Светлана Кузнецова
Фото: Getty Images
Текст: Даниил Сальников

Кузнецова: чувствую, что Серена меня уважает

Кузнецова рассказала о проблемах с мышцами пресса, матче с С. Уильямс, выступлении на турнире в целом, о ближайших планах и многом другом.
4 июня 2013, вторник. 23:30. Теннис
Светлана Кузнецова, несмотря на проблемы с прессом, провела очень достойный матч против Серены Уильямс – особенно начиная со второго сета, после оказания медицинской помощи. На послематчевой пресс-конференции, в которой принял участие и специальный корреспондент "Чемпионат.com", Светлана рассказала о состоянии здоровья, о прошедшем матче и выступлении на турнире в целом, о ближайших планах и многом другом.

— У вас было три брейк-пойнта на то, чтобы повести со счётом 3:0 в решающем сете. О каком из них вы больше всего сожалеете, что не реализовали его?
— На втором я выполнила отличный укороченный удар и сначала даже подумала, что мяч попал в корт, но арбитр зафиксировал аут. В целом это был очень равный и упорный гейм, в котором то у неё, то у меня было "больше", несколько раз фиксировался счёт "ровно"… Не могу сказать, что я упустила реальные шансы – скорее она сыграла здорово и заслуженно взяла ту подачу.

У меня были проблемы с мышцами пресса уже на протяжении трёх матчей, так что я провела весь сегодняшний поединок словно на приёме. Я не могла подавать навылет, нормально усиливать подачу. Играть так против Серены тяжело, но всё равно матч получился равным и у меня были шансы. Я завязывала борьбу на приёме, а на моей подаче она сразу бросалась в атаку. Думаю, она чувствовала, что в затяжных розыгрышах я преуспеваю чаще, чем она.
— Что случилось после этого гейма? Считаете ли вы, что это был переломный момент?
— Нет, главное было не в этом, а в том, что я не могла нормально подавать. У меня были проблемы с мышцами пресса уже на протяжении трёх матчей, так что я словно провела весь сегодняшний поединок на приёме. Я не могла подавать навылет, не могла нормально усиливать подачу. Играть так против Серены тяжело, но всё равно матч получился равным и у меня были шансы. Я завязывала борьбу на приёме, а на моей подаче она сразу бросалась в атаку. Думаю, она чувствовала, что в затяжных розыгрышах я преуспеваю чаще, чем она. Так что, взяв тот гейм, она мощно принимала в следующем, а затем повела со счётом 40:0 на своей подаче, однако мне удалось отыграться. Кажется, у меня даже был брейк-пойнт, но взять гейм я не смогла. Повторюсь, играть без подачи мне было непросто, но всё равно это получился поединок достаточно высокого уровня.

— Вы сказали, что испытываете проблемы с мышцами живота, начиная с третьего круга. Тем не менее вы смогли пробиться в четвертьфинал, вернуться сюда после всех проблем, которые были у вас в последние годы. Что вы чувствуете, добившись этого здесь, на кортах, которые видели один из ваших главных триумфов?
— Если оценивать моё выступление на "Ролан Гаррос"-2013 в целом, то я по-настоящему горжусь собой. Да, у меня были шансы победить и сегодня – но нельзя забывать, что до того я целую неделю болела и тренировалась лишь по часу в день. Когда я приехала сюда, ещё кашляла, не могла нормально дышать и, конечно, не была в нормальной физической форме. Однако от матча к матчу я прибавляла. Конечно, травма пресса добавляла мне проблем. Тем не менее я сумела закончить поединок с Йовановски в двух партиях, а затем выдержала тяжёлый матч против Кербер. Так что в целом я очень рада тому, как выступила здесь. Мне нужно продолжать в том же духе.

— Вам приходилось играть с множеством великих игроков. Как вы соотнесли с ними Серену Уильямс?
— Она определённо одна из самых сложных соперниц. Ким Клейстерс, Жюстин Энен, Серена Уильямс – это лучшие игроки, с которыми мне приходилось соперничать. Возможно, кого-то я уже забыла. Я всегда наслаждаюсь матчами с Сереной. Сегодня она сыграла лучше меня, но я сумела дать ей полноценный бой. Если бы в третьей партии я взяла третий гейм, матч мог бы сложиться иначе.

— А что, на ваш взгляд, делает Серену настолько тяжёлой соперницей?
— Она наносит мощные удары, она великолепный спортсмен. У неё получается переломить игру в те моменты, когда ей это нужно. Она здорово подаёт. Она обладает собственным теннисом, который делает её той, кем она является.

— Для Серены вы были самой серьёзной соперницей на этом турнире. Вы чувствовали, что если сумеете завязать борьбу, то она может занервничать?
— Я заставила её выложиться по полной даже без своей нормальной подачи. Это был интересный матч, даже несмотря на то, что мне приходилось обороняться в начале большинства розыгрышей. Я не думала много о том, что может случиться с ней. Мне важнее было сконцентрироваться на собственной игре и стратегии на матч. С другими теннисистками я чаще могу диктовать свой теннис, а здесь нужно лучше использовать те шансы, которые появляются.

— Однажды вы сказали, что вы более человечны, чем большинство людей.
— Чем большинство игроков или большинство людей?

Было видно, что Серена нервничала и что она уважает меня. Мне хотелось насладиться этим матчем, а не получить две баранки и уйти с корта. Понимала, что способна на большее. В итоге удалось взять один гейм, затем ещё один и ещё. Я разыгралась, да и таблетки сделали своё дело. Всё равно мне не удавалось подавать даже наполовину своих возможностей. Я исполняла подачу, как бабушка, но тем не менее хорошо бегала, доставляла ей проблемы, достаточно грамотно играла, а в третьем сете мне просто чуть-чуть не хватило в одном гейме.
— Мне кажется, что вы сказали про людей.
— Надо было спрашивать меня тогда, что я имела в виду. Сейчас я уже забыла (смеётся).

— Как вам кажется, у кого больше шансов обыграть Серену на этом покрытии – у такого контратакующего игрока, как Эррани, или агрессивного, как Шарапова?
— Сложно сказать. На других грунтовых турнирах всем было тяжело играть с Уильямс. Шарапова проиграла ей в Мадриде, а Азаренко не смогла справиться с ней в Риме. Это будет настоящий сюрприз, если кто-то сможет обыграть Уильямс на этом соревновании.

— Светлана, вы сегодня даже после ошибок улыбались. У вас был настолько позитивный настрой?
— Пришла на матч и не могла подать, у меня мяч летел со скоростью 130 километров в час. Проиграла первый сет 1:6 и думала: что мне делать? К тому же мне было очень больно подавать. Я вызвала врача, чтобы мне покрепче забинтовали пресс и дали таблетку. Рассчитывала, что просто постараюсь побороться. Хороший матч, хороший соперник – я старалась этим насладиться. В итоге во втором сете я начала получше играть. Было видно, что Серена нервничала и что она уважает меня. Мне хотелось насладиться этим матчем, а не получить две баранки и уйти с корта. Понимала, что способна на большее. В итоге удалось взять один гейм, затем ещё один и ещё. Я разыгралась, да и таблетки сделали своё дело. Всё равно мне не удавалось подавать даже наполовину своих возможностей. Я исполняла подачу, как бабушка, но тем не менее хорошо бегала, доставляла ей проблемы, достаточно грамотно играла, а в третьем сете мне просто чуть-чуть не хватило в одном гейме.

— Третий гейм третьего сета с тремя брейк-пойнтами стал ключевым?
— Да. Но это, как Марат Сафин говорил, если бы у бабушки было кое-что, она была бы дедушкой. В первом сете я вообще думала о том, чтобы сняться, а в итоге дошло до того, что я вела в третьем сете. И в принципе я доминировала на корте. В некоторые моменты мне приходилось бегать по корту, но в основном я доминировала. Если не реализовывать такие шансы с Сереной, то игра быстро меняется. При 3:0 она не стала бы так играть, как при 2:1. Там она рисковала на приёме, потому что у меня подача была слабой. У меня было ощущение, что я весь матч играю на приёме, так как я постоянно в защите, а потом контратакую. Конечно, очень обидно, что не использовала шансы.

— Насколько серьёзно вы задумывались об отказе?
— Я просто не могла подавать. Направлять подачу слабо нельзя, потому что получаешь мощный ответ. А если я подаю жёстко, то мне разрывает живот. Понимала, что надо что-то менять. Если бы так продолжалось и дальше, мне просто было бы стыдно.

— А давно проблемы с прессом?
— Потянула его на этом турнире. Уже три матча так играю. Я ни в одном из этих матчей нормально не подавала. Просто мяч в игру вводила, и всё.

— У вас ведь такое уже было несколько лет назад?
— Да. Это примерно та же травма под старым шрамом.

Я не считаю правильным играть от злости. Это не моё, я не злой человек, я играю от себя. Скажем, художник рисует не от злости. И также я играю от себя, от души, так, как я хочу, как я люблю, как мне нравится. Чтобы получать от этого удовольствие и выигрывать, чтобы это приносило плоды. Есть игроки, которые играют от злобы. Прямо видно, как у девочки скулы сводит, что она сейчас всех сожрёт взглядом. Я не хочу так выглядеть на корте. Есть люди, которым нравится так выглядеть, но я не такой человек. Я хочу наслаждаться теннисом.
— Складывалось впечатление, что иногда и в розыгрышах вы берегли себя при завершающих ударах. Это из-за травмы?
— Нет, я такого не чувствовала. Меня это беспокоило только во время подачи.

— Вы уже обыгрывали Серену на этом турнире четыре года назад. Вспоминали об этом, когда выходили на корт?
— Я вчера смотрела некоторые розыгрыши из того момента, чтобы посмотреть её удары. Мне надо было вспомнить, ведь я с тех пор с ней и не играла. Это совсем другой матч получился. Просто без подачи нереально играть. Я считаю, что мне в какой-то степени повезло, что я даже претендовала на победу. Возможно, в важный момент мне просто надо было меньше рисковать. Или что-то другое нужно было иначе сделать, но я почти выиграла без подачи.

— Во время "Ролан Гаррос" зрители позволяют себе пить вино. А вы что себе можете позволить? Может, наградить себя за поражение?
— Как это наградить себя за поражение?

— Это просто оговорка. Что себе можете лишнего позволить во время турнира?
— Что хочу, то и позволяю себе (смеётся). В разумных пределах, ведь я всё-таки профессионал. Во время турнира и в паузах между соревнованиями я себя совершенно по-разному веду. Я профессионал до мозга костей на турнирах, а за их пределами я свободный человек и не хочу себя излишне зажимать.

— Нет ощущения, что в матчах с такими игроками, как Серена, вам не хватает спортивной злости?
— Последнее, о чём я задумывалась на корте, — что дружу с Сереной. Об этом даже речи не идёт, потому что на корте мы соперницы. Причём я чувствую, что она испытывает ко мне огромное уважение, которого не видно в её отношении к другим игрокам.

— Во время матча Серена себя постоянно агрессивно настраивала, а у вас этого не было.
— Бывают разные дни. У меня случается, что я много на себя злюсь, завожу себя и кричу. А есть дни, когда я улыбаюсь, потому что мне хорошо оттого, что я играю в теннис. А бывает, улыбаюсь после ошибок. Мне досадно, что я ошиблась, но меня радует, что у меня была правильная мысль. Серена злилась на себя, но она не всегда так делает. Сегодня я чувствовала, что так вести себя было правильно. Есть дни, когда я себя бью. Бывает, ракетку об ногу ломаю. День на день не приходится.

— А на абстрактного противника злиться, настраиваться?
— Я не считаю правильным играть от злости. Это не моё, я не злой человек и играю от себя. Скажем, художник рисует не от злости. Вот и я играю от себя, от души, так, как я хочу, как я люблю, как мне нравится. Чтобы получать от этого удовольствие и выигрывать, чтобы это приносило плоды. Есть игроки, которые играют от злобы. Прямо видно, как у девочки скулы сводит, что она сейчас всех сожрёт взглядом. Я не хочу так выглядеть на корте. Есть люди, которым нравится так выглядеть, но я не такой человек. Я хочу наслаждаться теннисом.

— Каковы ваши планы и по поводу травмы, и по поводу дальнейших турниров?
— Я очень хочу в Москву, потому что не была там примерно два с половиной месяца. Очень долго. У меня есть несколько дней на это. Если честно, я их не считала. Я заявлена на турнир в Истбурне, но всё будет зависеть от травмы пресса. Её надо залечить. Но я уже не смогу играть на Уимблдоне, если не залечу эту травму, потому что там такая подача уже точно не пройдёт. Там без подачи делать вообще нечего. Надо залечить травму в Москве и потом уже ехать в Англию.

— Понятно, что уезжать с турнира с травмой не так приятно, но всё-таки у вас в активе выигранный сет у самой Серены...
— Нет, ну конечно. Я немного повторюсь, но если бы мне сказали в начале грунтового сезона об этом… Когда я на первом турнире (в Португалии. – Прим. "Чемпионат.com") Опранди ужасный матч проиграла, в Мадриде сыграла два единственных хороших матча за весь грунтовый сезон – с Кербер, в принципе, но там упустила свои шансы, и с Петровой. Потом в Риме сразу проиграла Халеп, приехала в Барселону и заболела – я неделю лежала дома, тренировалась перед "Ролан Гаррос" час в день, причём практически стоя, потому что у меня болело горло, нос, мучил кашель. Ну всё было против меня. Приезжаю сюда и первый круг играю сразу с Катей Макаровой. Это был не очень хороший жребий, да ещё и после такой подготовки. Но потихонечку-потихонечку, еле-еле дошла до четвертьфинала. Можно сказать, что я сыграла отличный матч с Кербер практически без подачи, потом сегодня с Сереной тоже достаточно хороший матч был. Из-за этого у меня в основном позитивное впечатление. Очень обидно, что не использовала шансы. Но мне даже папа позвонил и сказал, что я молодец, а лучшей похвалы для меня нет. Когда я выиграла "Ролан Гаррос" (в 2009-м. – Прим. "Чемпионат.com"), папа не совсем рад был (смеётся).

— Почему?
— У него были свои претензии ко мне. Он просто сказал, что не ожидал. Он всегда переживает за подготовку и видел, в каком состоянии я находилась перед "Ролан Гаррос". Конечно, он всегда надеется на хорошее, но многого тогда не ждал.

— Утром на тренировке вы несколько раз били слева одной рукой. Это случайно получалось?
— Нет. На самом деле я очень люблю удар слева одной рукой. У меня есть своеобразная история из детства. Я всегда мечтала играть слева одной рукой. Когда начинала играть в группе, все остальные девочки играли одной рукой. Я тоже хотела. Девчонки же, напротив, хотели научиться играть двумя. Тренер сказал, что "Свете, поскольку она нормально двигается, я разрешаю выбирать – одной или двумя руками она будет играть". Потому что для двух рук, она считала, нужно больше бегать по корту. И поскольку девчонкам не разрешали так, как они хотели, то и я, что ли, в знак солидарности, тоже стала играть двумя руками. С тех пор я заиграла двумя руками. В принципе у меня слева, тьфу-тьфу, никогда не было проблем. У меня настолько натуральный удар, что я, можно сказать, сама его выучила. Но мне очень нравится удар слева одной рукой! Конечно, надо бы для этого плечо закачивать.
Источник: «Чемпионат»
Оцените работу журналиста
Голосов: 7
4 декабря 2016, воскресенье
3 декабря 2016, суббота
2 декабря 2016, пятница
1 декабря 2016, четверг
Какой поединок, на ваш взгляд, достоин называться Матчем года в мужском теннисном сезоне-2016?
Архив →