Дмитрий Волков – о глупом розыгрыше чемпиона Олимпиады-80 Робертаса Жулпы
Фото: Дмитрий Волков
Текст: Дмитрий Волков

«Прости, брат, за дурацкую шутку! Ну, прости, пожалуйста!»

Победа взамен жизни, пачка с мёдом в кровати и опоздавшая телеграмма – в очередном выпуске авторской рубрики Дмитрия Волкова «Мистер Swimy».
15 декабря 2015, вторник. 14:15. Другие
Все материалы рубрики «Мистер Swimy»

Призёр двух Олимпийских игр, экс-рекордсмен мира и Европы 1980-90-х годов в плавании брасом Дмитрий Волков, основатель и автор сайта http://swimillustrated.ru, продолжает на «Чемпионате» свою уникальную авторскую рубрику. Так о спорте не пишет больше никто – ни сами спортсмены, ни журналисты. Это стоит времени для прочтения.

«Господь оказался выдумщиком»



Летом 1992 года, поздним июльским утром, следовавшим после моей последней в жизни попытки урвать золото Олимпийских игр, наши командиры-штабисты передали мне вчерашнюю телеграмму из Литвы. В ней было написано: «Старый конь борозды не портит». И ещё: «Давай, Димон, я в тебя верю». Подпись: Robertas Zulpa.

Накануне я, буквально пролетев свою сотню брассом и пробившись в финал первым, многим внушил надежды. Но огонь победовожделенной страсти и жар раскалённой до 40 градусов в тени Барселоны спалили меня дотла. В «предвариловке» я победил с лучшим результатом сезона, а вечером был лишь шестым. Не приходя в сознание, спустя мгновения после заплыва, глядя на огромное табло над ванной, я всё никак не мог понять: кошмарный сон это или дурная явь, настолько нелепым и даже невероятным казался результат. Ведь весь год я молился богу, чтобы он дал мне победить взамен моей жизни, которой было уже не жалко, и думал, что мне удалось с ним договориться, но Господь оказался выдумщиком и запутал мои честолюбивые планы.

Держа на следующий день в руках послание друга, написанное и отправленное 15 часов назад к решающей схватке, я вдруг подумал: мой дорогой Робертино, сколько же лет прошло! Как же я по тебе соскучился! Какой же ты всё-таки молодец, значит, смотрел, болел, надеялся! Значит, простил, забыл мою идиотскую выходку! И ещё мелькнуло: вот получи я эту записку раньше, может, всё бы могло сложиться и по-другому…
Робертас Жулпа
Фото: Дмитрий Волков

Робертас Жулпа

«Плохо я его проводил»



Первая осень нового олимпийского четырёхлетия началась постпохмельно: лысеющий в скорую зиму лес за окном опостылевшей гостиницы на базе «Озеро Круглое» навевал тоску. И если бы не новички в бригаде, то могло бы показаться, что жизнь остановилась.

Прошлый сезон, завершившийся последним в истории спорта олимпийским бойкотом и международным скандалом с лицемерным названием «Дружба-84», выбил из команды значительную часть засидевшихся в ней ветеранов. Но вот клич дан, и со всех весей необъятного Союза потянулись в направление легендарной спортивной базы – соседки захолустной деревеньки с говорящей названием Рыбаки – по очереди и целыми стайками свежие кадры нового отечественного плавания.

Кажется, именно для поддержания боевого духа я подложил другу в кровать под одеяло пластиковую пачку с мёдом. Мне казалось, что это может быть смешно.
Краса и гордость нашей бригады под руководством заслуженного тренера СССР Бориса Дмитриевича Зенова, мой друг и старший товарищ, чемпион Олимпиады-80 Роберт Жулпа, после бутафорских Игр — альтернативы настоящим, американским – уже дней 90 бастовал где-то у себя в Литве. Через пару месяцев он ещё попытается набрать форму, приедет на Круглое и будет привычно истязать себя тошнотворным анаэробом, но… Часы, проведённые в нашем фирменном номере на третьем этаже, после отбоя, с погашенным светом, сигаретой в руке у раскрытого окна и разговорами с Махмудом (Сергеем Заболотновым. – Прим. «Чемпионата») о том, что жизнь нужно прожить, чтобы не было мучительно больно, сделают своё дело: 1985 – последний год, когда я видел Жулю на дорожке…

Плохо я его проводил. Один из последних дней его пребывания на весеннем сборе уже в новом сезоне ознаменовался моей вполне дурацкой шуткой: кажется, именно для поддержания боевого духа я подложил другу в кровать под одеяло пластиковую пачку с мёдом. До сих пор не понимаю, неужели мне казалось, что это может быть смешно?!

«Пусть бьют – сопротивляться не буду»



Я, значит, засунул в простыни эту хрень, а потом даже забыл об этом! Прошло несколько часов до отбоя, я уже отвлёкся и начинал кемарить, как вдруг в номер завалились мои лепшие Жуля и Махмуд. Они всё о чём-то шептались, закрыли даже дверь в мою комнату, чтобы не шуметь и не дымить. И вот среди ночи — истошный мат. Меж бранных слов иных, связующих смыслы, разобрать было невозможно. Я не сразу сообразил, в чём дело, а когда до меня вместе с потной волной осмысления всё-таки дошло, дверь распахнулась и там, в двух метрах, в соседней клетушке на кровати, чуть не плача, крепко вляпавшись и держа в липких руках сочащуюся сладким нектаром раздавленную пластиковую коробку, в трусах и майке сборной СССР сидел олимпийский чемпион и мой закадычный друг Роберт.

По ненависти к неизвестному ему злу и звенящему отчаянию в привычном для зэков татарско-литовском диалекте Роберта я подумал: сейчас будут бить.
По ненависти к неизвестному ему злу — он ведь не сразу догадался о зачинщике — и звенящему отчаянию в его привычном для зэков татарско-литовском диалекте, я подумал: сейчас будут бить. Ещё мелькнуло: поделом, сопротивляться не буду. Увидев несчастные глаза Жули, его беспомощную позу родного исполина, я испытал глубочайшее чувство жалости к кумиру юности и уже тогда понял, что наказанием за выходку мне будут не синяки, а бесконечные муки совести, терзающие, кстати, по сей день.

Утром, словно испив последней капли, переполнившей его скорбью прощания со спортом, Роберт собрал свои вещи и уехал в Москву. К москвичкам, как он когда-то шутил. Но прощаясь, мы всё же обнялись. Он ведь очень добрый, мой друг Джульбарс! Я обнимал его, ещё не осознавая, что плавать невозможно вечно, что всё рано или поздно заканчивается. Не ведая, что когда-то в солнечной столице Каталонии я вспомню эту историю в совершенно новом контексте… А в тот последний момент прощания я мечтал забыть, стереть из памяти глупую медоносную скверну, обвенчавшую наши отношения и окончание спортивной карьеры любимого страной и мной лично чемпиона.

Я желал, чтобы этого вообще никогда не было, чтобы всё оказалось дурным сном, но… взглянув в глаза Ржавого, как называл Роберта Махмуд, я увидел в них вчерашний вечер. Он и обнимал-то меня, будто боясь снова в чём-то испачкаться. А я всё монотонно твердил, заглушая свой запоздалый стыд: «Прости, брат! Ну, прости, пожалуйста…».

Все материалы рубрики «Мистер Swimy»
Робертас Жулпа
Фото: "РИА Новости"

Робертас Жулпа

Источник: «Чемпионат»
Оцените работу журналиста
Голосов: 15
6 декабря 2016, вторник
5 декабря 2016, понедельник
Что вы думаете о победе Антона Бабикова в Эстерсунде?
Архив →