Маррей: не сразу понял, что отыграл сетбол
Фото: Reuters
Текст: Андрей Иванов

Маррей: не сразу понял, что отыграл сетбол

Вторым финалистом Australian Open — 2011 стал Энди Маррей, в полуфинальном матче переигравший Давида Феррера в четырёх партиях. В поединке за титул британец встретится с Новаком Джоковичем.
28 января 2011, пятница. 20:30. Теннис
Энди Маррей второй раз подряд стал финалистом первого в сезоне турнира "Большого шлема". В прошлом году британский теннисист дошёл до полуфинала Australian Open, не проиграв по ходу турнира ни одной партии. В матче за выход в финал Маррею противостоял хорват Марин Чилич, который смог взять первый сет, но в трёх оставшихся уступил. Подобная история повторилась и в этом году. Энди добрался до своего предпоследнего поединка, не потеряв ни одной партии, в полуфинале отдал испанцу Давиду Ферреру первый сет – 4:6, но затем выиграл три оставшихся – 7:6 (7:2), 6:1, 7:6 (7:2). В прошлом сезоне в решающей встрече Маррей уступил Роджеру Федереру.
Сегодня был очень тяжёлый матч. В принципе, иного я и не ожидал. Мне даже пришлось менять свою тактику во втором и последующих сетах. Поэтому да, я счастлив, что сумел попасть в финал, выдержав такое трудное противостояние. Всё ведь могло пойти по-другому.
На этот раз швейцарца в шаге от финала остановил Новак Джокович, и именно серб станет соперником Энди по финалу Australian Open — 2011. Разумеется, основное внимание журналистов, присутствовавших на послематчевой пресс-конференции Маррея, было обращено на предстоящий финал.

— Энди, вы довольны тем, что добрались до финала?
— Да, очень. Сегодня был очень тяжёлый матч. В принципе, иного я и не ожидал. Мне даже пришлось менять свою тактику во втором и последующих сетах. Поэтому да, я счастлив, что сумел попасть в финал, выдержав такое трудное противостояние. Всё ведь могло пойти по-другому.

— Расскажите о том, как вы изменили свою игру.
— Я начал играть глубже, ближе к задней линии, не торопился рисковать. Стал гораздо чаще использовать резаные удары. В первом сете мы провели достаточное количество розыгрышей, используя только бекхенды, и он не допускал ошибок. Я начал играть по линии, постоянно менял направление ударов. Справа у меня получалось совсем неплохо. Вначале я много раз попадал в сетку. Пришлось учесть и эту ошибку. В общем, изменить пришлось немало, но в основном всё это касалось моих ударов.

— Вы должны быть довольны своей игрой на тай-брейках. И тот, и другой вы выиграли довольно легко.
— Да, я в обоих хорошо подавал. Несколько из моих подач прошли практически чисто. На обоих тай-брейках мне удавалось хорошо начинать, а это всегда имеет огромное значение в 13-х геймах. Тай-брейки у меня получились. Третий сет тоже, он был совершенно не похож на первый. В стартовой партии я играл ужасно. И это притом, что у меня и там был свой шанс, но я не сумел воспользоваться им.

— Вы говорили, что немного изменили натяжку ваших струн. У вас ракетки с двумя разными натяжками?
— Да, я продолжаю использовать ракетки с разными струнами. Вначале я вообще не мог почувствовать мяч. Вечером стало холодать, я понимал, что у меня имеются трудности с обработкой мяча, и взял ракетку, на которой расстояние между струнами было чуть больше. Мне это помогло.

— Вчера Новак сказал, что здорово, когда есть несколько игроков, способных в любое время обыграть Роджера и Рафу. Теперь у нас финал без их участия, и это должно быть вам на руку. Вы согласны, что было бы интереснее увидеть в финале Роджера или Рафу?
— Если кому-то кажется, что интереснее было бы смотреть финал с их участием, то пожалуйста. Меня это совершенно не беспокоит. Для меня самое лучшее то, что в финале – я. Но, в общем, я не знаю. Не знаю, лучше это для игры или нет. Вы знаете, я думаю, что эти двое будут играть ещё шесть-семь лет и успеют выступить во многих финалах. С моей точки зрения, гораздо лучше самому играть в матче за титул, чем опять сидеть дома и смотреть, как это делают Роджер и Рафа.

— Вы с Новаком играли в туре семь раз. Возможно, вы встречались и раньше, в юниорских турнирах. Что скажете о вашем соперничестве?
— В последние несколько лет мы занимали 3-ю и 4-ю строчки в мире, попадали в разные части сетки, поэтому пересекались редко, а последние два года, по-моему, вообще не встречались. Вы наверняка знаете, что мы часто тренируемся вместе. У нас отличные отношения, мы большие друзья. А насчёт соперничества могу сказать, что это нормально, к тому же надеюсь, что предстоящая игра станет началом наших регулярных встреч на серьёзных турнирах и в решающих матчах.

— Вы можете вспомнить, как и когда вы встретились в первый раз? Какие воспоминания сохранились у вас об этой встрече, ведь вы тогда были ещё детьми.
— Мы оба шли совершенно разными маршрутами. В первый раз я играл с ним, когда нам было по 13 лет. Тогда это было довольно непривычно, в таком возрасте не часто играешь с иностранцами, к тому же большой проблемой становится языковой барьер. Затем мы часто встречались друг с другом до 15 лет, после чего он сумел резко прибавить. Мне всё-таки удалось нагнать его, но на это ушло время. Потом мы начали выступать в туре и снова стали вместе тренироваться. Таким образом, в первый раз мы играли приблизительно в 13 лет.
В последние два года мы с Новаком, по-моему, вообще не встречались на корте. Вы наверняка знаете, что мы часто тренируемся вместе. У нас отличные отношения, мы большие друзья. А насчёт соперничества могу сказать, что это нормально, к тому же надеюсь, что предстоящая игра станет началом наших регулярных встреч на серьёзных турнирах и в решающих матчах.
Как видите, мы знакомы достаточно давно.

— Тот первый матч был в Тарбе?
— Да.

— Вы помните, кто победил?
— Я выиграл – 6:0 или, может быть, 6:1. Но уверен, что с тех пор многое изменилось (улыбается). Думаю, что в это воскресение будет немного сложнее.

— Тот факт, что у Новака есть дополнительные сутки на восстановление, будет играть значимую роль?
— Думаю, это действительно ему поможет. Не думайте, что я ищу оправдание, в прошлом году это преимущество было у меня. Просто чем больше времени на отдых у вас есть, тем лучше. Но здесь всё совсем не так, как, например, на US Open. Там бы мне пришлось играть через 13, 14 часов. А тут у меня есть целый завтрашний день. Завтра я не буду тренироваться, а потом у меня будет ещё практически всё воскресение, чтобы хорошо подготовиться. Поэтому надеюсь, что физически буду готов хорошо. Хотя, конечно, уверен, что любой игрок в туре предпочёл бы иметь дополнительный день на отдых.

— После матча вы сказали, что в какой-то момент потеряли счёт.
— Я не сразу понял, что отыграл сетбол. Во втором сете я думал, что счёт 4:3. А потом, по окончании гейма, судья объявил, что счёт стал 5:5, и я понял, что только что у него был сетбол.

— Что вы подумали, когда увидели правильный счёт?
— Я действительно немного удивился. Но в тот момент нужно было как можно быстрее сконцентрироваться, потому что это был один из самых напряжённых моментов в матче. На самом деле такое раньше случалось со мной нечасто.

— Вы смотрели вчерашний матч Новака?
— Да, смотрел. Я пропустил большую часть первого сета, однако его окончание и всю оставшуюся игру видел.

— Вчера Джокович говорил, что местное покрытие является для него оптимальным, поскольку оно не слишком быстрое и даёт ему время на выбор варианта удара. А вы что скажете? Вам нравится здешнее покрытие или бы вы хотели играть на более быстрых кортах?
— Не забывайте, что в Мельбурне покрытие изменчиво. Я имею в виду, меняется не само покрытие, а отскок мяча, который напрямую зависит от температуры. Поскольку стало довольно прохладно, то и хард стал немного медленней.
Для меня самое лучшее то, что в финале – я. С моей точки зрения, гораздо лучше самому играть в матче за титул, чем опять сидеть дома и смотреть, как это делают Роджер и Рафа. Я думаю, что эти двое будут играть ещё шесть-семь лет и успеют выступить во многих финалах.
А что касается меня, то сейчас это самое подходящее покрытие для меня. Я понимаю, почему оно нравится Новаку. Отскок здесь отличается от того, который был на US Open. По сравнению с Мельбурном мячи там отскакивают намного быстрее. В принципе, Мельбурн можно поставить в один ряд с "Ролан Гаррос". Там глина слишком быстрая, здесь хард слишком медленный.

— В воскресение будет жарко. Новак раньше уже испытывал трудности с тепловыми ударами. Как думаете, это может стать преимуществом для вас?
— Я не знаю. Мы будем играть вечером, поэтому не думаю, что температура воздуха будет доставлять особые неприятности. Хотя если для него это станет проблемой, то для меня, соответственно, будет преимуществом. Но я не собираюсь рассчитывать на это перед матчем. Когда начнётся игра, тогда и посмотрим.

— Что вам дал прошлогодний финал? Вы испытали горечь поражения, но, видимо, приобрели бесценный опыт игры в решающем матче?
— Да, это было непросто для меня, но думаю, с тех пор я стал психологически значительно устойчивее. Ведь даже если вы играете на самом высоком уровне, вам всё равно придётся проигрывать некоторые матчи. Я надеюсь, что тот опыт поможет мне в воскресение. Думаю, мне будет противостоять самый лучший игрок из всех, с кем я здесь встречался.
Источник: Australian Open
Оцените работу журналиста
Голосов: 1
11 декабря 2016, воскресенье
10 декабря 2016, суббота
9 декабря 2016, пятница
8 декабря 2016, четверг
Кто, на ваш взгляд, стал лучшей теннисисткой 2016 года?
Архив →