Конный спорт. Интервью с Кристофом Умбахом
Фото: «РИА Новости»
Текст: Денис Козлов

«Скоро россияне вернутся в число лучших в мире»

€ 10 млн за лошадь, талантливые юниоры, хобби коня-милиционера и дедушка на «Мазерати» — в интервью со знаменитым судьёй Кристофом Умбахом.
23 декабря 2015, среда. 17:00. Другие

На места, занятые российскими конниками в Лондоне, без слёз взглянуть было невозможно. Чтобы больше такого не происходило, люди, которым небезразличен конный спорт, решили объединить усилия. Важнейшим шагом к этому явилось создание конно-спортивного клуба Maxima Stables – одного из крупнейших центров этого вида спорта. Туда активно приглашают известных людей из мира конного спорта, а очередным гостем стал Кристоф Умбах – известнейший арбитр из Люксембурга, приехавший давать мастер-класс. Корреспондент «Чемпионата» пообщался с Кристофом при помощи Ирины Макнами – одна из лучших российских судей по выездке согласилась быть переводчиком специальных технических терминов, коих в конном спорте предостаточно.

«Выездка – сочетание спорта и искусства»

— Кристоф, почему вы решили приехать в Россию?
И.М.: Это была инициатива Национального клуба судей по конному спорту – так что можно сказать, что у него выбора не было. Мы пригласили Кристофа провести мастер-класс как для наших всадников, так и для российских судей.

— Как в национальной федерации относятся к этому приглашению?
И.М.: Мастер-класс и семинар проводится совместно с Федерацией конного спорта России. Я сама член судейского комитета ФКСР и отвечаю за

развитие выездки, поэтому это во многом моя инициатива. Клуб Maxima Stables предоставляет помещение и спонсорскую поддержку. Судейский комитет федерации, Национальный судейский клуб и конный клуб Maxima Stables объединили усилия – подобные семинары и мастер-классы проводятся регулярно, практически каждый месяц.

— Какова основная цель – построить систему с низов, начиная от детского спорта, или упор делается на спорт высших достижений?
И.М.: И то, и другое. Олимпийский спорт невозможен без детского. Недавно мы собрали на той же базе Maxima Stables международных судей и провели сборы для молодёжных сборных России. Занимались исключительно детьми и молодёжью. А сейчас приоритет отдан взрослым.

— Почему такое внимание к судейству?
И.М.: Наш вид – выездка, это сочетание спорта и искусства. Судьи здесь одновременно и «хранители основ классической выездки», и «законодатели моды». Через грамотное судейство они указывают и всадникам, и тренерам, в каком направлении двигаться дальше. Поэтому очень важно, чтобы наши судьи были очень квалифицированными.

— В гимнастике и фигурном катании судить крупнейшие старты могут люди, не будучи ранее гимнастами или фигуристами. А конный спорт могут судить те, кто, фигурально выражаясь, ни разу не сидел на лошади?
К.У.: Это было возможно 30 лет назад, хотя даже тогда у судьи всё равно была какая-то связь с конным спортом. Но последние годы в руководстве, как стать международным судьёй, сказано, что он должен иметь опыт участия в турнирах. Не обязательно успешный и с титулами, но соревноваться он был должен.

— Конный спорт всегда был спортом аристократов. Может ли сейчас ребёнок не из богатой семьи пробиться наверх?
К.У.: Для ребёнка, которого не спонсируют богатые родители, это невозможно. Единственный вариант – когда юный наездник настолько талантливый, что у него появятся спонсоры со стороны. Но как этот талант могут разглядеть? Ведь никто не даст ребёнку хорошую лошадь.

И.М.: На российском уровне выступлений затраты не такие большие, и, в принципе, такое возможно. У нас есть система СДЮСШОР, где могут тренироваться дети из семей с любым уровнем достатка. И талантливый ребёнок, если ему повезёт с лошадью, может пойти дальше. Спонсорами обычно выступают региональные министерства, а выезды на первенства Европы частично финансирует Минспорт. Но для того чтобы юный российский спортсмен стал топовым всадником на европейском и мировом уровне, ему нужно очень много времени проводить за границей, что, безусловно, стоит больших денег.

— Фехтование спонсирует Алишер Усманов. Есть ли основной меценат в нашем конном спорте? Такой, который мог бы полностью закрыть все проблемы.
И.М.: На данный момент основного, к сожалению нет. У нас есть люди, которые построили великолепные клубы и спонсируют либо членов своей семьи, если кто-то из её членов там занимается, либо всадников своего клуба.

«Конь из милиции попал в топ-6 Олимпиады»

— В Формуле-1 успех больше зависит от машины, чем от пилота. В каком процентном отношении в конном спорте зависит победа от лошади и всадника?
К.У.: Я считаю, что 50 на 50.

— А почему в выездке уже последние лет 30 женщины обыгрывают мужчин?
К.У.: Выездка – творческий спорт, который ближе к искусству. Конечно, больше он притягивает девушек. На соревнованиях более низкого уровня вообще 90% девочек, потому что с рождения все они мечтают о своей лошадке, представляют себе какого-нибудь скачущего чёрного жеребца – как в фэнтези.

Для того чтобы юный российский спортсмен стал топовым всадником на мировом уровне, ему нужно очень много времени проводить за границей. Это стоит больших денег.

Их это всё очень затягивает. А мальчики любят больше конкур – где они, образно говоря, прыгают, падают и убиваются. Или троеборье, где есть полевые испытания. В выездке же нужна очень тонкая работа, которая многими может быть воспринята даже несколько нудновато, если не понимаешь всю глубину этого спорта. Изначально здесь большинство девушек, но в переходном возрасте, когда у них появляются новые увлечения – найти бойфренда, создать семью, многие уходят. А те стойкие мальчики, которые занимаются с самого детства, получают преимущество. И на топ-уровне процент уже не такой большой – примерно 60 на 40, но опять же в пользу женского пола. Что же до олимпийских побед, то, на мой взгляд, это просто стечение обстоятельств. Не могу сказать, что женщины лучше работают с лошадьми.

— Что требуется от человека и лошади для того, чтобы стать чемпионом?
К.У.: Для спортсмена нужна сбалансированная посадка в седле, внутреннее чувство лошади, терпение. И никогда не обвинять лошадь в недочётах, а искать причины в себе. А для лошади нужно иметь очень качественные три аллюра – шаг, галоп и рысь. Это тоже часто генетический дар, поэтому есть дорогие лошади и дешёвые. Также лошадь сама должна хотеть сделать максимально хорошую работу для своего всадника, и ещё в ней должна быть изюминка. Как только животное появляется, оно должно притягивать к себе все взгляды.

— Можно ли теоретически натренировать обычную деревенскую лошадь так, что она придёт и всех поразит?
К.У.: Если только в качестве цирка. Потому что у простой лошади не будет аллюров должного качества.

И.М.: Хотя очень редкие исключения всё же есть. Конь Балагур, на котором выступала Александра Корелова, долгое время служил в милиции Нижнего Новгорода. Потом кто-то с ним немножко позанимался, обратил внимание, что у него талант. Сама Елена Петушкова тогда заметила эту лошадь, предложила взять её в спорт. Вместе с Сашей они долго тренировались в Германии у известного тренера Георгия Теодореску. И вырос в чемпиона, которому рукоплескали зрители всего мира – Александра, выступая на Балагуре, заняла шестое место на Олимпиаде в Пекине. Даже на международных судейских семинарах показывают пиаффе Балагура как эталон выполнения данного элемента. А это изначально был самый обыкновенный конь из милиции.

— Сейчас он ещё в строю?
И.М.: Он до сих пор жив, но уже на пенсии – Балагуру больше 20 лет. Самое смешное – так как Балагур в милиции работал на демонстрациях и митингах, то был приучен, условно говоря, давить людей. Обычно у лошади очень почтительное отношение к человеку, а у него было своё «хобби». Во время выводки, когда перед стартом всадник должен пробежать по асфальту вместе с лошадью, а медики – сказать, что с ней всё в порядке, он всегда вырывался и бежал в толпу. Вспомнить былое.

«Лошадь олимпийского чемпиона стоит 10 миллионов евро»

— Сколько стоит лошадь олимпийского чемпиона?
К.У.: Купить такую лошадь невозможно – никто её не продаст. Но если вас интересуют конкретные цифры, то это минимум 10 миллионов евро.

— А в каком виде лошади дороже – в конкуре, выездке или троеборье?
К.У.: Думаю, что конкур и выездка примерно равны по ценам. Троеборье дешевле – там ещё пока не такой развитый рынок.

— Некоторые олимпийские виды спорта, такие как фехтование или стрельба из лука, уже давно утратили своё прикладное значение. Конный спорт, по большему счёту, тоже. В чём вы видите его будущее?
К.У.: Конечно, изначально конный спорт зародился из военного искусства. Сейчас единственная причина, по которой мы разводим лошадей, – это спорт, потому что уже и в сельском хозяйстве они не так нужны. Но дело в том, что спорт становится всё более популярным, поэтому, думаю, мы не пропадём.

— Когда вы впервые имели возможность сравнить уровень наших всадников с мировым, насколько россияне отставали от лидеров?
К.У.: У вас был период в 60-70-е годы прошлого века, когда советские спортсмены входили в элиту конного спорта. Но затем с нарастанием «холодной

Купить лошадь олимпийского чемпиона невозможно – никто её не продаст. Но если вас интересуют конкретные цифры, то это минимум 10 миллионов евро.

войны», видимо, в странах Восточной Европы наш спорт перестал быть популярным из-за своей аристократичности. И только в конце 80-х появились всадники, но у них не было достаточно финансов для участия в действительно крупных соревнованиях. А теперь русские покупают очень дорогих лошадей, вкладываются в тренировочный процесс. Когда я в прошлый раз был в Москве, то судил международный турнир. Я видел много хороших пар «всадник-лошадь» на детско-юношеском уровне. Если хотя бы 10-20% этих детей перейдут во взрослый спорт, восстановление былых традиций русского конного спорта всего лишь вопрос небольшого времени.

— Если имеет место факт, что у сильного всадника не слишком хорошая лошадь, а более слабый спортсмен выступает на лучшей, может ли тренер их совместить, чтобы добиться более высоких результатов?
К.У.: Это невозможно. Представьте: классный молодой гонщик выступает на «Форде», а старый дедушка – на «Мазерати». Юноша хотел бы сесть за руль его машины, да только кто ж ему даст? Это жизнь.

И.М.: Но если лошади принадлежат хозяину клуба, на которого работают несколько берейторов, то он может сочетать их так, как считает нужным. В советские времена, когда все лошади, на которых мы соревновались, принадлежали государство, это практиковалось очень часто.

— Кого из российских всадников вы считаете наиболее перспективным?
К.У.: Инессу Меркулову. Её конь Мистер Икс – отличнейшая лошадь, что характерно, российская. Более того, у неё на подходе молодые лошади, которые ничуть не слабее. Полина Афанасьева тоже очень сильная всадница, которая может добиться многого (на этой фразе Полина, сидевшая рядом с нами, смущенно улыбнулась – Прим. ред.).

«Проблема популярности конного спорта — общемировая»

— Что можете сказать о нашей молодёжи? Она способна на победы в будущем?
К.У.: Они произвели на меня очень сильное впечатление. В прошлом сезоне я судил чемпионат Европы по пони и первенство Европы среди юношей и юниоров, уже тогда увидел, что у них большое будущее. Им проще, чем возрастным всадникам, потому что гораздо проще обучить юного спортсмена правильной работе, чем переучить ветерана. Через лет 10 Россия должна быть на самых высоких позициях в мировом рейтинге.

И.М.: У нас действительно уникальная молодёжь, которая движется вперёд семимильными шагами. Весь прошлый год одна наша девочка провела на

Представьте: классный молодой гонщик выступает на «Форде», а старый дедушка – на «Мазерати». Юноша хотел бы сесть за руль его машины, да только кто ж ему даст? Это жизнь.

первом месте в юношеском мировом рейтинге, сейчас она перешла в юниоры. Наша юношеская сборная на чемпионате Европы заняла 4-е место, чего не было уже очень давно, а детская сборная — второе. По юниорам одна всадница вышла в главный финал. Ребята много тренируются за границей у европейских наставников – в основном родители вкладываются. Молодёжь показывает такой невероятный потенциал, поэтому мы в последнее время проводим столько мастер-классов для них. Ждём прорыва уже в ближайшем будущем.

— А чемпионскую лошадь можно в любой стране вырастить?
К.У.: Гипотетически это возможно везде, но существуют страны, где лучше всего развито коневодство – Германия, Голландия и Дания. Но к ним сразу приезжают иностранцы и оптом скупают всех лошадей. Например, иранцы приезжают в город Верден, где разводят знаменитую ганноверскую породу, покупают 30 голов, а через два месяца проводят аукцион уже у себя, где продают их как своих. Вот такой бизнес.

— В какой стране на соревнования по конному спорту ходит больше всего зрителей?
К.У.: Три страны: Англия, Германия и Голландия.

— Что нужно сделать, чтобы он стал более популярным в России?
К.У.: Проблема популярности характерна не только для России, но и для мирового конного спорта. Сейчас все федерации решают вопрос, как сделать наш спорт более популярным и смотрибельным. Одна из причин, по которой выездка не очень популярна, – она считается женским спортом. Например, в футболе есть женская сборная Германии, которая прекрасно играет, но никто не смотрит её матчи. Чтобы понять выездку, надо иметь много знаний. Посторонний зритель, который включит телевизор и случайно попадёт на турнир по выездке, ничего не поймёт – ну, лошадки бегают, все одинаковые, кто выиграл и почему — неизвестно.

— Какого успеха должны добиться наши спортсмены, чтобы вы могли сказать: «Да, моя миссия в России выполнена»?
К.У.: Мои тренировки – это малюсенький кусочек в огромной общей мозаике. Отлично, что появился такой разносторонний клуб, как Maxima Stables, где есть возможность для развития любого направления в конном спорте. Владелец клуба делает всё для этого, приглашая самых топовых специалистов из Европы. А у всадников и судей есть возможность участвовать в этом практически бесплатно. Федерация может что-то сделать, но без финансирования всё равно нельзя обойтись, поэтому его вклад поистине бесценный. И такой системный подход обязан принести свои плоды.

Источник: «Чемпионат» Сообщить об ошибке
Всего голосов: 6
28 мая 2017, воскресенье
27 мая 2017, суббота
26 мая 2017, пятница
Партнерский контент
Загрузка...