Джокович - о победе в финале US Open над Федерером
Фото: Reuters
Текст: Дмитрий Шахов

Джокович: после матча закричал Батлеру «Это Спарта!»

После 10-й победы на «Шлеме» Новак Джокович рассказал о своём падении на старте, дружбе с Батлером, ключевых моментах игры и многом другом.
14 сентября 2015, понедельник. 15:15. Теннис
Новак Джокович выиграл свой 10-й турнир «Большого шлема». Вскоре после победы над Роджером Федерером серб рассказал обо всех подробностях прошедшего матча. Новак поведал о том, как оценивает свои успехи, ключевых моментах игры, о приобретённом опыте, работе над игрой у сетки, дружбе с Джерардом Батлером. А также серб разбудил одного из журналистов, который решил подремать на пресс-конференции чемпиона.

— Новак, вы, возможно, часть лучшего поколения в истории тенниса. Вы доминируете в туре. Что вы думаете на этот счёт?
— Ну, я бы не говорил, что я именно доминирую, хотя я очень горжусь тем, чего достиг. Победа на «Большом шлеме» очень особенна для любого теннисиста. Когда ты ищешь вдохновения, именно о победе на таких турнирах ты мечтаешь. Я чувствую, как снова переживаю события 2011 года, это невероятно. Тем более я выиграл у одного из самых принципиальных соперников, лидера по количеству титулов на «Шлемах», того, кто бьётся до последнего очка и заставляет тебя играть на пределе. Все эти моменты являются для меня особыми. Конечно, я обязан моей команде, которая позаботилась о том, чтобы я выступал здорово на протяжении всех этих лет. Этот вечер я определённо запомню надолго.

— Многие говорят о том, что Федерер показывает лучший теннис в своей карьере. Он играл так здорово, заставил вас отойти к фону. И вам удалось ответить прекрасным теннисом и выиграть 10-й турнир «Большого шлема». Что для вас значило пройти через этот матч и добиться этого достижения?
— Это был невероятный сезон. Я счастлив, что у меня получился такой успешный год. Хотя сезон ещё не окончен, но «Больших шлемов» уже не будет. Никто в этом году не сыграл на них так здорово, как я, и мне удалось выиграть три из четырёх. Это больше, чем я мог бы попросить. У меня всегда высокие ожидания, когда я подхожу к «Большому шлему» или любому другому турниру, но это ожидания… А сейчас я в итоге сижу с трофеем и задумываюсь о том, чего я достиг. Это потрясающе. Что касается Роджера, то он показывал классный теннис в течение года. Я думаю, что он поднял уровень своей игры в этом сезоне. Он продолжает улучшать свой теннис. Он придумал совершенно новый удар, который до этого никто не видел. И этот «сабр» хорошо работал против меня в Цинциннати, да и здесь тоже. Но Федерер никуда не уходил, он никогда не снижал свой уровень слишком сильно. Он всегда оставался здесь, заставляя меня показывать лучший теннис, если я желал победы. Поэтому Роджер остаётся тем, кто он есть. Поэтому он выиграл столько титулов на «Шлемах». И я знал это, когда мы выходили на корт. Я не сомневался, что он будет активен. Он пытался сбить меня с ритма и играл очень разнообразно. Использовал вращение, бегал к сетке в розыгрышах, выходил к сетке после подачи. Но я был готов к этому. Я настраивался на сражение, таким матч и вышел. 3 часа 20 минут мы заставляли играть друг друга на пределе, как мы всегда и делаем. Это наивысший вызов, который у меня сейчас может быть, – выиграть два финала у Роджера на Уимблдоне и на US Open. Это невероятно. Я очень горд этим.

Я чувствую себя более состоявшимся игроком, чем в 2011-м. Сильнее физически, более опытным психологически и более стойким. Я пытаюсь использовать этот опыт во всех матчах, особенно в таких важных, как этот.
— Все сравнивают этот сезон с вашим выступлением в 2011-м. Но в этом году вы даже чуть лучше сыграли, ведь у вас было три «Шлема» и ещё один финал. Насколько сложно было повторить подобный сезон?
— Да. Повторить всегда сложнее, чем добиться чего-то в первый раз. Я сейчас совершенно другой игрок по сравнению с 2011-м. Да и как человек я тоже изменился. Как муж и отец я переживаю много новых вещей в моей жизни. Для меня подход к теннису теперь совсем иной. Я чувствую себя более состоявшимся игроком, чем в 2011-м. Сильнее физически, более опытным психологически и более стойким. Я пытаюсь использовать этот опыт во всех матчах, особенно в таких важных, как этот. Когда ты оказываешься в тяжёлых ситуациях, в будущем проще найти из них выход, если ты уже побывал в таком положении.

— В послематчевой речи вы ничего не сказали о публике, которая была явно настроена против вас так, как обычно болеют только в матчах Кубка Дэвиса. Это должно было быть непросто?
— Да, Роджера здорово поддерживали. Немного поддерживали и меня. Я старался сосредоточиться на тех зрителях, что болели за меня. Но я не буду сейчас сидеть и жаловаться на публику. Я думаю, логично ожидать, что такого великого чемпиона будет поддерживать большинство. Где бы я с ним ни играл, у него полно болельщиков. Большинство стадионов оказали бы ему аналогичную поддержку. В процентах мне непросто оценить, сколько было в его пользу. Я на корте больше сосредотачиваюсь на теннисе. Он полностью заслужил эту поддержку. Я стараюсь завоевать уважение и в будущем, возможно, оказаться в таком же положении.

— Что для вас стало ключом к победе?
— Психологическая устойчивость и попытка зацепиться за каждое отдельное очко. Конечно, говорить об этом проще, чем добиться на корте. Как я отметил до этого, я был в курсе его примерного плана на игру – давить на меня и выходить к сетке. Я ждал его выходов к сетке и после второй подачи. Мне потребовалось немного времени, но в этом весь мой стиль. А он любит играть короткие розыгрыши. Вы могли увидеть, как инициатива переходила от одного игрока к другому. Вплоть до конца третьего сета матч был совершенно равным. Мне удалось сделать брейк при счёте 4:4 в третьей партии, и затем я сумел подать на сет, отыграв брейк-пойнт. Это дало мне огромный толчок, и я сумел сыграть здорово после этого. Когда я подавал на матч при 5:2, я подумал, что это уже конец матча, но всё было не так просто. Он ещё раз продемонстрировал, почему он остаётся на таком высоком уровне так долго. Он никогда не отступал и продолжал давить на меня. Мне повезло, что у меня прошло несколько отличных подач, когда они были мне нужны. В целом подача не так часто мне помогала, но в самые важные моменты я выиграл несколько простых очков благодаря ей, а это было очень важно.

В итоге я поскользнулся и ударился, но мне повезло, что я ничего не повредил. Мне понадобилось пару геймов, чтобы прийти в себя после удара от падения. У меня остались ссадины по всему телу, но это просто раны. Я ничего не подвернул и не повредил.
— Как вам удалось держать концентрацию, когда 23 тыс. зрителей поддерживали вашего соперника и не слишком болели за вас?
— Если бы мы говорили об этом пять лет назад, то ответ мог бы быть иным. Сейчас я более опытный игрок. Я уже оказывался в этом положении. Я играл с Роджером больше 40 раз, и нередко это были решающие стадии «Шлемов». Я выходил на корт, представляя, что именно так всё и будет. Я сам ничего по этому поводу сделать не мог. Я старался сосредоточиться на собственном плане на игру и его выполнении в лучшем виде. Конечно, в течение длинного матча всё равно бывают подъёмы и спады. Какие-то моменты всё равно отвлекают. Но важно вернуться на правильный путь. Так что… Извините, вам так нравится мой голос, что я вас усыпил? (Новак обратился к журналисту, который задремал на пресс-конференции. – Прим. «Чемпионата»). Кажется, мы только что его разбудили. Так о чём я говорил? Да, я пытался просто удержать внимание вне зависимости от того, что происходило за пределами корта. Публика старается взаимодействовать с тобой, особенно здесь, в Нью-Йорке. На каждом турнире «Большого шлема» есть свои особенности. Здесь, пожалуй, это ночная сессия – музыка, развлечения, публика. Это всё часть шоу. Это часть того, что мы делаем и из-за чего этот турнир является особенным. Но по ходу матча я знал, что столкнусь с этим.

— Вы выходили к сетке не так часто, как Роджер, зато выиграли там 66% мячей. Как вы оцените свою игру у сетки? Какие у вас ожидания от этого компонента в дальнейшем?
— Для меня это не так естественно, как для Роджера, но я работал над этим аспектом моей игры вместе с Борисом [Беккером]. Конечно, он всегда умел здорово выходить к сетке после подачи, великолепно играть с лёта. Мы стараемся найти возможность для улучшения в моей игре, что-то, над чем мы можем работать. Игра у сетки — то, над чем мы усердно работали и старались улучшить. Я знаю, что мой теннис держится на игре на задней линии. Я «бейзлайнер». Но хорошими ударами с задней линии я создаю себе отличные возможности, которые не завершаю у сетки. Именно это я пытался исправить. Но для меня тяжело было бы выходить вперёд так часто, как это делал Роджер. Он так много играл с полулёта, отвечал быстро, совершенно не давал времени. Я был доволен своей игрой у сетки в финале.

— Можете рассказать о вашем падении на старте матча? Было больно?
— Всё началось с того, что мы ждали три часа. Задержка из-за дождя, разминка, заминка. Надо было ещё понять, выйдем ли мы на корт вообще. Когда в итоге мы появились на арене, корт не был до конца сухим. Скорее всего, просто из-за влажности. В итоге я поскользнулся и ударился, но мне повезло, что я ничего не повредил. Мне понадобилось пару геймов, чтобы прийти в себя после удара от падения. У меня остались ссадины по всему телу, но это просто раны. Я ничего не подвернул и не повредил.

— Роджер сказал, что вы можете выиграть больше «Шлемов», чем он, если обойдётесь без травм и будете голодным до побед. Насколько вы ещё голодны? Вы задумывались о том, чтобы достичь 17 или 18 побед?
— У меня стало двузначное число «Шлемов», я горд быть в числе избранных теннисистов, кто этого достигал. Оказаться среди них уже большая честь. Мне 28 лет. Я всегда заботился о своём теле, разуме и имел целостный подход к жизни. Я всегда думал, что это очень важно для моего тенниса. Я продолжу так же подходить к игре. Именно это помогло мне оказаться там, где я сейчас. Я надеюсь, что сумею продолжать в том же духе и у меня будет ещё много битв за эти трофеи. Поэтому я и соревнуюсь, ведь это приносит мне удовольствие. Пока я буду сохранять такой настрой, я буду возвращаться на турнир и утомлять вас своими ответами на пресс-конференциях.

— Вас сегодня поддерживал актёр Джерард Батлер. Как вы с ним познакомились? Какие у вас отношения? Вы приветствовали его очень тепло сразу после матча.
— Мы дружим уже несколько лет. Он был в городе в последние дни, так что я пригласил его. Было здорово, что он пришёл и поддержал меня. Забавно, что совсем недавно я смотрел 300 спартанцев (у Батлера в этом фильме главная роль. – Прим. «Чемпионата»). Так что когда я увидел его сразу после матча, я закричал: «Это Спарта!» Отличное ощущение. Это один из самых вдохновляющих фильмов, которые я видел. А он очень классный парень.

— Он из Шотландии, разве он не должен быть болельщиком Маррея?
— Он им является, но в этот день я против Маррея не играл.
Источник: «Чемпионат»
Оцените работу журналиста
Голосов: 27
9 декабря 2016, пятница
8 декабря 2016, четверг
7 декабря 2016, среда
6 декабря 2016, вторник
Кто, на ваш взгляд, стал лучшей теннисисткой 2016 года?
Архив →