровь берут в основном для так называемого паспорта крови. Очень часто берут и кровь, и мочу вместе. Раньше, до введения паспорта, кровь была основанием для более тщательной проверки – в случае отклонения каких-то показателей.

Что такое антидопинговый паспорт?
Это очень серьёзная тема, а потому лучше о ней рассказать подробно. Ну, если вы реально хотите разобраться. Давайте сразу: это не какая-то бумага или документ. Это компьютерная программа, которую ведёт антидопинговая организация по отношению к спортсменам, входящим в международный пул тестирования, то есть являющимся членами своих сборных и принимающих участие в международных соревнованиях. Официальное его название – «биологический паспорт спортсмена».

Вообще, профиль спортсмена в антидопинговой организации (тот самый паспорт) состоит из трёх частей. Это гематологический профиль (сам паспорт крови), стероидный паспорт и эндокринный паспорт. На данный момент стероидный и эндокринный профиль не введены в широкий оборот. Идёт набор материала, показателей, но по ним пока никого не дисквалифицируют в силу того, что пока не определены критерии, по которым можно было бы признавать, использовал спортсмен запрещённые субстанции или нет. Но рано или поздно это произойдёт.
Фото: РИА Новости

Зачем нужны эти паспорта?
Паспорт крови в основном связан с использованием эритропоэтина, который влияет на выносливость. Так как эритропоэтин в моче невозможно найти уже через 14-17 дней, то зачастую методики его обнаружения в моче являются неэффективными. Эритропоэтин, выходя из организма через две недели, тем не менее оказывает более длительный эффект с точки зрения выносливости. Но эритропоэтин и переливание крови, которое также влияет на выносливость, изменяют некоторые параметры крови – такие как гемоглобин, гематокрит, процентный показатель ретикулоцитов. Поэтому учёными, спортивными гематологами был специально выведен так называемый индекс стимуляции. Это специально разработанная формула, в которую нужно заводить определённые показатели крови, и она с 99-процентной вероятностью при превышении необходимого уровня показывает, что спортсмен принимал запрещённые субстанции или проводил манипуляции с кровью. Вот как раз все эти параметры находятся в биологическом паспорте спортсмена.

И как паспорт доказывает приём допинга?
У спортсмена берётся кровь на протяжении длительного периода. Все показатели заносятся в программу, которая строит графики нормальных показателей крови. Кровь ведь обычно берётся в разных состояниях: когда он не участвует в соревнованиях, в ходе соревнований, когда он в горах. И программа анализирует все эти данные. Есть абсолютные показатели: например, у женщин гемоглобин свыше 165 – это абсолютно точный показатель манипуляций. Женщина не может иметь такой показатель – это доказано многолетними исследованиями. Кроме того, программа строит так называемые коридоры с верхними и нижними пределами для конкретного человека. Когда некоторые показатели выходят за границы этого коридора, это означает, что атлет использовал манипуляции с кровью.

То есть паспорт крови не выявляет допинг, а служит лишь косвенным доказательством его приёма?
Сейчас показатели биологического паспорта спортсмена с юридической точки зрения являются таким же доказательством, как и положительный результат на допинг-контроле по моче. Как это обычно происходит: заводятся все показатели биологического паспорта спортсмена, программа выдаёт «красное» – показатель, что что-то нечисто. У каждой антидопинговой организации есть свои эксперты, которые сразу же получают эти показатели. Анонимно, без указания имени спортсмена или вида спорта – просто показатели. Если все три эксперта говорят, что эти показатели на 99,9 процента свидетельствуют о манипуляциях с кровью, то это приравнивается к положительному результату теста. Да, конечно, это не прямое, а косвенное доказательство. Но с точки зрения юридической силы оно ничем не отличается.

Зачем тогда спортсмены принимают запрещённые препараты, манипулируют с кровью? Они ведь не могут не понимать, что их поймают?
Первая причина – они надеются, что во внесоревновательный период антидопинговая служба к ним не приедет. Вторая и самая частая – что они успеют вывести из организма следы запрещённой субстанции до начала соревнований и на самих стартах проверка пробы покажет отрицательный результат.
Во внесоревновательный период алкоголь разрешён в любых количествах. Во время соревнований нельзя пить в автоспорте, аэронавтике, водно-моторном спорте и стрельбе из лука.
Но есть такая штука, как метаболизм. Обмен веществ сугубо индивидуален, и спортсменам сообщают усредненные сроки выведения препаратов из организма. Для кого-то они могут быть больше среднего значения, для кого-то меньше. На этом обычно и «сгорают», неправильно рассчитывая сроки выведения. Они считают себя чистыми, а оказывается, что там ещё что-то осталось. Только потому что их организм обладает такой особенностью – дольше выводится препарат.

Систему ADAMS, в которую спортсмен должен закладывать данные о своём местоположении, некоторые называют чуть ли не рабовладельческой. Это действительно так?
У нас в «Чемпионате» год назад выходил подробный текст об ADAMS . Пусть те, кто так считает, его прочитают. Может быть, их мнение изменится.

Где и как долго хранят пробы?
По пробам крови срок давности очень ограничен, а мочу можно хранить долго. Всё это хранится в определённых лабораториях с высокими стандартами. Необходимо соблюдать определённую температуру, специальные условия и другие параметры для хранения. По новому кодексу WADA перепроверять пробы можно в течение 10 лет – так что их сохраняют максимум такой период.

Но не все пробы хранятся 10 лет. По стандарту их положено хранить три месяца. А потом, если нет специального указания тестирующей организации, лаборатория их уничтожает. Остаются только те, в отношении которых получено соответствующее указание. Долго хранят обычно пробы с главных соревнований – Олимпийских игр и чемпионатов мира.

Почему бывают ситуации, когда пробу проверяют очень долго – условно в ноябре, а результат объявляется, скажем, в марте?
Полгода пробы проверяются очень редко. Чаще всего это несколько дней, в особых случаях одна-две недели. Трудно даже назвать пример, когда пробы проверяли так долго.

А как же случай с биатлонистом Логиновым, почему о его пробе объявили так поздно?
Так это была перепроверка. К примеру, проверили спортсмена одной методикой, проба оказалась чистой – всё, вопросов нет. Потом через определённое время она перепроверяется уже новыми, более совершенными методами и может дать «плюс».

Кто решает, что конкретного спортсмена надо перепроверить?
Организация, которая заказывает тестирование – WADA или международная федерация по виду спорта. Вот был чемпионат мира по лёгкой атлетике 2005 года – на нём проверили всех одной методикой, поймали одного-двух атлетов. Через три-пять лет появляются новые методы обнаружения той же самой субстанции. И тестирующая организация (то есть лаборатория) объявляет: мы получили новую методику обнаружения оралтуринабола или станозолола. Если у вас сохранились пробы с прошлых соревнований, вы можете заказать их перепроверку. Дальше уже WADA или международная федерация принимает решение, проверять ли заново старые пробы или нет.
Фото: РИА Новости

Зачем нужны эти перепроверки спустя столько лет?
Если мы придерживаемся концепции, что побеждать должны чистые спортсмены, то какая разница, когда в его пробе нашли запрещённое вещество? Цель ведь одна – наказать тех, кто хочет выиграть нечестным путём. Это можно сравнить со сроком давности преступлений. Например, совершено уголовное преступление, и доказательств вины нет. А потом через несколько лет появились новые методы определения ДНК или неопрошенные в своё время свидетели, и преступление раскрывается. Так же происходит и в сфере борьбы с допингом.

Сколько раз можно перепроверять пробы?
Теоретически – бесконечное число раз. Но надо понимать, что мочи во взятой пробе не литры. И в реальности её можно проверить не больше двух раз, потом уже просто не хватит «материала». А с пробы В ты не имеешь права перелить, потому что она должна быть вскрыта только в присутствии специалиста.

Чем проба А отличается от пробы В?
Ничем. Это одно и та же проба. Спортсмен получает контейнер, делает своё дело и отдаёт пробу допинг-офицеру. Перед ним набор колбочек – одна из них А, другая соответственно В. Одна половина пробы наливается в одну, вторая в другую, после чего они запечатываются.

Взятие проб бесплатно для спортсмена?
Пробы А – да. Если спортсмен хочет вскрыть пробу В (это происходит, как вы понимаете в случае, если проба А дала положительный результат на допинг), то это стоит денег. Конкретная стоимость зависит от лаборатории, где происходит вскрытие и анализ. Порядок сумм – 800-1000 долларов.

Что будет, если спортсмен намеренно уничтожит пробу во время вскрытия?
Нарушением антидопинговых правил является не только применение запрещённых препаратов, но и воспрепятствование процедуре допинг-контроля на любой её стадии. Если спортсмен убегает от допинговых инспекторов, применяет против них физическую силу, предлагает им взятку или разбивает пробирку, это тоже считается нарушениями. За которые следуют наказания, которые могут быть ещё более суровыми по сроку, чем дисквалификация за употребление допинга.

Кто определяет, что одно вещество – допинг, а другое – нет?
Существует специальный комитет WADA, который каждый год утверждает так называемый запрещённый список, в котором перечислены все запрещённые субстанции. Соответственно этот комитет и определяет, нужно ли ту или иную субстанцию относить к запрещённым или не нужно. Здесь существует два критерия. Первый: если субстанция может улучшить спортивный результат. Второй: её использование не в медицинских целях наносит вред организму. Если эти два критерия присутствуют, то субстанция вносится в число запрещённых препаратов. Есть ещё и третий критерий – соответствие этическим принципам. Но таких препаратов не так и много – тот же алкоголь в некоторых видах спорта или марихуана.

Алкоголь в спорте запрещён?
Во внесоревновательный период – нет, сколько угодно. Во время соревнований нельзя пить в автоспорте, аэронавтике, водно-моторном спорте и стрельбе из лука. Долгое время алкоголь был запрещён и в мотоспорте, но с 2016 года это неактуально.

Как идёт процесс обсуждения и признания какого-либо вещества допингом?
Некоторые субстанции не сразу включают в запрещённый список, а отслеживают их. Ведётся мониторинг на протяжении некоторого срока. Потом комитет WADA собирается, обсуждает, изучает отчёты учёных, научные доводы и на основании этого принимает решение о включении в число запрещённых препаратов.
В отношении некоторых субстанций дебаты ведутся несколько лет – включать или не включать. Некоторые в итоге не включают.

Существует ли ответственность лабораторий за ошибки?
Случай, когда проба А дала положительный результат, а проба В – отрицательный, является основанием либо для приостановления аккредитации, либо для полного отзыва аккредитации. Такие случаи – очень серьёзное упущение, крайне грубая ошибка. Почему тогда не применили никаких санкций к лаборатории вот в этом случае? Лаборатория может защищаться, речь не идёт об автоматическом лишении аккредитации. Кёльнская лаборатория доказала, что не её вина была в том, что допинг-проба не подтвердилась.

Почему некоторые вещества, которые спортсмены спокойно принимали, внезапно объявляются запрещёнными?
Такого никогда не бывает. Никогда вещества не объявляются запрещёнными внезапно, задним числом. На самом деле список запрещённых субстанций обновляется ежегодно – 1 января каждого года. При этом не позднее октября WADA публикует на своём сайте новый список на следующий год. То есть добросовестный спортсмен, который следит за обновлениями, как минимум за пару месяцев знает о том, какие субстанции были выведены из списка, какие туда введены.

И последний вопрос. Почему в спорт допускают астматиков, которые получают незаконные преимущества?
Спортивная астма EIB называется «астмой» только для простоты. К обычной бронхиальной астме, которой болеют около 5 процентов населения мира, она имеет мало отношения. Часто пропагандируемый образ спортсмена-астматика, который задыхается, синеет и захлебывается, а потом, легально получив живительную порцию допинга, обходит своих здоровых конкурентов на повороте – крайне далёк от действительности.

Спортивная астма возникает у тех, кто занимается физическими нагрузками на открытом воздухе. Её невозможно симулировать ради того, чтобы принимать препараты. Более того, согласно многочисленным исследованиям, лечение астмы никаких преимуществ перед соперниками не даёт, чаще бывает наоборот. Лекарства просто дают больным спортсменам соревноваться на равных со здоровыми. При этом после завершения карьеры показатели часто возвращаются в норму. Так что рекомендуем забыть все эти байки о норвежских или ещё каких-то астматиках, которые выигрывают благодаря чудодейственным ингаляциям.
Фото: РИА Новости
Источник: «Чемпионат»
Оцените работу журналиста
Голосов: 20
8 декабря 2016, четверг
7 декабря 2016, среда
Что вы думаете о победе Антона Бабикова в Эстерсунде?
Архив →