Александра Крунич
Фото: Getty Images
Текст: Артём Тайманов

Крунич: Рублёв заслужил wild card на Кубок Кремля

Крунич рассказала о выступлении на US Open, своём стиле игры, внимании к теннису в России и Сербии, результатах сборной и многом другом.
11 октября 2014, суббота. 12:15. Теннис
Александра Крунич неожиданно получила wild card в основную сетку турнира «Банк Москвы Кубок Кремля» — помогла менеджерская компания Octagon. После вечерней тренировки в СК «Олимпийский» в четверг родившаяся и долго жившая в Москве сербка, для которой русский язык такой же родной, как и сербский, дала эксклюзивное интервью корреспонденту «Чемпионата». Александра рассказала о своём выступлении на US Open, где победила Петру Квитову и в трёх сетах уступила Виктории Азаренко, об уважении к Петре как человеку, о своём стиле игры, превалировании физики и мощи в современном теннисе, внимании к этому виду спорта в России и Сербии, результатах сербской сборной в Кубке Федерации и многом другом.

«Квитова мне очень нравится как человек – спокойная, не летающая в облаках. С ней спокойно можно пообщаться. Я это уважаю и не люблю, когда кто-то, войдя в десятку, двадцатку или тридцатку, перестаёт здороваться даже. Не понимаю, зачем люди это делают. Мне кажется, это какие-то комплексы».

«Не понимаю тех, кто, войдя в топ-10, перестаёт здороваться»


— Когда мы разговаривали в прошлый раз, вы отмечали, что не смогли показать свой лучший теннис в матче с Петрой Квитовой на турнире ITF в Праге-2011, потому что отнеслись к ней со слишком большим уважением и нужно чаще играть с такими соперницами, набираться опыта. Но на деле с тех пор и до нынешнего US Open из соперниц такого уровня вы сыграли только с Халеп, в Бухаресте.
— Да, и то только в этом году уже.

— Получается, можно одерживать подобные победы и без большого опыта игры на таком уровне?
— Да. Сейчас, конечно, опыт есть, но это уже другое дело. Теперь у меня за плечами есть победа над игроком топ-10. Наверное, когда в следующий раз встречусь с кем-то из десятки, уже и от себя буду больше ожидать. Но в любом случае понимание того, что ты можешь играть на одном уровне с лучшими теннисистками мира, – это колоссальный опыт. Конечно, это даёт намного больше мотивации к тому, чтобы продолжать работать, тренироваться. Когда нет больших побед, мотивации, естественно, становится всё меньше. Начинаешь думать: «А то ли я делаю, правильно ли тренируюсь?» Постоянно сотня мыслей в голове. А так понимаешь, что если изо дня в день работать над собой, то можно обыгрывать и лучших теннисисток мира.

— Прочитав вашу пресс-конференцию после победы над Квитовой, среди прочего был приятно удивлён тем, как вы оценивали свой успех. Всё-таки чаще низко стоящие в рейтинге игроки, одерживая подобные победы, больше акцентируют внимание на себе, на том, что провели лучший матч в жизни, а вы больше подчёркивали, что это был не лучший день Квитовой, она допускала много ошибок, и сыграй она на своём уровне, результат, скорее всего, был бы другим.
— Я тактически выстроила игру с Квитовой так, чтобы заставлять её ошибаться. Играть с ней на силу я не могу, и если бы я пыталась её перебить, результат точно был бы другим. Думаю, я внесла немного разнообразия в игру, и ей это точно не понравилось. Я очень уважаю Квитову, она большая чемпионка. И она очень нравится мне как человек – спокойная, не летающая в облаках. С ней спокойно можно пообщаться. Я это уважаю и не люблю, когда кто-то, войдя в десятку, двадцатку или тридцатку, перестаёт здороваться даже. Не понимаю, зачем люди это делают. Мне кажется, это какие-то комплексы. Всё это не нужно, на самом деле. А она хороший человек. Так что я отнеслась к ней с уважением, но при этом нормально вела себя на корте, знала, чего от неё ожидать. Старалась не нервничать, когда она выигрывает очко, – всё-таки это Квитова. То есть я нашла тот баланс, который не смогла найти в Праге, – уважаю, но могу играть и хочу победить.

— И вы, получается, очень скромно оценили это своё достижение тогда.
— Я не люблю чего-то такого. Знаю, что это лишь один турнир. Я работаю для этого уже 10 лет, но не собираюсь говорить, что вот я так здорово провела US Open и теперь звезда, могу закончить карьеру. Сейчас я стою совсем рядом с сотней, пытаюсь наиграть рейтинг, чтобы попасть на Australian Open. Всё продолжается. Да, теперь намного больше шансов попасть в основную сетку в Австралии, чем было до US Open, но ничего существенно не поменялось. Не думаю, что надо делать из этой победы бог знает что.

— А что можете рассказать о матче с Азаренко после этого? Вы ведь там спасли первую партию с 0:3 с двумя брейками.
— Да, я очень нервничала в первом сете. От меня ожидали хорошего матча – ведь люди, особенно те, кто не играет в теннис, думают, что раз я обыграла Квитову, то теперь обязательно круто сыграю с Азаренко. Конечно, это неправильно, но я от себя тоже ждала хорошего матча. Однако до 0:3 как-то не пошло, и тогда ничто хорошей игры не предвещало. (Улыбается). А потом я расслабилась. Она сделала двойную на брейк-пойнте, и меня отпустило. Потом я немного недожала, хотя могла. Тяжело, когда на кону выход в четвертьфинал турнира «Большого шлема» и ты играешь с Азаренко, которая побеждала на этих соревнованиях. Думаешь: «Я веду 1-0 по сетам, всё пока складывается в мою пользу, всё нормально. Я держу Азаренко в руках». И очень тяжело с этим играть. Месяцем ранее я смотрела её по телевизору, а сейчас играю с ней, да ещё и веду, и есть возможность выйти в четвертьфинал «Большого шлема». Но пока, видимо, не время было. Не нужно было мне пока что в четвертьфинал. (Смеётся).

«Я чем-то компенсирую отсутствие мощи. Если бы не компенсировала, то просто не играла бы в теннис. Конечно, мощь – это не всё, хотя силовая подготовка важна, чтобы обходиться без травм. А я уже давно так играю».
— Были не готовы морально?
— Видимо, да. Ещё не созрела. Бог его знает, что бы случилось, выйди я в четвертьфинал. Конечно, это поменяло бы всё, и я бы сейчас не думала, пройду в основную сетку Австралии или нет. С другой стороны, наверное, пока всё-таки не время для четвертьфинала.

«У меня нет мощи, но есть чувство мяча»


— Честно говоря, до того не было возможности нормально увидеть вашу игру в одиночке – только в парном разряде доводилось, в том же Кубке Федерации. А по матчам с Квитовой и Азаренко от вашего тенниса осталось очень приятное впечатление. Такой тактически разнообразный, умный стиль игры, который мало кто проповедует в современном женском теннисе, – по крайней мере, на высоком уровне. Вам изначально нравилось играть в таком ключе, или это больше вынужденная мера в связи с тем, что мощный теннис вы объективно не тянете?
— Нет, это ещё с детства. На «Спартаке» мой первый тренер, Эдуард Сафонов, изначально учил меня мужскому теннису, если можно так выразиться, – и с лёта играть, и резаными, и укороченными. Я ведь, понятно, тогда не знала, вырасту или нет. (Смеётся). Мне кажется, всегда какая-то компенсация происходит. Многие девчонки моего роста в защите играют постоянно, например. А я могу рукой многое делать с мячом. Нет мощи, но есть талант к этому. Всегда так. У кого-то быстрые ноги, скажем, или что-то ещё.

— То есть у вас чувство мяча хорошо развито.
— Ну да. Чем-то компенсирую отсутствие мощи. Если бы не компенсировала, то просто не играла бы в теннис. Конечно, мощь – это не всё, хотя силовая подготовка важна, чтобы обходиться без травм. А я уже давно так играю. Думаю, Квитова в том числе потому столько ошибалась, что мало таких теннисисток сейчас. Раньше, скажем, Энен так играла, у неё много разнообразных ударов было, резаных.

— Хингис ещё, допустим. Мыскина, Чакветадзе — в той или иной степени.
— Да, Мыскина очень умно всегда играла.

— Кстати, вот если тогда вас учили мужскому теннису, то сейчас и в мужском практически все как раз с упором на мощь играют, а не на разнообразие.
— Теперь уже да. Но всё равно мужчины с лёта играют резаными, например, а у женщин мало кто резаные удары выполнять любит.

— Да, те, кто ещё ходит к сетке, играют.
— Да, очень мало кто.

— Вообще, теннис немного обезличивается из-за этого, конечно.
— Становится в первую очередь физическим видом спорта, да. Физика, мощь решают всё. Я даже не люблю смотреть матчи из-за этого. Хотя вот Радваньскую люблю смотреть.

— После поражения от Азаренко на US Open вы говорили, что планируете играть Линц и Люксембург, так что ваш приезд сюда стал неожиданностью, честно говоря.
— Да, это был изначальный план. Я и здесь, и в Люксембурге проходила только в квалификацию, но получила wild card. И, конечно, в любом случае я предпочла бы Москву – у меня родители здесь живут, семья. Линц – Люксембург – это просто такая связка, идущая вместе, поэтому и назвала их тогда. А так Москва намного логичнее, разумеется. Надеюсь, я здесь уже закончу сезон. Есть ещё стотысячник в Пуатье, куда я заявлена, но если пройду тут хотя бы круг, то, скорее всего, снимусь с него. Я уже устала, сил нет, всё болит после Америки. Тяжело.

«На самом Кубке Кремля какая-то… холодная атмосфера, что ли. Нет чувства, что люди действительно пришли смотреть теннис, хорошо разбираются в нём, являются тонкими ценителями, болеют. Я не чувствую этой атмосферы, которую очень люблю, когда как бы играю вместе со зрителями, которые переживают за ход матча».

«Погоня за очками – бесконечный процесс»


— Вы именно из-за физического состояния не сыграли после US Open ничего, кроме Ташкента?
— Нет, я ещё играла Линц, но снялась там в решающем сете первого круга квалификации. Мне тяжело было, в том числе из-за перелёта из Америки в Узбекистан. Меня перелёты всегда убивают, с постоянной сменой часовых поясов. Всё это большой стресс. Я ещё там выиграла в паре, так что целую неделю провела на турнире. Потом домой, то есть постоянное дёрганье такое. И уже конец сезона сейчас, тело просто не выдерживает такие нагрузки. Тем более что в Америке я провела семь матчей. Тяжело. Можно гнаться за очками, конечно, но это бесконечный процесс. Когда нужно что-то защищать – играешь, когда не нужно – тоже играешь, потому что проще набрать и добавить очки. Надеюсь, пройду здесь круг и мне этого хватит, чтобы попасть в основную сетку в Австралии. То есть, конечно, тогда я захочу пройти ещё круг. (Смеётся). Но имею в виду, что если здесь всё получится хорошо, то надо думать головой немного (Очевидно, Александра имеет в виду, что нельзя загонять себя. – Прим. ред.). Главное – без травм, потому что если они начнутся, то в Австралии я ничего не покажу.

— Надо ведь и отдохнуть нормально, и предсезонную подготовку провести.
— Да, это очень важно. Отдых, регенерация… Мне играть до 30 лет как минимум, то есть ещё 10 лет почти. Надо себя сохранить как-то. Я вижу девчонок, которые в 25 с травмами, с двумя операциями. Мне такого не нужно.

— Да и после завершения карьеры здоровье явно понадобится.
— Да, становиться инвалидом после тенниса я тоже не хочу. (Улыбается).

— Так значит, вам здесь дали wild card в основную сетку? Просто мужские wild card объявляли, и то с третьей сейчас неизвестно, потому что Кузнецов напрямую прошёл, а с женскими официальной информации не было. Просто это неожиданно в том плане, что обычно у нас только россиянкам их дают.
— Мне дали wild card от менеджерской компании Octagon. Я не их игрок, не подписывала с ними контракт, но они решили дать мне специальное приглашение, за что им большое спасибо. Конечно, я в состоянии выступить в квалификации, несмотря на все сыгранные в этом сезоне турниры, но если я могу избежать этих трёх матчей, то это здорово. А так понятно, что обычно wild card дают русским девочкам. А кому дали их у мужчин?

— Изначально Кузнецову, Донскому и Рублёву – тем, кто сыграл в последнем матче Кубка Дэвиса. Но поскольку Кузнецов после отказов сам попал в основу, теперь неизвестно, кому дадут третью. Хачанову скорее всего.
— Рублёву правильно дали, он заслужил. Мне кажется, надо уже юниоров подтягивать. Такой турнир большой всё-таки. Это хорошо, правильно сделали.

«Веснина и Макарова выиграли US Open, а никто ничего не говорит»


— Обидно при этом, что зрителей в последние годы, как правило, собирается немного, хотя и билеты на первые дни недорого стоят. Пожалуй, тут немаловажную роль играет то, что теннис по телевидению почти не показывают, мало говорят о нём.
— Да, вот Веснина и Макарова выиграли US Open, и никто ничего не говорит, не смотрит. Понятно, что пара не такая популярная, как одиночка, но всё равно — ведь это турнир «Большого шлема». Кто разбирается в теннисе, те понимают, что это значит. В Сербии по-другому. Маленькая страна, все всё знают, смотрят, следят, кто прошёл круг или два. Например, у меня сербы считали, какой я буду после каждого круга.

— Какие в целом ощущения от атмосферы, тренировок здесь? И какие воспоминания остались от выступления в квалификации Кубка Кремля — 2010?
— Тут всё как-то по-другому относительно остальных турниров. Конечно, я люблю Москву, это мой родной город. А вот на самом Кубке Кремля какая-то… холодная атмосфера, что ли. Нет чувства, что люди действительно пришли смотреть теннис, хорошо разбираются в нём, являются тонкими ценителями, болеют. Я не чувствую этой атмосферы, которую очень люблю, когда как бы играю вместе со зрителями, которые переживают за ход матча. Здесь такого ощущения нет. При этом очень хорошие условия, очень вкусно кормят. Помню, ресторан здесь классный. Но с приходящими сюда зрителями я не ощущала какой-то связи, что ли. А организация замечательная. Правда, в отеле я не была, но, думаю, и там всё круто. В России же всё должно быть самым крутым, как обычно.(Смеётся).

«Янкович больше не будет играть за сборную»


— Про сборную ещё пара вопросов напоследок. После победы над Россией в полуфинале Кубка Федерации — 2012 Сербия проиграла уже пять матчей подряд, начиная с финала против Чехии. Конечно, непростые соперницы были, и почти со всеми вы играли в гостях, но всё же...
— У нас сейчас сняли капитана, и в этом месяце решат, кто будет новым капитаном. Так что у нас всё сильно поменялось. Янкович не играла, Иванович то выступала, то не выступала. Конечно, нам нужна их поддержка, но они уже решили не играть, поэтому нам, девчонкам, надо быть послаженнее, держаться вместе. Сейчас нужно выбрать хорошего капитана. В феврале нам играть в Будапеште групповой раунд, из которого очень непросто выйти. Но нужно это сделать. Мы договорились с девчонками, что все будем играть, кто без травм. Посмотрим, как всё получится. По сути, всё заново конечно, но что делать? И нам, одиночным игрокам, надо закаляться. Не рассчитывать постоянно на Ану и Джей-Джей, а самим всё делать. Сейчас главное – выйти из этой зоны в следующем году, а потом полегче будет. Я точно сыграю, если травм не будет.

— А Иванович и Янкович точно решили, что больше не будут выступать за сборную?
— Насчёт Иванович точно не знаю, а Янкович ещё после Чехии сказала, что не будет больше играть. Иванович, думаю, тоже особо не будет рваться. У них свои турниры, а норму в Кубке Федерации для попадания на Олимпиаду в Рио они уже выполнили.

— То есть до следующего цикла уже не вернутся?
— Думаю, нет.

— А почему вас не поставили на одиночные матчи в противостоянии с Канадой в феврале этого года?
— Это нужно спросить у нашего бывшего капитана (Деяна Враньеша, возглавлявшего сборную с 2007 года. – Прим. ред.). Стояла дилемма – я или [Йована] Якшич. До того я никогда не просила о подобном, а тут попросила его поставить меня с Бушар. Но он не захотел, сказал, что бережёт меня на пару. Я говорю: «Ты понимаешь, что пара уже может ничего не значить, мы можем проиграть ещё в одиночках?» Но он так решил. Бушар вынесла и Якшич, и Весну Долонц. Понятно, что Бушар здорово играла, без шансов для нас. Но всё равно, думаю, за столько сыгранных матчей в Кубке Федерации он мог дать мне шанс, однако не дал. Пусть это решение будет на его совести.
Источник: «Чемпионат»
Оцените работу журналиста
Голосов: 5
11 декабря 2016, воскресенье
10 декабря 2016, суббота
9 декабря 2016, пятница
8 декабря 2016, четверг
Кто, на ваш взгляд, стал лучшей теннисисткой 2016 года?
Архив →