Александр Богомолов-младший
Фото: Fotobank.ru/Getty Images
Текст: Роман Семёнов

Богомолов: сын Саши тоже будет играть в теннис

Во второй части эксклюзивного интервью Александр Богомолов-старший рассказал о трудностях, которые возникали в карьере его сына Алекса, и о том, что помогло ему выйти на новый уровень.
23 апреля 2012, понедельник. 22:00. Теннис
Начало. Богомолов: Сашу всегда отличал бойцовский характер

Продолжение.

— Александр Сергеевич, любопытно, что и Саша, и Мэрди Фиш, и Робби Джинепри свои лучшие результаты стали демонстрировать уже в довольно солидном возрасте.
— Да, по юниорам они не особо удачно выступали. В тот момент Кория и Налбандян доминировали в их возрастной категории.

Травма была крайне тяжёлой, врачи даже не хотели браться за операцию. Мы нашли только одного доктора в Филадельфии, который согласился с ним поработать. Год он "болтался" кое-как, ничего было не понятно. Думал, что надо заканчивать с теннисом, поскольку денег на своё содержание не было. Его взяли в какую-то академию, где он начал работать с юниорами. Вообще, надо отдать ему должное, поскольку он проявил сумасшедший характер.
— Почему именно Саша так поздно раскрылся?
— На это есть объективные причины. Во-первых, я уехал в Москву и перестал его тренировать. Мы не могли ему долгое время найти достойного наставника. Потом с ним начал работать Франсиско Монтана. Он тогда был в американской федерации, недавно закончил теннисную карьеру, и у него ещё не было тренерского опыта. Не знаю, по какой причине, но он стал переделывать Саше технику, навязывать свой стиль и манеру. А у него техника достаточно специфическая, объективно говоря. Я считаю, что его это отбросило лет на пять точно. Я уже контролировать этот процесс никак не мог. Помню, однажды прилетел в Европу, где Саша в тот момент выступал на каком-то турнире, и был в полнейшем шоке, когда увидел, как он играет.

— Потом пришлось переучиваться обратно?
— Да, потихонечку пришлось переучиваться. Мне не сразу удалось его убедить в том, что нужно возвращать свою технику. Во-вторых, ему помешала эта совершенно дурацкая женитьба на Эшли Харклроуд. Всё получилось очень нескладно. Он стал гораздо меньше внимания уделять теннису, пошла "любовь-морковь". Затем был громкий развод, он сильно переживал. Через какое-то время Саша успокоился и стал показывать более-менее хорошие результаты. Начал вновь побеждать, поднимался в рейтинге. Когда он поднялся примерно на 140-е место, случилась эта неприятная травма… Она была очень тяжёлой. Он порвал связки на левой кисти. Саша где-то в Азии играл челленджер и в полуфинале побежал за укороченным. В итоге упал на руку и порвал связки. А ведь он только-только начал набирать обороты… Травма была крайне тяжёлой, врачи даже не хотели браться за операцию. Мы нашли только одного доктора в Филадельфии, который согласился с ним поработать. Год он "болтался" кое-как, ничего было не понятно. Думал, что надо заканчивать с теннисом, поскольку денег на своё содержание не было. Его взяли в какую-то академию, где он начал работать с юниорами. Вообще, надо отдать ему должное, ведь он проявил сумасшедший характер. После такой травмы вернуться в теннис практически нереально.

Он был на грани, хотел заканчивать, плюс этот жуткий постоянный прессинг из-за отсутствия денег. Я тоже не мог ему активно помогать. Помню, в один момент у него было $ 40 тысяч долга на карточке. Ну а потом потихоньку жизнь наладилась. Он нашёл себе вторую жену, очень хорошую бразильскую девушку. Она молодец, поддержала его в трудный момент. Естественно, в тот период он не мог себе позволить тренера, а без личного наставника очень сложно чего-то достичь. Потом нашёл возможность взять себе израильтянина Йоава Шаби. У них буквально за полтора года пошли результаты. В теннисе ведь многое завязано на психологии. В какой-то момент он успокоился. У него родился ребенок, он почувствовал ответственность. Саша стал взрослее, спокойнее, ушла эта никому не нужная излишняя эмоциональность. Я думаю, всё это сложилось воедино, поэтому тот год он провёл так хорошо. В принципе, по игре ничего не изменилось, просто в решающие моменты ты играешь ключевые мячи с холодной головой. Если в другой раз ты их проигрывал, то теперь попадаешь в корт. В прошлом году у него было много матчей, которые он выигрывал со счётом 7:6 в решающем сете. В этом году, наоборот, часто проигрывает в ключевые моменты. Совсем чуть-чуть не хватает – где-то немного уверенности, где-то немного самообладания.

— А американская федерация вам как-то помогала или они были в стороне в этот тяжёлый период жизни Алекса?
— Когда он был юниором, помогали. Его несколько раз посылали на турниры, ещё несколько раз давали гранты на поездки. Я помню, один раз дали грант на 10 тысяч. Потом почему-то они посчитали его бесперспективным и перестали помогать. Они отвернулись от него, и ничего не было. Именно поэтому он был так обижен на американскую федерацию. Кстати, мне лично не совсем понятно, почему они выставили такую огромную сумму при смене спортивного гражданства. Я не знаю, насколько это честно. Но это их проблемы. Думаю, что тут замешана чистая политика. Американцам не нравится, когда их люди хотят выступать за другую страну.

— Вы уже отметили, что верили в Алекса и считали, что он может попасть в топ-20 и даже в топ-10. Сейчас вы продолжаете так же считать?
— Я думаю, что он реально способен пробиться в топ-20. Для первой десятки ему нужно усилить подачу, что в принципе возможно. Нужно подавать как минимум на 10 миль сильнее, но при этом не потерять стабильности. Техника ему позволяет это сделать, но нужно сесть и позаниматься подачей. Я бы ещё сделал приём более агрессивным. Он на второй подаче соперника отходит назад и, как это делают испанцы, слишком накручивает мяч. Он отдаёт инициативу. Я бы хотел, чтобы он играл более агрессивно на второй подаче противника. Саша всё это может и умеет, так что посмотрим. Я вижу именно в этом его большой ресурс.

Ему необходимо найти "окошко" в своём графике, а не играть всё подряд. Нужно приехать на какой-нибудь сбор на две недели и потренироваться, подготовиться. Но эта безумная беготня за рейтингом, постоянная защита очков, всё это чудовищно выматывает. Тут надо что-то выбирать, ведь если играешь всё подряд, то времени тренироваться не остаётся.
— Сейчас Алекс выступает за Россию. Со стороны нашей федерации помощь оказывается?
— Да, конечно. Ему помогали на Кубке Кремля, вот сейчас приглашали приехать на сбор в Испанию. Он не смог это сделать по своим личным причинам. Помощь есть, надеюсь, она будет продолжаться. С Шамилем Анвяровичем они в прекрасных отношениях. Он всегда следит за его выступлениями, даёт какие-то советы.

В принципе, Алексу сейчас как таковая помощь уже не нужна. Ему необходимо найти "окошко" в своём графике, а не играть всё подряд. Нужно приехать на какой-нибудь сбор на две недели и потренироваться, подготовиться. Но эта безумная беготня за рейтингом, постоянная защита очков, всё это чудовищно выматывает. Тут надо что-то выбирать, ведь если играешь всё подряд, то времени тренироваться не остаётся.

— Раскройте секрет – сын Саши Мэддокс будет играть в теннис в будущем?
— Я думаю, что да. Зная Сашин характер, он настолько предан теннису, что захочет, чтобы и его ребенок играл. Это однозначно. Конечно, он будет играть. И его племянница будет играть, и Мэддокс.

— Значит, есть вероятность, что теннисная общественность вполне может увидеть ещё одного Богомолова на кортах!
— Конечно. Посмотрим, какие у них будут способности, но то, что они научатся играть, непременно!
Источник: «Чемпионат»
Оцените работу журналиста
Голосов: 3
6 декабря 2016, вторник
5 декабря 2016, понедельник
4 декабря 2016, воскресенье
Серия матчей каких теннисистов стала главным противостоянием сезона-2016?
Архив →