Энди Маррей
Фото: Getty Images
Текст: Артём Тайманов

Маррей: спросил арбитра, вышел ли я в полуфинал

Вышедший в полуфинал итогового турнира Маррей рассказал о настрое на завершающий матч группы с Цонгой и оценил игру Федерера в зале.
11 ноября 2012, воскресенье. 14:00. Теннис
Энди Маррей, вышедший в полуфинал итогового турнира в Лондоне со второго места, поспорит в воскресенье за выход в финал с действующим чемпионом этого соревнования – Роджером Федерером. На пресс-конференции после матча с Жо-Вилфридом Цонгой, в котором Маррею было достаточно выиграть один сет, чтобы пробиться в плей-офф, он поведал о своём настрое на этот поединок, порассуждал о том, какой удар в его арсенале является сильнейшим, оценил игру Федерера в закрытом помещении и рассказал о многом другом.

— Энди, можете сказать, что Иван Лендл говорил вам перед выходом на корт, какую тактику вы выбрали?
— Он просто сказал, чтобы я был сконцентрирован на том, чтобы выиграть матч, и не думал о том, что мне достаточно одного сета для выхода в полуфинал. Так что конкретного плана у меня не было, но в целом я настроился правильно. А, взяв первый сет, при смене сторон я спросил арбитра, вышел ли я в полуфинал или нет. Он сказал, что я вышел. Вот и всё.
Лендл просто сказал, чтобы я был сконцентрирован на том, чтобы выиграть матч, и не думал о том, что мне достаточно одного сета для выхода в полуфинал. Так что конкретного плана у меня не было, но в целом я настроился правильно. А, взяв первый сет, при смене сторон я спросил арбитра, вышел ли я в полуфинал или нет. Он сказал, что я вышел. Вот и всё.

— Вы предпочли бы не знать этого? Или наоборот?
— На самом деле большой разницы не было; от этого зависело разве что отношение к гейму, в котором я подавал на первый сет. В каком-то смысле я чувствовал, словно подаю на матч, поскольку знал, что победа в первой партии выводит меня в полуфинал. С самого начала поединка я был сконцентрирован, настроен на хороший старт.

— Скажите, вы впервые встретились здесь с Фабрисом Муамбой?
— Да.

— Его история является достаточно вдохновляющей, не правда ли?
— Да, конечно. Я очень хорошо помню, что, когда это случилось, я смотрел тот матч по телевизору, находясь в США. Тогда по телевизору не показывали ничего другого, и я внимательно смотрел матч. Я просто не мог поверить в то, что такое действительно случилось. Потом я узнал, что с ним всё в порядке, и это было замечательно. Конечно, было очень здорово встретиться здесь с ним. У него достаточно интересная история, и я с интересом послушал её.

— Похоже, вы опять можете сыграть подряд с Федерером и Джоковичем, как уже было в этом году в Шанхае и на Олимпиаде. Можно сказать, что вы извлекли что-то из тех турниров и теперь ещё лучше готовы к подобной ситуации, чем прежде?
— Думаю, с годами я уже привык играть с ними сколь угодно часто – даже несколько раз за неделю, если понадобится. То же самое относится и к матчам с Рафой. Такое уже случалось. Не могу сказать, что я боюсь этого. Я прекрасно знаю, сколь трудно бросать вызов игрокам такого уровня и одерживать две победы над ними кряду, но это выполнимая задача. Разумеется, для этого нужно показывать теннис высшего уровня – и с прекрасно понимаю это.

— Кого бы вы назвали фаворитом финала Кубка Дэвиса в Праге?
— Хороший вопрос. Я понятия не имею, каковы особенности покрытия корта, так что мне сложно делать какие-то прогнозы на этот счёт. Думаю, у Испании несколько больше выбор вариантов, но в любом случае лёгким это противостояние не получится. Многое зависит от покрытия.
В последние годы Федерер блестяще играет в помещениях, это несомненно. Я несколько раз встречался с ним в зале, и поначалу мне удавалось побеждать, но в последние годы я терпел поражения. Думаю, его достижения и результаты говорят сами за себя. Ему удобны такие условия, какие создаются в зале. Здесь ему удобнее подходить к мячу, а когда он хорошо подходит к мячу, то играет в великолепный теннис.

— Там хард в зале.
— Бывает такой хард в зале, на котором ты чувствуешь себя так, словно играешь на льду – настолько он быстрый. Такое покрытие явно пойдёт на пользу чехам. Если оно будет более медленным, то я отдам небольшое предпочтение испанцам.

— В последние два сезона Роджер почти не проигрывал матчей в помещении. Вы считаете его лучшим игроком в залах на данный момент?
— В последние годы он блестяще играет в помещениях, это несомненно. Я несколько раз встречался с ним в зале, и поначалу мне удавалось побеждать, но в последние годы я терпел поражения. Думаю, его достижения и результаты говорят сами за себя. Ему удобны такие условия, какие создаются в зале. Здесь ему удобнее подходить к мячу, а когда он хорошо подходит к мячу, то играет в великолепный теннис.

— Недавно удалось посмотреть забавное видео: в Академии Санчеса вы говорили, что ваш лучший удар – это форхенд, а ваш тренер настаивал, что вашим лучшим ударом является бэкхенд. Как всё-таки вы оцениваете оба этих удара, и насколько вы улучшили их за последнее время?
— Сложно сравнивать эти удары. Форхенд – это тот удар, которым почти все теннисисты выигрывают большую часть очков. Но кто-то и ошибается с него чаще, а кто-то бьёт с сильной руки более стабильно. Кто-то придаёт мячу сильное вращение, когда выполняет удар с форхенда. Словом, многое зависит от того, как использовать его. Кто-то классно бьёт с форхенда, когда мяч в игре, но плохо принимает с него.

Что касается лично меня, то мой форхенд на бегу был ударом, который я много тренировал в детстве и в подростковом возрасте. Это был мой сильнейший удар; но когда я появился в туре, то очень редко ошибался с бэкхенда, и многие считали, что в связи с этим удар слева у меня более хорош. Я много работал над своим форхендом в последние годы, и это принесло свои дивиденды. Весь этот год форхенд исправно помогал мне.
Мой форхенд на бегу был ударом, который я много тренировал в детстве и в подростковом возрасте. Это был мой сильнейший удар; но когда я появился в туре, то очень редко ошибался с бэкхенда, и многие считали, что в связи с этим удар слева у меня более хорош. Я много работал над своим форхендом в последние годы, и это принесло свои дивиденды. Весь этот год форхенд исправно помогал мне.

— Вы согласны с высказыванием [Ивана] Любичича, считающего, что Джокович в зале не так хорош, как Джокович на открытых кортах? И по поводу вашего предстоящего матча с Федерером – как считаете, где у вас теоретически больше шансов победить его – на траве, где он семь раз становился чемпионом Уимблдона, но проиграл вам в финале Олимпиады, или в зале, где он очень силён?
— Опять-таки это зависит от того, какое именно покрытие уложено в зале. Что касается игры Новака в зале, то я даже не знаю, что здесь ответить. Да, своих лучших результатов он добился на открытом харде, так что можно сказать, что это наиболее подходящее для него покрытие. Но он всё равно очень хорошо играет в зале.

Роджер же очень хорош на всех покрытиях. Он побеждал в зале, на траве, на открытом харде и на грунте. Можно сказать, что грунт является для него наиболее неудобным покрытием – но, вероятно, если бы не было Рафы, то он стоял бы в одном ряду с величайшими грунтовыми теннисистами мира всех времён. Не знаю, где бы я предпочёл сыграть с ним, если бы у меня была возможность выбора. В этом году мне хорошо удались матчи против него на траве, так что, пожалуй, я выбрал бы траву.

— В последние годы топ-10 выглядит достаточно стабильной. Кого из находящихся ниже игроков вы можете выделить в качестве основных претендентов на месте в первой десятке в следующем сезоне?
— Многих ребят среди тех, кто находится неподалёку от топ-10: например, Иснера, Раонича, Симона, Чилича. Они почти каждый год поднимаются в рейтинг-листе, и они здорово играют. Главный вопрос здесь заключается в стабильности. Некоторые из них классно играют в отдельные отрезки сезона, но не удерживаются на этом уровне на протяжении всего года. Однако я уверен, что рано или поздно кто-то из них войдёт либо вернётся в топ-10.
Источник: ATP Сообщить об ошибке
Всего голосов: 1
23 февраля 2017, четверг
22 февраля 2017, среда
Партнерский контент
Загрузка...
Кто из нового поколения россиян сможет первым пробиться в топ-20?
Архив →