После победы на ОИ Владимир Алекно не скрывает эмоций
Фото: Getty Images
Текст: Лев Россошик

Алекно: не могу подвести тех, кто мне доверяет

Главный тренер сборной России по волейболу вспоминает свой путь к победе на Олимпиаде-2012 и тех, без кого бы она не состоялась.
3 октября 2012, среда. 12:00. Волейбол
Часть 2. Алекно: прежде всего нужно разобраться в себе

О ЮРИИ САПЕГЕ

— Сейчас уже очевидно, что переход из французского "Тура" в российский клуб, точнее, переезд из Франции в Россию состоялся при непосредственном участии Юрия Сапеги, не так ли?
— Ваша правда: Юрий Сапега действительно сделал всё, чтобы я перебрался в Россию. История была интересная. У меня с "Туром" существовал контракт, по которому я должен был отработать в клубе ещё один сезон. Последние сезоны моя команда всё время была второй в чемпионате Франции, уступая только "Пари Воллею", который как раз и тренировал канадец. В 2001-м команда Хоага выиграла Лигу чемпионов, нарушив многолетнюю итальянскую гегемонию. Но однажды мне удалось-таки победить столичный клуб и завоевать Кубок страны. К этому времени Юрий уже окончательно перебрался из Италии в Россию и настаивал, чтобы и я сделал то же самое: говорил, что в стране всё больше поднимается интерес к волейболу. И даже уговорил Николая Платоновича Патрушева оказать на меня влияние. Я пообещал, что приеду, что постараюсь договориться с французским клубом.

Прихожу к руководству "Тура", в котором я, можно сказать, прожил треть жизни. Говорю о предложении и вполне резонно слышу в ответ, что команду собирали под меня, что у меня действует контракт, который они не собираются прерывать, что такой спонтанный отъезд мои работодатели будут расценивать как предательство. Услышав это слово, понял, что на самом деле не имею права предать игроков и многочисленных горожан, которые полюбили волейбол. Когда по телефону сообщил об этом Сапеге, мой лучший и ближайший друг, с которым мы были не разлей вода с 14 лет, прервал со мной все отношения. Это продолжалось полгода. Сам Сапега возглавил московское "Динамо", а я остался в "Туре" и выиграл с командой — впервые! — чемпионат Франции. Французы считали, что после такого успеха я уж точно никуда не уеду. Тем более что мне присвоили звание почётного гражданина Тура. Но всё произошло иначе: проработав полгода и поняв, как нелёгок тренерский хлеб, Сапега позвонил, мы долго выясняли отношения, и я сделал окончательный выбор в пользу России. В "Туре" меня так и не поняли. Но был прощальный матч, эмоции после которого можно сравнить разве что с послепобедными в Лондоне, — зал стоял, кто-то аплодировал, кто-то плакал. Так я оказался в России. Должен сказать, что все 15 лет на чужбине, невзирая на все привилегии и полученные регалии, я чувствовал себя эмигрантом. И хотя вся семья была против моего возвращения, вплоть до развода, я с лёгким сердцем вернулся домой. О чём, как вы понимаете, нисколько не жалею.

Владимир Алекно

Владимир Алекно


О СБОРНОЙ РОССИИ

— На пути к олимпийскому триумфу пришлось пройти через целую серию проб и ошибок. Какие из них были наиболее болезненными?
— Чемпионат Европы 2007 года. Поражение в финале от Испании оставило тяжелейшую рану на всю жизнь. Досада от проигранного четвёртого сета из-за ситуации с мячом, которые в принципе не тренируются, помешала мне настроить ребят на пятый сет таким образом, чтобы они смогли доказать своё превосходство: наша команда была сильнее, это все понимали.

— Когда пришла уверенность в своих силах? После четырёх побед с казанским клубом в чемпионате России или всё-таки с успехами сборной?
— Разумеется, с победами сборной. Клубные победы важны и почётны, но национальные чемпионаты выигрывали и другие команды. К тому же я не могу до конца сказать, что у меня появилась стопроцентная уверенность. Даже сегодняшний матч (наш разговор проходил сразу же после тяжелейшего пятисетового соперничества "Зенита" и новосибирского "Локомотива" за Суперкубок России 29 сентября) заставил здорово поволноваться, моментами я даже срывался. Наверное, это даже хорошо, что я не сижу спокойно, положив ногу на ногу, уверовав, что всё будет в порядке. Даже, скорее, не победы, а именно работа, какую мы проделали в последние два года, позволила преодолеть психологический барьер, отделявший нас от выигрышей больших турниров. Но ведь до этого была ещё и олимпийская медаль Пекина, после которой меня укатали в асфальт. Но ведь это опять-таки была медаль! А потом уже состоялась и Мировая лига, и Кубок мира, наконец, заветное олимпийское золото. После таких побед ты обрастаешь перьями.

— Кто из игроков, с кем пришлось работать, оказал наибольшее влияние на ваше становление как тренера?
— Конечно, это Серёжа Тетюхин, это Ллой Болл. Сегодня я могу сказать, что счастлив был работать с такими замечательными игроками, которые живут волейболом. Это пусть ещё молодой, но такой же, как и более старшие, Максим Михайлов, преданнейший нашему делу человек. Это Матей Казийски. Я многому учился у этих ребят. Но больше всего у Серёжи Тетюхина — отношению к людям, отношению к работе. Я искренне завидовал ему, потому что ни от кого и никогда не слышал о нём плохого слова. И он вполне заслуживает эпитета великий.

— Абсолютно с этим согласен. И нисколько не стесняюсь использовать в своих материалах именно это определение, говоря о Тетюхине. Он действительно уникальный спортсмен и Личность. Именно так, с большой буквы. И в этой связи такой вопрос. Несмотря на то что волейбол игра командная и тренеру неловко кого-то выделять после такой блестящей победы, можно ли кого-то отметить особо?
— Не стал бы этого делать. Вы видели по первому каналу фильм, сделанный быстро после Лондона. "Больше, чем золото", так, кажется, он назывался. Там показали почти всех ребят. Но не было Николая Апаликова, что не совсем правильно: уж если давать слово, то всем — это же команда. Да, Дима Мусэрский и Серёжа Тетюхин в решающие моменты финала изменили его картину. Но до финала ещё надо было дойти. А те же Саша Бутько с его больным коленом или Сергей Гранкин, которого по ходу убирали, воспитывали, мы сегодня про них почти не говорим. Это неправильно. То, что сделал Тетюхин при счёте 19:22 в третьей партии, вовсе не чудо, как кое-кто считает и пишет. Для Серёжи это никакое не чудо. Вот если бы мы смогли сравнять счёт на подаче "флотом" Гранкина, это было бы чудом. А Тетюхин делал такие вещи не раз: сколько он матчей спас, сколько выигрывал в подобной и в ещё более сложных ситуациях. А что Мусэрский так сыграл, так это во многом благодаря его уникальным физическим данным, к которым добавился кураж и злость. Бразильцы просто растерялись. Так что говорить надо обо всех, кто выходил на площадку в форме сборной России.

Владимир Алекно

Владимир Алекно


— А теперь расскажите о тех, кто не выходил на площадку, но без кого эта победа не могла состояться, о тех, кто вам помогал.
— Вот об этих людях я могу говорить даже больше, чем об игроках. Потому что главный тренер — он на виду, как и игроки. А вот остальные… Вспомните уже упомянутый мною выше фильм. Из нас сделали героев лазарета. Но ведь так оно и было. Это правда. И какую работу пришлось проделать Сергею Алексееву, тренеру по ОФП. Он занимался с каждым индивидуально, был для кого-то кнутом, а для кого-то пряником. Или взять нашего доктора Ярослава Смакотнина. Одному откачивает жидкость из колена, другому обрабатывает выбитый палец, с третьим отправляется на допинг-контроль. Ни минуты покоя. А сколько нервов это стоило: сможет играть Бутько, разрешат ли ехать в Лондон Саше Волкову? Если бы не уникальные знания и умение врача команды, наша победа не состоялась бы.

Или два наших массажиста Паша Гревцов и Рамис Шириязданов. Ведь никто не знает, что помимо своих основных обязанностей — массажа, который они делают ежедневно с 8 вечера до 2 ночи, — они отвечают за упаковку всего нашего медицинского оборудования и медикаментов (мы возим с собой до 400 килограммов аппаратуры и лекарств). Ребята просто-таки жили в их номерах.

А возьмите нашего генерального менеджера Романа Станиславова. Его роль, особенно в предолимпийский период, настолько велика, что никто даже представить не мог. Через пару недель после Кубка мира Рома уже был в Лондоне и нашёл нам тренировочный зал, который здорово помог во время олимпийского турнира. Он является мостом между сборной и руководством федерации. А сколько возникает неожиданных организационных вопросов с игроками — у одного заканчивается виза, у другого истекает срок паспорта, у третьего еще что-нибудь. И так ежедневно, если не ежечасно. Для Романа ничего не стоит после завтрака в Новогорске слетать в Анапу, посмотреть готовность базы к нашему приезду, а к ужину уже снова быть с командой.

Мой помощник Серджо Бузато, которого ещё 12 лет назад привёз в Россию Юра Сапега, — один из тех итальянцев, который вжился в русскую действительность. Это профессионал в своём деле, для него ни в чём не бывает мелочей. И под стать ему наши аналитики Юрий Булычев и Андрей Рязанцев. Совсем не важно, по команде Ирана мне нужны данные или, скажем, по матчу Италия — США. Всю необходимую информацию получал в полном объёме и вовремя.

Никаких претензий не было и нашему менеджеру Игорю Артамонову. Это была настоящая команда единомышленников. И было очень обидно, когда наш "золотой" рейс прилетел из Лондона и всё внимание было ко мне и ребятам, а те, без кого эта победа не могла состояться, стояли в стороне с гружёными скарбом тележками, и никто на них внимания не обращал. Я даже заметил слёзы на щеках Паши Гревцова…

О СЕМЬЕ

— Ближе к вечеру 12 августа, в день олимпийской победы, встретил вас в окружении двух очень похожих друг на друга красивых женщин.
— Это две мои Екатерины — старшая и младшая, жена и дочь. Женился я очень рано — мне было тогда без двух месяцев 19 лет. Познакомились же мы в 14 лет. Катя тоже занималась волейболом, играла связующей, правда, в Минске. Была настоящая любовь. Не помешало даже, что Катя уже поступила в институт, а я доучивался в интернате, хотя мы одногодки. И через два года, в 1987-м, у нас родилась дочь. Назвал её тоже Екатериной. Пока я играл в ЦСКА, мои девочки жили в общежитии в Минске, а когда я вернулся из Москвы в столицу Белоруссии, мне дали квартиру. В четыре года мы увезли Катю-младшую в Италию, и в Россию она уже больше не возвращалась. Я горжусь ей — Катя самостоятельная девочка, очень энергичный человечек, объездила весь мир. Закончила факультет журналистики университета иностранных языков во Франции и сейчас живёт и работает в Париже на фирме Louis Vuitton. Причём постоянно движется по карьерной лестнице.

— А сын родился во Франции? Именно поэтому вы назвали его французским именем Лоран?
— Сын родился во Франции в 1996 году. Не думал тогда, что когда-нибудь вернусь домой. Потому, наверное, и решили дать парню французское имя. Сегодня он уже большой мальчик. Живёт одним волейболом — ничего другого не признаёт, даже учиться не хочет. Четыре года мы жили порознь — жена с детьми во Франции, я — в Москве. Но потом перебрались ко мне. Лоран ходил в школу при французском посольстве. Потом я уехал в Казань, а семья оставалась в Москве. Но случилось так, что однажды, в день моего рождения, кстати, его очень сильно избили в Москве, когда он возвращался из школы. Мальчик даже сознание потерял. А я был в этот день в Сургуте. Это и определило многое: я забрал семью сюда, в Казань. И он пошёл в русскую школу. А что оставалось делать?

Владимир Алекно

Владимир Алекно


О БУДУЩЕМ

— Давно и достаточно хорошо зная вас, могу предположить, что, уже добившись немалого на тренерском поприще — победы в национальных первенствах и Кубках, в Лиге чемпионов, в Мировой лиге, на Кубке мира, наконец, выиграв главное соревнование — Олимпийские игры, вы вряд ли успокоитесь, пока не придут победы на чемпионате Европы, чемпионате мира, чемпионате мира среди клубных команд. Вы же человек амбициозный.
— Всё так. Но для того, чтобы продолжать работать с тем же рвением — даже не про результаты сейчас говорю, а про отдачу, — нужно иметь большой запас прочности. Здоровье имею в виду, колоссальные нервные затраты. Ведь за один подобный нашему лондонскому финальный матч можно заработать предынфарктное состояние. Я отношусь к тем представителям нашего тренерского цеха, которые ответственно подходят к каждому турниру, к каждому отдельному матчу. Уходить из "Зенита" однозначно не собираюсь. А продолжать работать со сборной, памятуя постоянно, что опускаться ниже высоко поднятой планки ты не имеешь права, пока не в состоянии. Не имею права подвести всех тех, кто мне доверяет, прежде всего руководство федерации и многочисленных болельщиков, которых после нашего олимпийского успеха заметно прибавилось. Ведь всё придётся начинать с нуля, создавать новую команду. Без Тетюхина и целого ряда других игроков. Так что сейчас, повторяю, мне нужно разобраться в себе самом. В себе сейчас сомневаюсь больше, чем в ком-либо другом.
Источник: «Чемпионат»
Оцените работу журналиста
Голосов: 17
4 декабря 2016, воскресенье
3 декабря 2016, суббота
2 декабря 2016, пятница
1 декабря 2016, четверг
Какая команда победит в «Финале шести» Кубка России?
Архив →