Серена Уильямс. Переезд во Флориду
Фото: Tennisweekend
Текст: «Чемпионат»

Серена Уильямс. Переезд во Флориду

Популярный российский журнал Tennisweekend публикует отрывки из автобиографии первой ракетки мира Серены Уильямс, ставшей победительницей итогового турнира в Дохе.
2 ноября 2009, понедельник. 18:30. Теннис
В главе, которая представлена вашему вниманию, речь пойдёт о новом этапе в карьере будущей 11-кратной чемпионки турниров "Большого шлема", связанном с переездом семьи Уильямс во Флориду к знаменитому американскому тренеру Рику Маччи.

Я старалась не обращать внимания на эти разговоры, но, с другой стороны, не могла от них полностью абстрагироваться. Потому что на каком-то этапе они договорились до того, что даже пальмовые деревья во Флориде лучше, чем те, которые росли в нашей родной Калифорнии.
Флорида… Для теннисной семьи это было нечто вроде Земли обетованной. Конечно, в Калифорнии, где мы жили до этого, тоже были прекрасные тренеры и теннисные академии. Да и климат там был мягким, поэтому мы могли играть круглый год. Но постепенно папа стал приходить к мысли о том, что нам надо что-то менять. Вместе с мамой они начали говорить о том, что во Флориде у нас будут более сильные спарринги. Что там школа будет лучше. И что вообще во Флориде всё будет лучше. Чем больше они об этом говорили, тем более вероятным казался нам всем предстоящий переезд во Флориду. Я старалась не обращать внимания на эти разговоры, но, с другой стороны, не могла от них полностью абстрагироваться. Потому что на каком-то этапе они договорились до того, что даже пальмовые деревья во Флориде лучше, чем те пальмы, которые росли в нашей родной Калифорнии.

Родители хотели переехать во Флориду, потому что они были полны решимости создать для нас лучшие условия для тренировок, чтобы мы могли выйти на следующий, более высокий уровень в своём теннисном развитии. Поэтому они согласились встретиться с несколькими тренерами из Флориды, которые специально прилетали к нам в Калифорнию. Они показывали нам фото своих теннисных центров и там, что греха таить, было действительно здорово. Там было так много кортов, так много новых теннисных мячей! Так много детишек, одетых в стильную теннисную форму! Во Флориде нас ждала совершенно другая обстановка, и когда мы смотрели на список игроков, которых подготовили все эти тренеры, среди них было немало именитых профессионалов, поэтому было совершенно очевидно, что эти тренеры хорошо знали своё дело. Причем некоторые из них даже предлагали обеспечить финансирование нашей подготовки, и этот фактор тоже надо было принимать во внимание.

Конечно, все эти тренеры был заинтересованы в Винус. Она была главной приманкой в пакетном предложении под названием "семья Уильямс", потому что на том этапе нашего развития именно она была восходящей звездой. Все эти тренеры хотели получить шанс поработать с ней, с тем, чтобы их собственная репутация также укрепилась благодаря успеху Винус Уильямс. Для всех тогда было очевидно, что она станет великим чемпионом. А во мне в ту пору никто ничего особенного не видел. Пожалуй, кроме папы. Ну, и ещё в меня верила Винус, сама я да моя мама. Но для всех остальных я была всего лишь маленькой девочкой, которая шла по пятам за Винус и оставалась в её тени. Как сказал в ту пору один из репортёров, из младшей сестры редко когда выходит что-либо путное, так что нечего и беспокоиться. При этом все тренеры делали вид, будто они были заинтересованы в нас обеих – и в Винус, и во мне, и даже в старших сёстрах Ише и Лин. Но я-то понимала, что все они только и думали что о Винус. Хотя мне тогда было только 9 лет, я это прекрасно понимала.

Все эти тренеры был заинтересованы в Винус. Она была главной приманкой в пакетном предложении под названием "семья Уильямс", потому что на том этапе нашего развития именно она была восходящей звездой. Все эти тренеры хотели получить шанс поработать с ней, с тем, чтобы их собственная репутация также укрепилась благодаря успеху Винус Уильямс.
Разумеется, с одной стороны, мне было обидно. Но, с другой, я была рада за Винус, рада тому, что все хотели работать с ней – я реально была рада за неё. Но в то же время мне очень не нравилось, что все эти люди списывали меня со счетов, даже не посмотрев, на что я способна. Надо признать, что в том возрасте я играла в не слишком атлетичный теннис – как это делала Винус на том этапе. Я тогда играла гораздо мягче, потому что была ещё очень мала. Но при всём при этом во мне уже тогда было огромное желание играть только на победу. Я уже очень неплохо била по мячу. Я была хорошим игроком! Но тогда это никто особенно не замечал, потому что Винус была намного лучше. Хорошая новость заключалась в том, что плохого о моей игре тоже никто ничего не говорил. Просто меня никто не считал восходящей суперзвездой, как это было в случае с Винус. Все полагали, что по сравнению с ней у меня не было никаких перспектив.

Короче, на каком-то этапе наш переезд во Флориду стал неизбежен. Нам казалось, что это был вполне логичный шаг, который будет способствовать нашему дальнейшему прогрессу. В итоге вся семья переехала во Флориду за исключением нашей старшей сестры Тунде, которая осталась в Лос-Анджелесе. Во Флориде мы всё начали с нуля, у нас всё было новое – и дом, и школа. В конце концов, мы остановили свой выбор на маленьком городке Гренелефе во Флориде – тамошним теннисным центром руководил бывший профи Рик Маччи.

Рик был одним из тех тренеров, кто специально приезжал к нам в Калифорнию в наш лос-анджелесский район Комптон, чтобы поговорить с моим отцом и посмотреть на нас в деле. До этого он много работал с другими юниорами. Он провёл с нами много времени, и папа буквально выпотрошил Рика, задав ему кучу вопросов. Потому что папа решил для себя: уж если он доверит своих девочек новому тренеру, то должен знать об этом человеке всё. Не только всё о его теннисном прошлом и подходе к тренировкам, он просто должен знать его как облупленного – всю его подноготную. Папа хотел знать, что за нутро у этого человека и каким характером он обладал.

Разумеется, папа не был готов к тому, чтобы полностью устраниться и прекратить нас тренировать. Об этом речи не шло. Согласно его плану, он должен был работать параллельно с другими тренерами, пользуясь той теннисной инфраструктурой, которую они предоставляли в его распоряжение, их сильными спаррингами, новой теннисной техникой и тактикой, которыми они собирались нас обучить. Но нашим тренером по-прежнему оставался бы папа. Его руководящая роль никогда не ставилась под сомнение. Он не собирался стать одним из тех родителей, которые отвозят своих детей в теннисную академию каждый день после школы, а затем занимаются своими делами. Нет, папа по-прежнему собирался проводить с нами время на корте с ракеткой в руках, работая над тем, чтобы наш теннис прогрессировал. Именно он должен был руководить нашими тренировками. Теперь, когда я думаю об этом, мне кажется, что все эти тренеры не были в восторге от того, что папа хотел быть их коллегой. Но, как я уже сказала, семейство Уильямс надо было принимать целиком – или не принимать вовсе.

Теперь, когда я думаю об этом, мне кажется, что все эти тренеры не были в восторге от того, что папа хотел быть их коллегой. Но, как я уже сказала, семейство Уильямс надо было принимать целиком – или не принимать вовсе.
Есть одна знаменитая история, связанная с приездом Рика Маччи к нам в Калифорнию, в Комптон. Потом её, правда, приукрасили и она обросла новыми несуществующими подробностями, но в целом история эта достаточно правдива, поэтому стоит её рассказать. Рик Маччи посмотрел пару раз на то, как тренируется Винус. Она произвела на него впечатление, но не так чтобы очень. Ошеломлён он не был. Надо помнить, что Рик работал каждый день с теннисными вундеркиндами, поэтому он сравнивал уровень Винус с ребятами из своей группы. И надо также помнить о том, что Винус на тот момент было только 10 лет, и, наверное, трудно сразу загореться при виде 10-летней спортсменки, какой бы ажиотаж вокруг неё ни создавали.

Но вот во время тренировки настал момент, когда Винус попросила сделать перерыв, потому что ей надо было сходить в туалет. И когда папа разрешил ей покинуть корт, она бросила ракетку на корт и прошла на руках по площадке. А потом она ещё пару раз сделала колесо и handsprings. Для нас в этом не было ничего необычного, потому что мы немного занимались гимнастикой и постоянно делали колесо и handsprings. И вот тогда, посмотрев на акробатику в исполнении Винус, Рик Маччи сказал: "Ну что ж, мистер Уильямс, похоже, в вашем распоряжении появился будущий Майкл Джордан".

А папа – да храни его Господь! – переглянулся со мной и ответил: "Нет, мистер Маччи, у меня растут сразу два будущих Майкла Джордана".

Я чётко помню этот момент. Потому что он вновь доказывает то, что в то время именно Винус находилась в центре внимания. На Рика Маччи произвела впечатление атлетическая подготовка Винус, потому что она действительно была очень атлетична. И потом, согласитесь, мало кто из теннисных игроков способен ходить по корту на руках. Но главное для меня в этой истории – это папин ответ. Он сделал всё, для того чтобы привлечь ко мне внимание. Он по сей день говорит обо мне много хорошего, как это и было всегда. Просто раньше его не всегда слушали, потому что именно Винус, а не я была непобедимой юниоркой и звездой тенниса Южной Калифорнии. Именно о ней тогда писала вся пресса. Именно она была одарена физически. И именно её хотели тренировать в своих академиях все эти знаменитые тренеры. Я помню, что тогда стала думать про себя: а когда же настанет моя очередь? А как же я? И я помнила, как сидела тогда рядом с кортом, ожидая, когда же мне предоставится шанс показать знаменитому тренеру, на что я способна. В тот момент для 9-летней девочки Серены Уильямс не было ничего важнее.
Источник: TennisWeekend
Оцените работу журналиста
Голосов: 0
9 декабря 2016, пятница
8 декабря 2016, четверг
7 декабря 2016, среда
Кто, на ваш взгляд, стал лучшей теннисисткой 2016 года?
Архив →