Все новости
Александр Чигляков
Американская мечта белорусского тенниса
30-летний белорус Максим Мирный в паре с британцем Джейми Марреем рассчитывает на удачное выступление на Уимблдоне и US Open – турнирах, где он добился наибольшего успеха.
Теннис / ATP

30-летний белорус Максим Мирный некогда был 18-й ракеткой мира, но в последнее время мало выступает в одиночке, зато в паре с британцем Джейми Марреем рассчитывает на удачное выступление на Уимблдоне и US Open – турнирах, где он добился наибольшего успеха.

В активе Мирного есть победы и над нынешним первым номером мирового рейтинга Роджером Федерером, и над бывшими первыми ракетками мира Питом Сампрасом (Мирный выиграл две из трёх встреч у легендарного американца), Густаво Куэртеном и Маратом Сафиным. Сейчас же Макс зачастую выступает в одиночных квалификациях, с удовольствием принимая от организаторов wild card.

Из игроков, вместе с которыми Мирный выигрывал турниры в паре и миксте, можно было бы составить своего рода Зал теннисной славы. Судите сами: Макс побеждал в паре вместе с Роджером Федерером (Майами, 2003 год), Ллейтоном Хьюиттом (US Open, 2000 год) и Йонасом Бьоркманом («Ролан Гаррос», 2005 и 2006). В миксте же вместе с Сереной Уильямс он становился победителем Уимблдона и US Open в 1998 году. А в сентябре 2007 года ещё раз выиграл Открытый чемпионат США в миксте вместе со своей соотечественницей Викторией Азаренко.

С начала сезона-2008 Макс стал выступать вместе с шотландцем Джейми Марреем. Это партнёрство быстро себя оправдало – в феврале на турнире в Делрэй-Бич Макс и Джейми обыграли в финале братьев Брайанов, а затем в марте добрались до полуфинала в Индиан-Уэллсе.

Мирный является рекордсменом сборной Белоруссии в рамках Кубка Дэвиса по целому ряду параметров: общему числу побед, числу побед в паре, количеству участий в матчах сборной. Помимо этого вместе с Владимиров Волчковым он делит первое место по количеству побед в одиночном разряде и продолжительности выступлений. Ну и кроме всего вышеперечисленного, Мирный ещё и является вице-президентом Федерации тенниса Белоруссии.

Максим – человек весьма эрудированный и разносторонний. Знает русский и английский языки, практикуется в испанском и французском, играет на гитаре. Тридцатилетний Мирный свободное от тенниса время, будь то в Минске или Брэдентоне, любит посвящать чтению книг. Он обучается международному праву в Государственном университете Белоруссии и в сентябре планирует получить диплом юриста, чему не должен помешать плотный график турниров.

Однако, всего этого могло бы и не быть, сложись чуть иначе события четырёхлетней давности. Около пяти часов утра чета Мирных спокойно спала в Grand Hotel Parcо del Principi, в котором остановилось множество теннисистов, принимавших участие в турнире в Риме, когда по зданию начал расползаться огонь. Тот пожар унёс жизни трёх человек. Ракетки Марата Сафина сгорели дотла, Сьенг Схалкен спрыгнул с балкона своего номера на 7-м этаже на балкон номера Энди Роддика на 6-м. Мирные спаслись благодаря тому, что Ксения – жена Макса, проснувшись посреди ночи и пойдя в ванную, почувствовала запах дыма, разбудила мужа, после чего пара успела выбежать на улицу буквально в нижнем белье.

Корреспондент журнала TennisWeek побеседовал с Мирным.

– Макс, вы выиграли турнир в Делрэй-Бич и добрались до полуфинала в Индиан-Уэллсе вместе со своим партнёром Джейми Марреем. Какой вклад в игру пары в целом приносит каждый из вас?

– Несомненно, победа в Делрэе и попадание в полуфинал турнира в Индиан-Уэллсе стали важными вехами в становлении нашего совсем ещё юного партнёрства. А осознание того, что за это время нам удалось победить действующих чемпионов Уимблдона – пару Микаэль Ллодра / Арно Клеман и дважды обыграть самих братьев Брайанов добавляет нам уверенности и мотивации для продолжения совместной работы.

Конечно, какое-то время на адаптацию нам было просто необходимо. Так происходит с любым новшеством в жизни, и партнёрство в теннисной паре – не исключение. Мы знаем сильные и слабые стороны друг друга, и сейчас из этого материала уже можно лепить единственно верную победную формулу. Уимблдон, как главный турнир на травяном покрытии, – отличная возможность для этого.

А Джейми – отличный парень, с которым приятно выходить на корт, и чей истинно шотландский характер мне весьма импонирует.

– Помогают ли вам лучше выступать в парном разряде встречи в одиночке и наоборот?

– На самом деле, я никогда особо не разделял игру в парном и одиночном разрядах. Я знаю, каким образом должен действовать, чтобы добиваться наилучшего результата, при этом совсем неважно, играю я в паре или же в одиночке. В любом случае, я стараюсь показать максимум того, на что способен в данный конкретный день. И для меня никогда не составляло труда переключаться с одного режима игры на другой.

– За последние пять лет вы трижды доходили до четвёртого круга Уимблдона в одиночном разряде. Также в одиночке вы играли в финале турнира серии «Мастерс» в Штутгарте-2001. Как бы вы оценили свой нынешний уровень игры в одиночном разряде? Вы планируете принимать участие в большем количестве одиночных турниров? Готовы ли организаторы предоставлять вам wild card и зависит ли это от отношений с директоратом турниров?

– Я по-прежнему нахожусь в форме и не устал от тенниса. Как я уже говорил ранее, для меня не существует глобального разделения тенниса на одиночный и парный. Я ставлю себе цели, и это помогает мне работать над их достижением.

Одна из главных целей этого года – Олимпийские игры. В паре там я рассчитываю добиться высокого результата. Поэтому своё расписание этого сезона я планировал с учётом этого. На тех турнирах, в одиночный разряд которых я не попадаю по рейтингу, я запрашиваю wild card, и мне очень приятно видеть, что директорат обычно идёт навстречу, практически всегда предоставляя мне спецприглашение.

– Какое влияние на вашу теннисную жизнь и на жизненные взгляды в целом оказал тот факт, что вы стали мужем, отцом и главой семьи?

– Знаете, благодаря своему не совсем обычному воспитанию – в 13 лет я уехал из своей семьи в Нью-Йорк – я достаточно рано повзрослел и определился с жизненными перспективами. В 16 лет у меня в голове была чёткая картина того, чего я хочу добиться в жизни, и того, что мне для этого надо будет сделать. Я был и остаюсь весьма решительным, никогда не жалею о том, что совершил ранее. В моей жизни всё устроено сбалансированно и гармонично во всех отношениях.

– Вы тренировались как в Белоруссии, так и в США. Хорошо знаете российских теннисистов, тренеров и специфику подготовки игроков в России. Было бы интересно узнать ваше мнение хотя бы в общих чертах: американским тренерам есть чему поучиться в подготовке игроков у других успешных стран?

– Это очень сложный и глубокий вопрос. Несомненно, существует множество подходов к вопросу подготовки игроков, но у всех, на мой взгляд, есть один общий знаменатель. Если вы соберёте всех лучших игроков в одном месте и создадите им атмосферу здорового соперничества, то рано или поздно такой подход приведёт к тому, что эти игроки будут становиться всё лучше и лучше. Всю свою теннисную жизнь я провёл, тренируясь в Брэдентоне в Академии Боллеттьери, и был свидетелем того, как Ник растил поколение за поколением, используя этот подход. Уверен, Америка не останется без новых чемпионов. Предыдущие поколения американских теннисистов установили планку притязаний на высочайший уровень, и было бы несправедливо не оценить достижения Энди Роддика и Джеймса Блэйка и их преданность американскому теннису.

– Несколько лет назад вы выиграли турнир в паре с Федерером. Тогда его карьера только-только начиналась. Играя вместе с ним или против него, складывалось ли у вас впечатление, что этот теннисист уже в самом ближайшем будущем вырастет в того великого чемпиона, каким он является сейчас?

– Я совру, если скажу, что думал тогда подобным образом. Да, он был хорош, но я не видел в его игре чего-либо экстраординарного. Собственно, одной из главных причин, по которым Роджер перестал играть со мной в паре в 2003 году, стала его физическая неготовность выступать параллельно в паре и в одиночке. В итоге он принял решение сосредоточиться на выступлениях в одиночном разряде, и, пожалуй, это решение можно назвать лучшим в его жизни. Спустя пять лет он уже долгое время находится на вершине, и похоже, пороха в пороховницах у Роджера всё ещё предостаточно.

– Против кого из теннисистов вам больше нравится играть и почему?

– Если я выигрываю встречу, это может означать только одно: в этот раз я был чуточку лучше, чем мой оппонент. Это чувство помогает, когда приходится встречаться с тем же соперником снова. Сложнее бывает, когда ты играешь против того, кого доселе ещё не обыгрывал.

– Болельщики никогда не забудут ваш пятисетовый поединок против Густаво Куэртена на US Open-2001. Тот матч начинался вечером и Джон Макинорой позже рассказывал, что после игры, когда на часах было что-то около часу ночи, вы и Гуга крутили педали велотренажера, дабы избежать судорог. Вы помните тот матч? Какие турниры и какая публика являются вашими любимыми?

– Да, такие матчи, несомненно, стоят особняком, и мне посчастливилось сыграть несколько таких поединков на своём любимом турнире – US Open. Знаете, именно Нью-Йорк стал моей отправной точкой для жизни в США, там я начал изучать английский и уже за первый год пребывания обрёл множество друзей. В общем, Нью-Йорк для меня навсегда останется особенным местом, в которое мне так нравится возвращаться и освежать воспоминания детства.

– Чем объясняется ваше спортивное долгожительство? Дело в желании, хорошей технике, хороших генах, соответствующей практике и тренировках или же в вашем стиле игры? Каким образом таким игрокам, как Фабрис Санторо, Йонас Бьоркман, Доминик Хрбаты или вам удаётся обходиться практически без травм и продолжать успешно выступать столь продолжительное время?

– Всё очень индивидуально, так что я не стану говорить за других игроков. В моём же случае ключевую роль я отдал бы своим родителям. В наследство от них мне достались отличные гены, но значительно более важной была их поддержка в крайне сложный период жизни, во время развала Советского Союза.

Конечно, помимо них серьёзную помощь оказало множество других людей: мой первый школьный учитель, мой первый тренер по теннису, чуть позже Ник Боллеттьери, научивший меня игре и взявший на себя часть родительских обязанностей. Каждый из этих людей по-своему пытался привить мне определённые человеческие качества, научил ценить каждый прожитый день и никогда не останавливаться на достигнутом. Я счастлив оттого, что повстречал всех этих людей на своём жизненном пути, ведь именно они помогли мне стать тем Максом Мирным, которого вы сейчас знаете.

Комментарии (0)
Рассылка лучших статей за неделю

Подпишитесь на рассылку и получайте самые интересные материалы портала одним письмом

Введите корректный e-mail
Загрузка
Произошла ошибка. Пожалуйста, попробуйте еще раз.
Спасибо!

Для завершения подписки остался один шаг. Проверьте свою почту.

Партнерский контент