Габашвили: Олимпиада является моей целью и мечтой
Текст: Даниил Сальников
Фото: Fotobank.ru/Getty Images

Габашвили: Олимпиада является моей целью и мечтой

Теймураз Габашвили после поражения в первом круге в Париже рассказал о своей травме, сравнил теннис 90-х годов и современный, а также выразил готовность и желание сыграть на Олимпиаде.
23 мая 2011, понедельник. 10:15. Теннис

Россиянин Теймураз Габашвили не сумел защитить очки за прошлогодний четвёртый круг «Ролан Гаррос» и проиграл уже в первом раунде. После матча с Андреасом Сеппи он пришёл на пресс-конференцию и ответил на вопросы представителей российских СМИ, в том числе и специального корреспондента «Чемпионат.ру». Габашвили рассказал о своей травме, о прогрессе Новака Джоковича, о задаче попасть на Олимпиаду и многом другом.

Я просто не ощущал себя уверенно на корте, не контролировал то, что происходит. Обычно, даже если ты плохо играешь, понимаешь, где можешь прибавить, где можешь затянуть розыгрыш, где можешь поактивнее сыграть, как-то тактику изменить. Но сегодня я не ощущал ход игры. Я мог здорово сыграть – тогда выигрывал очко, но предугадать действия Сеппи мне никак не удавалось. Обычно во втором-третьем сете уже хорошо понимаешь игру соперника, но сегодня это ощущение так и не пришло. Может, сказалось отсутствие игровой практики. Её у меня и правда совсем не было.

— Теймураз, в 2010 году вы одержали здесь победу над Роддиком. В этом году вы уступили уже в первом круге. Что у вас не получилось? Сравните, пожалуйста, турнир-2011 и прошлогодний.
— К тому турниру я подошёл на пике своей формы, я усиленно готовился на протяжении месяца, играл в подготовительных соревнованиях и всё сделал правильно, чтобы быть в форме именно к Парижу. В этом году у меня после Барселоны воспалилась кисть, и я всего четыре дня мог тренироваться перед «Ролан Гаррос». Мне сделали два укола – в Риме и на позапрошлой неделе, я пытался играть, но не всё получалось. Доктор мне сказал, что надо попробовать сыграть, но у меня не получилось. В Мадриде я оказался как раз из-за того, что там мне должны были делать укол, а оттуда меня отправили в Рим, заверив, что уже всё в порядке, кисть не будет болеть. Но она всё равно болела. Только сегодня был первый день, когда я вышел на матч и не чувствовал боли.

— А зачем вы приложили лёд к руке?
— Когда есть воспаление или травма, нужно всё равно долго делать процедуры. Даже если травма незначительна, то без лечения в большом спорте она может перерасти в серьёзную проблему. Я очень доволен работой врачей, тем, что они смогли меня избавить от боли. Жаль, что не удалось её вовремя залечить, тогда я мог бы подойти к Парижу в более хорошем состоянии. Тем не менее есть ещё много крупных соревнований. Даже если я упаду в рейтинге, не будет ничего страшного. Если я буду уверен в своих силах, всё можно наверстать. Впереди и Уимблдон, и US Open, и много других крупных турниров.

— У вас травма, кроме того, грунт – не самое удобное ваше покрытие. Может, стоило пропустить этот турнир? Ведь ясно было, что с травмой хороших результатов не добиться. Зачем было мучить организм?
— Сегодня я провёл первый матч полностью здоровым, кисть не болит. Зачем тогда пропускать турнир «Большого шлема»? Ничего не изменилось бы. Я ведь ещё играю здесь пару. Буду тренироваться завтра, послезавтра, я намерен усиленно готовиться.

— Мне показалось, что в матче с Сеппи вы несколько форсировали события в те моменты, где стоило немного потерпеть, затянуть розыгрыш. Не связано ли это с проблемой с кистью?
— Нет, это не из-за кисти. Я просто не ощущал себя уверенно на корте, не контролировал то, что происходит. Обычно, даже если плохо играешь, понимаешь, где можешь прибавить, где можешь затянуть розыгрыш, где можешь поактивнее сыграть, как-то тактику изменить. Но сегодня я не ощущал ход игры. Я мог здорово сыграть – тогда выигрывал очко, но предугадать действия Сеппи мне никак не удавалось. Обычно во втором-третьем сете уже хорошо понимаешь игру соперника, но сегодня это ощущение так и не пришло. Может, сказалось отсутствие игровой практики. Её у меня и правда совсем не было.

— У вас было четыре дня на тренировки. Не было возможности попросить организаторов дать ещё хотя бы парочку?
— Нет, ну я же не Федеррер. АТР можно было бы попросить на обычном турнире, они знают, что я был травмирован, они пошли бы мне на уступки. Но «Большой шлем» организует ITF, так что тут так нельзя. Но, я думаю, для меня не было бы большой разницы между вторником и воскресеньем. Ну, может быть, Сеппи мог хуже сыграть, но он и сегодня мог плохо сыграть.

Давайте вспомним теннис 15-летней давности. Разнообразия тогда было гораздо больше. Присутствовали игроки, которые ходили к сетке после подачи, были те, кто отсиживалcя на задней линии. Кто-то сочетал и то, и то. Семь лет назад Федерер мог бегать вперёд к сетке, он показывал очень красивый теннис. А сейчас посмотрите почти любой матч — все только и делают, что бегают по задней линии. В принципе, стиль игры одинаков: различие только в том, что кто-то сильнее бьёт, кто-то слабее, кто-то быстрее бегает, кто-то медленнее. Выделю только Ллодра, вот он действительно постоянно ходит вперёд. Но, в принципе, мячи и корты сейчас способствуют универсализации.

— Статистика первого сета показывает, что он сделал 18 виннерсов и ни одной невынужденной ошибки. Как ему так удалось?
— У него такой стиль игры. Он играет от скорости соперника. Сам он может активно и быстро играть, но в принципе он бьёт не сильно, а просто тыкает мяч. Может быть, его можно сравнить с Марреем. Он всегда мало ошибается и хорошо принимает. Подача у него не очень, но, к удивлению, сегодня Сеппи хорошо подавал. Можно сказать, что он здорово сыграл. И он может быть доволен своей игрой. Что я могу сказать, он молодец.

— Теймураз, у Джоковича сумасшедшая серия, он не проиграл ни одного матча в этом сезоне. Как вы в роли эксперта оцениваете его потрясающую форму и то, что он обыграл Надаля в двух финалах?
— Разве в двух? По-моему на четырёх. Ещё ведь два раза на харде.

— Да, но я говорила именно про грунт. Вы удивлены или считаете это закономерным?
— В принципе, меня удивило, что он на грунте обыграл Надаля. Думаю, не только меня удивило. Мадрид ещё можно списать на высокогорье, мяч летит быстро, Новак был очень уверен в себе, но и после Мадрида он спас встречу с Марреем. Я видел концовку, он там еле передвигался, а потом взял и переиграл Надаля. Это всех удивило. О чём это говорит? Человек пять-шесть лет назад сказал, что он хочет быть первым. Тогда все смеялись. А сейчас он к этому близок. Значит, он ощущает в себе силы и энергию, у него всё совпало. Если ты выигрываешь, то всё получается. Везёт сильнейшим. Он молодец. Посмотрим, что у него получится здесь, сетка вроде бы неплохая.

— Мы хорошо знаем Федерера, Надаля, Маррея. У всех есть своя изюминка. А что можно выделить в игре Джоковича?
— Давайте вспомним теннис 15-летней давности. Разнообразия тогда было гораздо больше. Присутствовали игроки, которые ходили к сетке после подачи, были те, кто отсиживался на задней линии. Кто-то сочетал и то, и то. Семь лет назад Федерер мог бегать вперёд к сетке, он показывал очень красивый теннис. А сейчас посмотрите почти любой матч, все только и делают, что бегают по задней линии. В принципе, стиль игры одинаков: различие только в том, что кто-то сильнее бьёт, кто-то слабее, кто-то быстрее бегает, кто-то медленнее. Выделю только Ллодра, вот он действительно постоянно ходит вперёд. Но, в принципе, мячи и корты сейчас способствуют универсализации. Ты можешь играть долгие затяжные розыгрыши или рискнуть и провести атакующий удар, однако всё это делается на задней линии. Федерер первые титулы на Уимблдоне добывал за счёт того, что ходил к сетке, а потом он стал меньше идти вперёд, но всё равно выигрывал. Его спросили, дескать, почему так мало оказываетесь у сетки, а он ответил, что зачем это делать, если можно выигрывать сзади. Джокович на данный момент играет чуть лучше Надаля и Федерера, он быстрее бежит, точнее бьёт, при этом стиль игры не меняется. Именно так Новак и побеждает. Его мог бы «сломать» какой-то нестандартный игрок, который ходил бы вперёд, например Хенман или Сампрас, но таких сейчас нет. Всё идёт через заднюю линию. А в этой игре он сейчас лучше всех на голову, вот и весь секрет.

— Поправьте меня, если я ошибусь: раньше вы специализировались на грунте, потом переехали в Америку и стали больше играть на харде. Это верно?
— Вообще-то нет. До моей травмы в первом же турнире на грунте я дошёл до четвертьфинала. В Хьюстоне я обыграл квалифаера Капдевилля и довольно талантливого игрока Димитрова, а проиграл в трёх сетах будущему победителю. Дальше в Мюнхене я уступил только финалисту Майеру. То есть, когда не было травмы, в целом я неплохо играл. Я ещё летом собираюсь играть на глине. Мне кажется, что лучшие результаты я по-прежнему показываю на грунте. Да, этот сезон не слишком задался, но так бывает у всех.

Если мне скажут, что я буду играть на Олимпиаде, то я начну готовиться. Хоть с завтрашнего дня. Но у меня нет уверенности в этом. Можно сказать, что представлять свою страну на таком турнире является мечтой для любого игрока. Кто-то, правда, относится к Олимпиаде без особых эмоций. Но я буду счастлив, если мне скажут, что я буду играть. Готов хоть по 10 часов в день тренироваться. Однако гарантий нет, есть определённые критерии. После следующего «Ролан Гаррос», то есть ровно через год, нужно быть в топ-50 по рейтингу, тогда практически автоматически попадаешь в Лондон. Это и является моей целью.

— До Олимпиады в Лондоне остаётся чуть больше года. Вы успешно играете в паре. Есть ли у вас какие-то планы по подготовке именно к Лондону и именно к парному разряду?
— Если мне скажут, что я буду играть на Олимпиаде, то начну готовиться. Хоть с завтрашнего дня. Но у меня нет уверенности в этом. Можно сказать, что представлять свою страну на таком турнире является мечтой для любого игрока. Кто-то, правда, относится к Олимпиаде без особых эмоций. Но я буду счастлив, если мне скажут, что я буду играть. Готов хоть по 10 часов в день тренироваться. Однако гарантий нет, есть определённые критерии. После следующего «Ролан Гаррос», то есть ровно через год, нужно быть в топ-50 по рейтингу, тогда практически автоматически попадаешь в Лондон. Это и является моей целью. Если я реализую, то уже не буду зависеть ни от каких решений.

— Но ведь надо наигрывать пару именно с российским игроком.
— Да. Ситуация такая: через год, после окончания «Ролан Гаррос», определится состав на Олимпиаду. И у нас будет два месяца на подготовку к Играм.

— А этого достаточно?
— Если будем играть каждую неделю, то да, конечно. Можно будет выступить на Уимблдоне, потом на грунте, потом на американских турнирах. По идее пару можно и за месяц наиграть. Если подряд тренироваться две недели, то можно всё отладить.

— В Кубке Дэвиса очень часто парный матч многое решает. Есть ли какой-то шанс готовиться к субботней игре каждый раз, перед каждым новым матчем?
— Я не знаю, наверное, это вопрос к капитану. У нас ведь нет пары, которая бы играла постоянно. Раньше Андрей Ольховский всё время играл, был хороший дуэт с Кафельниковым, а сейчас здорово в паре может выступить Южный, но ему тяжело три матча. А что касается других теннисистов… Мы мало играем, хотя и Андреев, и Турсунов могут очень неплохо сыграть. Всё зависит от покрытия, от соперников. Есть много факторов. Мы были в Швеции, но кого можно было наигрывать? Нашими оппонентами были очень сильные игроки, да ещё и матч проходил на быстром покрытии. Если бы были парные игроки, то было бы легче.

Источник: «Чемпионат» Сообщить об ошибке
Включи голову!
Всего голосов: 5
23 июля 2017, воскресенье
22 июля 2017, суббота
21 июля 2017, пятница
Партнерский контент
Как, на ваш взгляд, накажут Даниила Медведева за бросание монет в сторону судейской вышки во время матча на Уимблдоне?
Отстранят от участия в турнирах на некоторый срок
213 (14%)
Оштрафуют на сумму более $10 000 и предупредят
732 (47%)
Оштрафуют на сумму менее $10 000 и предупредят
296 (19%)
Ограничатся замечанием
126 (8%)
Никак не накажут - признают, что судья Мариана Алвеш была не права
178 (12%)
Проголосовало: 1545
Архив →