Виталий Мутко
Фото: Александр Мысякин, «Чемпионат»
Текст: Евгений Слюсаренко

«Покорми собак и ничего не трогай». Как победить милдронат

Собрать единый штаб, пригласить иностранцев и выгнать опозорившихся – последний способ спасти российский спорт. И, похоже, единственный.
24 марта 2016, четверг. 11:55. Другие
Я пишу этот текст и продолжаю злиться – хотя, казалось бы, прошло уже больше суток, а копилка попавшихся на милдронате российских спортсменов успела пополниться и будет пополняться ещё. Пора онлайн-счетчик ставить. Во вторник я зачем-то пошёл на мероприятие в университете имени Сеченова, купившись на вывеску «Милдронат: от лекарства до допинга». В дискуссионном клубе выступали представители Федерального медико-биологического агентства (ФМБА), Паралимпийского комитета России и учёные университета. Обещали быть представители РУСАДА и минспорта, но так и не приехали, что обессмыслило происходившее минимум наполовину.

Все эти люди говорили-говорили-говорили, но так и осталось непонятным, чем их говорильня реально поможет российскому спорту, который в эти дни продолжает захлёбываться и тонуть.
Фото: пресс-служба МГМУ им. Сеченова

Впрочем, нет, кое-какая польза всё-таки была.

Из этой встречи, кроме двух бездарно потраченных часов (хорошо, что рядом сидела прекрасная корреспондентка из конкурирующей фирмы, и мы говорили про мультики, ди Каприо и Обаму), я вынес два главных постулата. Руководствуясь ими, вы поймёте, почему именно в России случился скандал с милдронатом, он же мельдоний.

Постулат первый: «Никто ничего не знает».

Постулат второй: «Людей спорта надо срочно изолировать от принятия решений».

Мельдоний – единственный, кто не отбился


— В наших сборных командах нет фактов обнаружения мельдония, – гордо говорила дама из Паралимпийского комитета России. — Это потому что мы вовремя проинформировали, индивидуальные беседы проводили.


Здорово? Здорово! Если не знать, что с января у российских паралимпийцев не было взято ни одной допинг-пробы. А кто их будет брать? РУСАДА не работает, иностранным заборщикам не до паралимпийцев. Нет проб – нет мельдония, всё верно.

Другие спикеры доставляли не меньше, повторяя благоглупости, которые мы уже неоднократно слышали за эти две недели. Например, то, что внесение мельдония в так называемый мониторинг ВАДА – это фактически «чёрная метка», после которой сделать было ничего нельзя, всё решено.

Так вот, для понимания. Мельдоний – первый и до сих пор ЕДИНСТВЕННЫЙ препарат в этом десятилетии, который ВАДА запретило после мониторинга. Остальные отбились. Говорить, что мельдоний был изначально обречён, потому что это заговор и провокация против России, профинансированные США, значит вводить публику в заблуждение. Врать. И заодно пытаться переложить ответственность за свои личные проколы.

И контрольный в голову. Посмотрите на этот пресс-релиз на официальном сайте ВАДА. От 29 сентября 2014 года. Дело было полтора года назад. Вы видите то же, что и я. Пункт 5: «Мельдоний».
Фото: «Чемпионат»

Это означает, что о возможных проблемах для «русского ноу-хау» знали как минимум в РУСАДА – и мы уже сообщали, что там не пошевелили пальцем. И знали (должны были знать) российские представители в ВАДА – член совета учредителей, замминистра спорта Павел Колобков и член комиссии по финансам и администрированию, советник министра спорта Наталья Желанова.

Для верности мы с коллегами изучили выложенные на сайте ВАДА протоколы заседаний совета учредителей, где, в частности, обсуждался милдронат. Может быть, Павел Колобков там рвал рубаху, бился за эту «безвредную витаминку», а в России его подвиг остался незамеченным?
Сейчас российскому спорту для выживания нужен мирный договор. На чужих условиях, с тяжёлыми потерями и уступками, но мир. О том, как возвращать оставленное, мы подумаем завтра.

Нет. Тоже молчал.

Шарапова всё-таки спасла российский спорт


На вышеупомянутом заседании впечатление живого человека производил, пожалуй, только один человек – врач сборной России по футболу Эдуард Безуглов. Он, собственно, и огласил то, что давно все подозревали, но боялись спросить, поскольку это открывало прямо-таки зияющие бездны. Да-да, что бы там ни говорили попавшиеся, во многих видах спорта российские врачи продолжали давать милдронат до самого 8 марта, когда грянул всемирный скандал с Марией Шараповой. Либо не слышали о запрете, либо верили на слово аннотации к лекарству, где писали о шестичасовом периоде полураспада после употребления. А спортсмены у нас сайты не открывают, газеты не читают, врачам верят. Их дело, как известно, одно – тренироваться.

В каком-то смысле Шарапова всё-таки спасла наш спорт, хотя и не в том смысле, каком мы просили. Если бы не её громкое признание, то, возможно, кто-кто кое-где у нас порой до сих пор использовал милдронат.

Объясняет ли это лошадиные концентрации запрещённого препарата у некоторых пойманных россиян? Никто не даёт точного ответа, потому что его просто нет. На том же собрании я пытал собравшихся экспертов: что означает большая концентрация? Недавнее употребление, так?

В ответ я слышал про разницу при определении концентраций у ВАДА и у нас, а также обещание провести дополнительные исследования, которые займут от полугода до восьми месяцев.
Никто толком ничего не знает.

Мир на любых условиях!


В эти дни очевидно одно: спортивное сообщество России не справляется со свалившимися на него вызовами. Вчерашняя публикация в респектабельной The Times о сокрытых пробах на ЭПО в плавании ещё раз подтвердила: никто не собирается останавливаться, нас продолжают бить с самых разных сторон.
В каком-то смысле Шарапова всё-таки спасла наш спорт, хотя и не в том смысле, каком мы просили. Если бы не её громкое признание, то, возможно, кто-кто кое-где у нас порой до сих пор использовал милдронат.
Это точно война, а наши войска некомпетентны и сдают город за городом почти без боя. Окончательный разгром и конец российского спорта уже близки.

Выход один: срочно собирать оперативный штаб из влиятельных людей. Нужна единая согласованная линия поведения, а не обречённые попытки спастись в одиночку. Почему это не сделано до сих пор – непонятно. Вроде есть готовый «кейс», эффективность которого три года назад доказала борьба, вычеркнутая чиновниками МОК из олимпийской программы. Тогда штаб из первых лиц государства, управленцы российской и международной федераций борьбы, а также иностранные консультанты, в числе которых были такие легенды спортивной политики, как Франсуа Каррар и Терренс Бёрнс, за полгода вытянули почти безнадёжный проект.

Неужели думают, что всё не так плохо? Да нет, всё плохо и даже хуже.

Сейчас российскому спорту для выживания нужен мирный договор. На чужих условиях, с тяжелыми потерями и уступками, но мир. О том, как возвращать оставленное, мы подумаем завтра.

Есть только одна оговорка. Все те люди спорта, кто довёл дело до такого позора, в спасательных операциях должны присутствовать на правах чукчи из анекдота, полетевшего в космос с собаками Белкой и Стрелкой. Хотят работать дальше – пусть работают. Но допускать их до серьёзных дел нельзя.

— Чукча!
— Гав!
— Да не «гав», а я! Во-первых, покорми собак, а во-вторых, ради бога – ничего не трогай.
Источник: «Чемпионат»
Оцените работу журналиста
Голосов: 78
8 декабря 2016, четверг
7 декабря 2016, среда
Что вы думаете о победе Антона Бабикова в Эстерсунде?
Архив →