Елена Янкович
Фото: Reuters
Текст: Дмитрий Шахов

Янкович: когда у меня было подозрение на рак, было очень страшно

Елена Янкович рассказала о сложном сезоне, по ходу которого она травмировалась, поднимая тяжёлые сумки, и прошла через подозрение на рак.
26 октября 2016, среда. 12:45. Теннис
Бывшая первая ракетка мира Елена Янкович провела свой последний турнир в сезоне в Москве. На Кубке Кремля она дошла до второго круга, где уступила Анастасии Павлюченковой. По завершении сезона сербка пообщалась с корреспондентом «Чемпионата».

Елена рассказала о сложностях в сезоне, травме плеча, подозрении на рак, любви к Москве, негативном отношении к возможным изменениям в WTA и поддержке чистого спорта.

— Елена, вы набрали неплохой ход в конце года. Не чувствуете сожаления, что сезон подошёл к концу?
— Мне не повезло в этом сезоне, потому что у меня было два надрыва плеча. Я не играла полтора месяца, пропустила Майами и грунтовый сезон. Когда я вернулась, то ещё не была готова. Мне потребовалось немало времени, чтобы почувствовать себя комфортно и начать выступать на своём уровне. На Олимпиаде в Рио-де-Жанейро во время парного матча у меня случился второй надрыв плеча. После этого я вернулась раньше, чем следовало. Я не была готова играть US Open. Я пропустила американский хард. Сейчас я полноценно провела азиатскую серию, и было очень приятно не иметь никаких проблем со здоровьем в течение целого месяца. Сейчас займусь физической и психологической подготовкой к следующему сезону. Надеюсь, что смогу избежать проблем со здоровьем и буду наслаждаться своей игрой.

— Первый надрыв в этом сезоне у вас случился не на корте…
— Да, мне очень не повезло. Я была хорошо готова в Индиан-Уэллсу и тут получила сумки от FILA. Там было много тяжёлых сумок, но я не хотела никого просить помочь мне, чтобы положить их на тележку. Сама начала их поднимать и в итоге получила травму. Очень глупо вышло. При этом я ещё и вышла на матч с Агнешкой Радваньской через боль. Но я играла, потому что не знала, что именно случилось.
Я получила сумки от FILA. Там было много тяжёлых сумок, но я не хотела никого просить помочь мне, чтобы положить их на тележку. Сама начала их поднимать и получила травму. Очень глупо вышло.
Но когда узнала, поняла, что не стоило усугублять травму и выходить на ту встречу.

— Ещё одна тяжёлая история с вами случилась, когда в какой-то момент были опасения, что у вас рак. Как вы пережили ту ситуацию?
— В итоге это был не рак, но это было очень страшно. Во время обследования врачи нашли у меня кисту в шее. В течение недели, пока ждала результаты, я была очень напугана. Так что в этом сезоне у меня было немало стресса, не связанного с теннисом. И тяжело начинать после паузы. Ведь теряется вся мышечная масса, и тело отвыкает от затяжных поединков. Даже ракетку потом тяжело поднимать. Нужно принять, что это длительный процесс, но мы теннисисты весьма нетерпеливы. Нам сразу хочется играть хорошо. Я не могла понять и принять, что у меня не получалось играть на своём уровне. Я была очень слаба. Вместо мышц у меня остался только жир (смеётся). Но такова ситуация.

— Президент WTA Стив Саймон высказался в поддержку сокращения продолжительности матчей в женском туре. Как вы относитесь к возможным изменениям?
— Теннис – тяжёлый спорт. Если постараться сделать его быстрым, то удача начнёт играть большую роль.
В итоге это был не рак, но это было очень страшно. Во время обследования врачи нашли у меня кисту в шее. В течение недели, пока ждала результаты, я была напугана.
Если сделать тай-брейк вместо третьего сета, то это будет уже совсем иной расклад. Чтобы выиграть третий сет, нужно взять шесть геймов, так что там удачи мало. Надо играть хорошо, надо быть выносливой. А на чемпионском тай-брейке всё может решить пара удачных ударов или кто-то на мгновение потерял концентрацию и проиграл матч. Мне кажется, что текущий формат в полном порядке.

— Вы не были в Москве несколько лет, но до этого даже выигрывали этот турнир. Какие у вас воспоминания об этом городе?
— В 2008-м, когда я выиграла Кубок Кремля, это был особый год для меня, ведь я стала первой ракеткой мира. А в целом мне Москва нравится – очень красивый город. Мне нравится еда. Приятно просто прогуливаться по городу, хоть было немного холодно на прошлой неделе. Так что в целом я была очень рада вернуться в Россию.



— У вас ещё особые отношения с Китаем. У вас там прекрасные результаты. Публика любит вас. Есть у вас какая-то особая связь с этой страной, что помогает добиваться там успеха?
— Это не только Китай. Приятно приезжать в места, где у меня много поклонников. Любовь, уважение и позитивная энергия фанатов всегда чувствуется. Я подпитываюсь этим. Думаю, что в этом и есть причина, по которой я играю хорошо в Китае, Италии, Франции или США, да и в России тоже.

— В прошлом году вы играли с Уотсон на турнире в Китае. И когда у вас был медицинский тайм-аут, по стадиону случайно включили звук тренера Хитер, то есть все могли его услышать…
Могу сказать, что я поддерживаю чистый спорт. Наш спорт должен таким оставаться. Если кто-то нарушает правила, то должен понести наказание.
— Не помню, чтобы я его слышала. Даже не знаю. Вы уверены, что это произошло?

— Да, она ещё сама перепугалась, что все слышат её тренера. Возможно, вы были слишком сосредоточены на своём медицинском тайм-ауте.
— Да, наверное. Если бы я слышала, то это на самом деле было бы неплохо (смеётся). Но в тот момент я не обратила внимания.

— Саманта Стосур очень негативно отнеслась к тому прецеденту, который был создан с сокращением дисквалификации Марии Шараповой. У вас есть мнение по этому поводу?
— Я предпочла бы не делать комментарии на эту тему. Но я могу сказать, что поддерживаю чистый спорт. Наш спорт должен таким оставаться. Если кто-то нарушает правила, то должен понести наказание. Это всё, что я могу сказать по этому поводу.
Источник: «Чемпионат»
Оцените работу журналиста
Голосов: 16
2 декабря 2016, пятница
1 декабря 2016, четверг
30 ноября 2016, среда
Какой поединок, на ваш взгляд, достоин называться Матчем года в мужском теннисном сезоне-2016?
Архив →