Плющенко: надо было напомнить, что я вернулся
Фото: Александр Сафонов, "Чемпионат.ру"
Текст: Надежда Баранова

Плющенко: надо было напомнить, что я вернулся

Победу на Кубке "Ростелекома" знаменитый российский фигурист Евгений Плющенко посвятил жене. Об этом и многом другом спортсмен рассказал по окончании произвольной программы.
25 октября 2009, воскресенье. 15:30. Другие
Свою победу Евгений Плющенко посвятил жене. "Именно она вернула меня в любительский спорт", — заявил фигурист. Вернула на радость российской Федерации по фигурному катанию на коньках - первое выступление Плющенко на международном старте, и впервые за долгое время у российской сборной снова золото в мужском одиночном катании.

Я многое сегодня убрал – например, в программе есть момент, когда я достаю пистолет, передёргиваю затвор и направляю его на судей, а потом снова убираю в кобуру. Этого я пока не стал делать.
— Евгений, вы довольны своим выступлением на первом международном старте после вашего возвращения?
— Не могу сказать, что короткую программу откатал удачно. Да, получился каскад с четверным, тройной аксель. Но лутц надо прыгать. Если я рассчитываю на победу на серьёзных соревнованиях, надо делать всё и безошибочно. Поэтому короткая не получилась. Сегодня же в произвольной получилось всё. Очень доволен своим прокатом, был сконцентрирован, не допустил ни одной ошибки в прыжках. Второй четверной я убрал и не стал делать тройной аксель в каскаде с тулупом, потому что хотел откататься спокойно и чисто. Думаю, это было бы опережением событий, сделай я два четверных в произвольной. Стремиться было бы уже не к чему.

Конечно, есть куда расти, ещё очень много работы. И над дорожками ещё надо поработать, и над вращениями. Так что не будем останавливаться на достигнутом, будем идти дальше. Вся борьба ещё впереди, все основные старты - чемпионат России, чемпионат Европы и Олимпийские Игры. Мне предлагали ещё один этап Гран-при, Skate America, но я всё же решил туда не ехать - лучше откатаюсь на одном из этапов Кубка России.

— А как насчёт хореографии? В сентябре вы говорили, что над программами ещё предстоит большая работа.
– Произвольная программа ещё сырая, но для первого крупного старта она получилась. Дорожку по кругу мы поставили два дня назад – и она удалась. Надо после посмотреть, как её оценили судьи. Но, конечно, в хореографии ещё будем добавлять. Я многое сегодня убрал – например, в программе есть момент, когда я достаю пистолет, передёргиваю затвор и направляю его на судей, а потом снова убираю в кобуру. Этого я пока не стал делать. Думаю, ещё рано показывать программу с полной хореографией. Три года вне любительского спорта – это очень много. Я пока не в лучшей форме, оцениваю свою готовность в 70 %. Останавливаться не собираюсь, знаю все свои ошибки и недочёты, я строг к себе, и мой тренер и хореограф – тоже. Но всё равно очень доволен тем, что сегодня выполнил.

— Во время проката вы подняли вверх указательный палец. Что означал этот жест?
— Знаете, даже здесь, среди присутствующих, наверняка было много сомневающихся в том, что у меня получится. Надо было просто напомнить всем, что я вернулся, напомнить, кто я есть. Вообще я много импровизировал во время проката. Добавлял движения, которых не было в программе.

Я знаю, что многие спортсмены катают только тот набор движений, который им поставил тренер. Мне кажется, это неправильно. Сам я сегодня катался для себя, с удовольствием – и это офигенное ощущение.
— В олимпийском варианте, когда программа будет доработана до конца, импровизациям места не останется?
— А почему бы и нет? На мой взгляд, это здорово, когда человек импровизирует. Тот, кто умеет кататься, может себе это позволить. Я знаю, что многие спортсмены катают только тот набор движений, который им поставил тренер. Мне кажется, это неправильно. Сам я сегодня катался для себя, с удовольствием – и это офигенное ощущение.

— Значит, настолько были уверены в себе и своих силах?
— Я удивлён, что так хорошо прокатал программу до самого конца. То ли и правда эмоции сказались. Зал очень хорошо меня поддерживал. Я видел, что некоторые люди катались и танцевали вместе со мной на своих местах. Это было очень приятно.

— И какие планы теперь, после того как соревнования закончились?
— Вы знаете, я не устал. Если вы хотели услышать, что я хочу отдохнуть и поспать. Нет. Тренироваться, пожалуй. Схожу на показ мод в Москве, который устраивает моя супруга, потом съезжу в Петербург, где у меня строится дом. Два-три дня паузы, и опять в бой.

— Навстречу Олимпийским играм?
— Надо ещё сделать весь сезон. Бывает всякое – может произойти какая-то травма, и тогда не получится даже отобраться на Олимпиаду.

— А что можете сказать о своих соперниках? В ваше отсутствие два сезона подряд чемпионами мира становились спортсмены без четверного прыжка. Не считаете ли вы, что уровень снизился?
— Почему же? Взять хоть недавний этап Гран-при во Франции. Там многие ребята делали этот прыжок. Я знаю, что Брайан Жубер пытался исполнить три четверных. И это правильная попытка, по-моему. Без четверного нельзя. Надо делать этот прыжок, если мы хотим двигать вперёд фигурное катание. Вспомните 2002 год: Ягудин и Плющенко, Такеши Хонда — все делали по два четверных в программе, Тимоти Гейбл – три, и это было здорово. На чемпионате мира 2004 года в Дортмунде вся последняя разминка делала по два четверных, я катался последним и был в шоке – раз все сделали, мне тоже надо было, а я так не хотел делать эти четверные. Все спортсмены сегодня очень сильные. И если ты сделаешь ошибку, тебя обыграют.

На самом деле мне обидно за фигурное катание. Когда смотрю футбольные матчи – вижу, как туда приходят политики. Ребята проигрывают, но их продолжают поддерживать. А нас не поддерживает никто.
— От чего вам пришлось отказаться, чтобы вернуться в любительский спорт?
— От всего. От всей этой красивой жизни. После Олимпиады я стал есть спагетти, мясо, шоколад, пил красное вино. Я стал жить как нормальный человек — никакой диеты и никакого режима. Но это быстро надоедает. Если ты всю жизнь катаешься, тренируешься, добиваешься каких-то результатов, в один прекрасный момент приходит желание побеждать ещё, быть на волне, быть в форме. Это очень здорово, и я не устану повторять, что благодарен своей жене, которая меня вернула в спорт, сказав: "Ты ещё можешь, ты можешь бороться". Хотя сначала я ей отвечал: "Мне уже 27 лет, я уже старенький". Для спорта ведь по большому счёту я и правда староват. Свой первый чемпионат мира выиграл в 14 лет. Это очень длинная и долгая карьера. Но я думаю, что ещё могу бороться. Так что теперь всё заново: подъём в семь утра, тренировки, гимнастический зал, диета.

— Отказываться пришлось и от шоу, а значит, терять хорошие деньги.
— Многие говорят, что российская Федерация по фигурному катанию на коньках заплатила мне пять миллионов долларов или евро, что Плющенко вернулся за деньги. Хочу уверить – никаких бешеных денег нет, и предложений никаких не было. Мне никто не платил. Может, это случится в будущем, но я в это не верю. Моя жена нашла мне спонсоров, но это личные контракты, а не деньги за возвращение. На самом деле мне обидно за фигурное катание. Когда смотрю футбольные матчи – вижу, как туда приходят политики. Ребята проигрывают, но их продолжают поддерживать. А нас не поддерживает никто. Я не увидел сегодня ни одного политического лидера или чиновника, который пришёл бы поддержать молодого Бородулина или старого Плющенко. Это не в упрёк федерации, конечно. Но всё же хотелось бы напомнить: Олимпиада не за горами, и фигуристам надо помогать.
Источник: «Чемпионат»
Оцените работу журналиста
Голосов: 0
10 декабря 2016, суббота
Верите ли вы, что 12 российских призёров Сочи-2014 употребляли допинг?
Архив →