Мария Шарапова
Фото: Getty Images
Текст: Даниил Сальников

Шарапова: в Сочи мне казалось, что это сон

Россиянка Мария Шарапова поделилась эмоциями от победы над Ксенией Первак в первом раунде «Ролан Гаррос».
26 мая 2014, понедельник. 19:45. Теннис
Российская теннисистка Мария Шарапова добилась первой победы на Открытом чемпионате Франции – 2014, одолев на старте соревнований свою соотечественницу Ксению Первак. Для того чтобы отпраздновать успех, восьмой ракетке мира потребовалось чуть больше часа. Всего три гейма уступила Мария сопернице — 6:1, 6:2. На послематчевой пресс-конференции спортсменка рассказала о состоявшейся игре, об источнике вдохновения в лице Серены Уильямс, а также о любви к сладкому.

— Всё ли сегодня шло по вашему сценарию? Пришлось ли вам делать небольшие корректировки по сравнению с первоначальным планом на игру?
— В такие дни всегда приятно быстро отстреляться. Хорошо, что мне удалось завершить игру, учитывая непростые
«Когда я приехала на Олимпиаду в Сочи, ажиотаж вокруг города поразил меня. Когда меня привели на стадион, включили прожекторы и вручили мне факел, для меня это было нечто особенное – мне казалось, что это сон».
погодные условия.

— Матч завершился достаточно быстро. Что можете сказать о качестве игры?
— Первые матчи на турнире «Большого шлема» всегда трудные, в какой бы форме ты ни находился и сколько бы матчей ни сыграл. В атмосфере крупного турнира напряжение всегда возрастает, и это особенно сильно ощущается на корте. Учитывая всё это, думаю, я показала стабильную игру. Я сделала всё, что от меня требовалось, – и это только начало.

— Сегодня на своей подаче вы выполнили много ударов навылет. Похоже, что после операции вам пришлось изменить технику подачи. Как изменилась ваша игра с тех пор?
— Действительно, кое-что поменялось. Когда я вернулась в строй, мы работали над улучшением некоторых элементов – но ничего кардинального.

— В последнее время игроки, известные по выступлению в 90-е годы, активно обсуждают преимущества и недостатки проведения трёхсетовых и пятисетовых матчей. Сейчас трёхсетовые матчи играются везде. Почему, на ваш взгляд, турниры «Большого шлема» года должны от них отличаться?
— Одна только атмосфера турнира «Большого шлема» делает его особенным. Игра на кортах турниров «Большого шлема» — это нечто совершенно уникальное. Когда ты понимаешь, сколько чемпионов пропустили через себя двери, ведущие на этот корт, тебе всё равно, сколько сетов играть: один сет или все 10.

— Каждый раз, приезжая в Париж, вы едите французское печенье – «макароны». Сколько таких пирожных вы позволяете себе съесть после победы в качестве награды или после поражения в качестве утешения? Может быть, наказываете себя меньшим количеством?
— Пожалуй, я отвечу на этот вопрос, когда турнир закончится (смеётся). Это зависит от того, насколько они свежие. Обычно я позволяю себе съесть немножко, но в трудные моменты я позволяю себе немного больше.

— Предвосхищая возможную четвертьфинальную встречу с Сереной Уильямс, хотелось бы узнать: думали ли вы о плане на эту игру? Очевидно, что у вас в мыслях только ближайшая игра, но всё же…
— Зачем же тогда спрашивать (смеётся)? Очень сложно думать о том поединке, ведь перед четвертьфиналом нам нужно преодолеть сопротивление трёх соперниц. Очевидно, нашей встречи ждут многие болельщики. Однако не имеет значения, встретимся ли мы в четвертьфинале, в полуфинале или на какой-либо другой стадии. У турнира может быть только один чемпион. Важна не очная встреча с кем-то, а кто пройдёт дальше. Сейчас
«Меня вдохновляет желание Серены вставать каждое утро и бросаться в бой, продолжать соревноваться на том же высоком уровне, как бы ей ни было тяжело. Уверена, что она приехала в Париж не ради того, чтобы просто прогуляться по грунту».
возможная четвертьфинальная встреча не имеет для меня значения, потому что в следующем матче я встречусь с Цветаной Пиронковой.

— В ходе своей профессиональной карьеры вы многое преодолели, в вашей жизни были взлёты и падения, травмы… Серена Уильямс также продолжает бороться – служит ли её работа для вас источником вдохновения?
— Конечно, меня вдохновляет её желание вставать каждое утро и бросаться в бой, продолжать соревноваться на том же высоком уровне, как бы ей ни было тяжело. С другой стороны, её успех о многом говорит. Уверена, что она приехала в Париж не ради того, чтобы просто прогуляться по грунту. Это меня восхищает.

— Весь теннисный мир объединился, чтобы почтить память Елены Балтачи, умершей от рака печени. Существует мнение о том, что её состояние здоровья было связано с тем, что она родилась недалеко от Чернобыля. Не могли бы вы рассказать о том, что вам известно о последствиях чернобыльской трагедии?
— Если честно, я впервые слышу о таких предположениях. Что же касается последствий, то, конечно, последствия этой трагедии сказываются на здоровье. Я занималась этим вопросом, когда стала послом ООН. Я старалась помочь людям понять, что подобные инциденты, произошедшие много лет назад, до сих пор могут сказываться на здоровье людей. Искренне надеюсь, что эта трагедия не стала причиной смерти Елены. Но, к сожалению, такова реальность с Чернобылем.

— Какие ощущения вы испытывали, приезжая на турнир в качестве действующей чемпионки? Особенно интересно узнать, что вы чувствовали, приехав на Уимблдон после победы в 2004 году.
— Воспоминания о таких победах остаются с тобой навсегда. Приехав на турнир через 11 месяцев после победы, ты вспоминаешь моменты своего триумфа. В течение года у тебя есть возможность проанализировать произошедшее, но, когда возвращаешься на турнир, прежнее достижение вновь обретает значение.

— Вспоминая события Олимпиады в Сочи, что вы испытывали, будучи факелоносцем? Как выглядел Сочи после Олимпиады?
— Это было огромной честью для меня. Я не могла себе представить, что буду участвовать в церемонии открытия. Я была одним из послов, ратовавших за проведение Олимпийских игр в этом городе. Но в тот момент я даже не могла представить, что смогу принять участие. Когда я приехала в США в 7 лет, мне приходилось объяснять другим, откуда я родом, по буквам произносить слово «Сочи». Когда я приехала на Олимпиаду в Сочи, мировой ажиотаж вокруг города поразил меня. Я вообще не представляла, что буду делать на церемонии, до тех пор, пока не состоялась первая репетиция. Когда меня привели на стадион, включили прожекторы и вручили мне факел, для меня это было нечто особенное – мне казалось, что это сон.

— Какое игровое покрытие вы считаете для себя наиболее удобным в данный момент?
— Это сложный вопрос. Я стараюсь не различать покрытия по степени сложности – к каждому из них нужно привыкать. Когда я начала играть на траве в 15 лет, у меня не было предварительного опыта выступления на травяных юниорских турнирах. С самого начала это было очень трудно. Игра на грунте всегда давалась мне тяжело – мне не хватало уверенности в том, чтобы играть трёхчасовые поединки. Мне было сложно добираться до полуфиналов и финалов. Дело не в том, что я была слабой – просто мне не удавалось достаточно быстро восстанавливаться. Ушли годы, чтобы адаптироваться физически, научиться восстанавливаться. Мне потребовалось время, чтобы наконец-то полюбить грунт.

— У вас в карьере было много невероятных камбэков. Чувствуете ли вы, что гордитесь работой, которую проделали, чтобы адаптироваться на грунте?
— Думаю, что это была одна из моих самых амбициозных целей. Я понимала, что с этим надо что-то делать, и взяла на себя эту задачу. Постепенно моя игра на грунтовых кортах начала меня устраивать.
«Мне потребовалось время, чтобы наконец-то полюбить грунт. Самое главное – избавиться от страха скольжения, возвращаться на корт и не зависать где-то в стороне».
Самое главное – избавиться от страха скольжения, возвращаться на корт и не зависать где-то в стороне. Наконец-то у меня получалось вернуться на корт и продолжать игру. Так что могу сказать, что мне удалось справиться с этим испытанием.

— Что в вашей сегодняшней игре вас удовлетворило? Чем вы остались недовольны?
— В первом матче на турнире «Большого шлема», в первую очередь, хочется продемонстрировать стабильную игру и выполнить установку на матч. Как бы ты себя ни чувствовал перед игрой, на корте начинается совершенно другая история. Я хорошо играла, но у меня есть пространство для прогресса. Постараюсь выступить лучше в следующем матче.

— Помимо тенниса, в вашей жизни есть ещё и бизнес. Вы вкладываете деньги в производство конфет. Неужели так сложно найти хороший бизнес для инвестиций или же конфеты – это на самом деле прибыльный бизнес?
— Поначалу я думала, что это глупая затея, но в итоге оказалось, что это одно из самых умных моих предприятий (смеётся). Это началось как идея, которую я была готова развивать по окончании теннисной карьеры. Я хотела начать заниматься этим бизнесом ещё до завершения карьеры. Сначала эта компания выглядела как маленький магазинчик с мамой и папой в качестве сотрудников, но потом она стала успешной, популярной во всём мире. Приятно видеть, как такое маленькое предприятие разрослось до мировых масштабов.

— Считается, что с левшами очень неудобно играть. Но сегодня вы очень хорошо читали подачи соперницы. Вы специально готовились к этой сопернице?
— Если без секретов, то я вообще люблю играть против левшей. Не знаю, почему, но мне всегда это как-то удобно. Подача слева мне подходит. Думаю, что я сегодня её хорошо читала. Входила в корт и достаточно агрессивно играла против неё.
Источник: «Чемпионат»
Оцените работу журналиста
Голосов: 7
8 декабря 2016, четверг
7 декабря 2016, среда
6 декабря 2016, вторник
5 декабря 2016, понедельник
Серия матчей каких теннисистов стала главным противостоянием сезона-2016?
Архив →