Эшли Харклроуд: я стала больше ценить жизнь
Текст: Тимофей Муха

Эшли Харклроуд: я стала больше ценить жизнь

Американка Эшли Харклроуд скоро приедет в Москву на полуфинал Кубка Федерации, однако понять, что представляет из себя эта спортсменка, можно уже в Майами.
29 марта 2008, суббота. 22:58. Теннис
Американка Эшли Харклроуд совсем скоро приедет в Москву на полуфинальный матч Кубка Федерации в составе своей национальной команды, которая будет противостоять в борьбе за выход в финал подопечным Шамиля Тарпищева. Однако понять, что представляет из себя эта спортсменка, российские поклонники тенниса могут уже сейчас, когда в третьем круге турнира в Майами Эшли встретится с россиянкой Еленой Весниной.

Лучший юниор США в 2000 году, голубоглазая блондинка Эшли Харклроуд подавала большие надежды. У неё было всё: контракт с Nike, личные представители, предложение от модельных агентств. Но после US Open-2001 всеобщий ажиотаж сбил восходящую звезду с, казалось бы, накатанной дорожки к вершинам рейтинга.

Она вышла замуж в 19 и развелась уже в 21, в 2004 году она ушла из тенниса на полгода. Но теперь она вернулась и готова к новой борьбе.

– Вы победили в четвертьфинале Кубка Федерации с Германией. Каково это – выиграть решающую игру?
– Когда со мной связалась капитан нашей женской сборной Зина Гаррисон, чтобы пригласить в команду, я была взволнована и очень надеялась, что смогу справиться с этой миссией. Ведь это такая возможность! Кажется, у меня всё неплохо получилось.

– Вам только 22, но вот уже семь лет, как вы профессионально играете в теннис. Чувствуете себя ветераном?
– Я себя чувствую молодой, ибо так оно и есть. Но я, правда, давно в теннисе, ведь я в туре с 16 лет. В начале пути у меня была масса ожиданий, к которым, полагаю, я не была готова ни морально, ни физически. Сейчас я стала более тренированной и психически расслабленной. Я легче отношусь к вещам и хорошо знаю себя. Я знаю, что теннис – это не вопрос жизни и смерти. И что проигрыш – это ещё не конец света. С возрастом я всё больше и больше ценю жизнь.

– Эти ожидания, упомянутые вами, были вашими собственными или со стороны?
– Я была требовательна к себе. Моё окружение тоже ждало многого. Сейчас я независима и знаю, что ожидать от себя.

– Вы говорили, что играть в профессиональный теннис день ото дня довольно одиноко, что найти подружек в раздевалке может и не удастся.
– Много девчонок нашли себе подруг-теннисисток. Я же мало с кем общаюсь, у меня вообще есть лишь несколько близких друзей. По турнирам я разъезжаю со своим молодым человеком (36-летний бывший теннисист Чак Адамс. – Прим. "Чемпионат.ру"). С ним я провожу время и готовлюсь к матчам. К теннису я отношусь по-деловому, а заводить друзей я там не собираюсь. Конечно, может стать одиноко, но не мне, ведь я путешествую не одна.

– Оглядываясь назад, что больше всего помогло вам достичь сегодняшних результатов.
– Всем известно, что мне пришлось трудно, когда мне было 17-18 лет. Я подпрыгнула до 39-й строчки рейтинга WTA, и все ожидали, что и дальше будет происходить что-то невероятное. Но я не могла оправдать их ожидания. Игра под таким давлением других людей и собственной психики не доставляла удовольствия. Поэтому я сделала шаг назад и посмотрела на свою жизнь под другим углом. Теперь я играю для себя и наслаждаюсь игрой больше, чем когда-либо.

– Кто именно давил на вас?
– Мои агенты среди прочих. Они не могли нормально воспринять ни одного поражения. В итоге, я взяла и отошла от тенниса где-то месяцев на шесть в 2004 году. В начале того года я дошла до первого в своей жизни финала WTA в Окленде. Но произошли события, которые заставили меня отступить. Уже потом я решила вернуться, но на своих условиях.

– Вы далеко не самая габаритная спортсменка. Тяжело приходится с более рослыми соперницами?
– Больше мне уже не вырасти, и это действительно проблема. Во мне не два метра, так что бывает трудно. Но я играю достаточно умно, стараюсь больше ударов делать с линии, подстраиваться под темп противника. С возрастом я ещё наберу физической мощи.

– Что вы ощущали, находясь в роли восходящей супер-чемпионки? Оправданы ли были такие ожидания?
– В общем-то оправданы, ведь я так много выигрывала. Я была вторым юниором в мире. У США не было спортсменок добившихся подобного ещё со времён Дэвенпорт и Каприати. Но с тех пор я не так уж и улучшила свою игру, в то время как другие девчонки стали гораздо сильнее. Если бы я была постарше, я бы справилась. А тогда я была ещё не готова к такому, и вокруг меня не было команды, которая могла бы поддержать должным образом. Я не должна была входить в топ-20 в таком возрасте – это к Шараповой.

– Вас удивляет, что находятся такие, как Шарапова, которые могут столько всего добиться уже к 17 годам?
– Некоторые девочки взрослеют быстрее других. Я взрослела медленно, наверное, как физически, так и морально. Понимаете, я ведь родом из небольшого городка в Джорджии. Там люди далеки от туров, контрактов с Nike и восходящих звёзд, или кем там я должна была быть. Я просто играла в теннис, выигрывала, а потом шла играть с друзьями. У меня не было русского отца, который бы растил из меня профессиональную теннисистку.

– Вокруг не было людей, знакомых со всей этой кухней, да?
– Да. Мои родители вместе с тех пор, как маме было 13 лет. Папа хотел иметь в наследниках профессиональную теннисистку, он её и получил. Но раньше из моего городка не выходили знаменитости.

– Давайте вернёмся на US Open-2001. Вы вышли на корт во впечатляющем костюме от Nike, фотографы так и засуетились.
– Я выбрала костюм, который немного задирался, поэтому я не знала, удобно ли будет в нём играть. Наверное, он был привлекательным. Я была очень собрана. Я не очень-то помню, сколько там было народу и много ли комментировали мой наряд. Меня сделали Анной Курниковой номер два, но это было не по мне. Я не люблю быть на виду, люблю просто играть в теннис и общаться с друзьями. Сейчас я предпочитаю другой стиль одежды, более закрытый. Я люблю носить красивую одежду и привлекать к себе внимание, но когда я на корте, имеют значения только три вещи: я сама, мяч и мой оппонент. Меня не волнует, что говорят другие о моих поступках или манере одеваться.

– Кстати о чужих мнениях. Наверняка, когда вы выходили замуж за профессионального теннисиста Алекса Богомолова многие давали вам советы, говорили вещи типа "ты слишком молода", "что ты делаешь?" и тому подобное. Было такое?
– Я очень непослушная. Делаю то, что сама считаю нужным. Да, люди действительно говорили кое-что, но я ведь родом из городишки в Джорджии - это весьма консервативный край. Мы поженились не для того, чтобы вместе жить, а потому что устали выслушивать толки о том, что мы, мол, живём в грехе и так далее. Но теперь мне уже ничего не приходится выслушивать. Думаю, просто никто не хочет, чтобы я снова выходила замуж. Тот брак не был ошибкой, он дал мне немного расслабиться. Мой муж был для меня хорошим другом, нам было хорошо вместе все эти три или четыре года. Мне нравилось быть с ним. Он подтолкнул меня к тому, чтобы вернуться в теннис. Он, как и мой отец, верил в меня. Но времена меняются, и в моей жизни просто наступил другой этап. Я склонна смотреть на прошлое с позитивной стороны. Брак помог мне вырасти, ведь только сам факт замужества уже заставляет почувствовать себя взрослой женщиной. Мне это было нужно.

– Вы носите кольцо. Не идёт ли речь о новой помолвке?
– Нет, это просто красивое кольцо. Оно большое и мне оно нравится, но не более того.
Источник: «Чемпионат»
Оцените работу журналиста
Голосов: 0
9 декабря 2016, пятница
8 декабря 2016, четверг
7 декабря 2016, среда
6 декабря 2016, вторник
Кто, на ваш взгляд, стал лучшей теннисисткой 2016 года?
Архив →