Лев Россошик
Фото: volley.ru
Текст: Лев Россошик

Благодарите бога за грязную посуду

Обозреватель «Чемпионата» в рубрике «В мемориз» продолжает серию материалов о выдающихся людях спорта. Наш следующий герой – Юрий Сапега.
14 апреля 2015, вторник. 14:47. Волейбол
История Татьяны Авериной
История Гария Напалкова


Он был классным игроком, хотя и выиграл в составе сборной страны одно золото чемпионата Европы, последнее советское мужское волейбольное золото. Но зато семь раз становился чемпионом СССР, пять раз — обладателем Кубка европейских чемпионов.

Он показал себя умелым тренером, единственным из россиян, кому доверили итальянский клуб Серии А-1, который, возглавив в безнадёжной ситуации, спас от вылета в низший дивизион. Успел поработать и в сборной страны, и в «Белогорье», и в столичном «Динамо», которое, собственно, возродил из небытия и сделал вторым клубом России.

Он стал первым серьёзным менеджером во Всероссийской федерации волейбола, перестроил работу этого спортивного объединения, нашёл место для волейбольного центра под Анапой, названного его именем, и настоял, чтобы Владимир Алекно, выигравший со сборной олимпийское золото Лондона, в середине нулевых беззаботно трудившийся во французском «Туре», вернулся в Москву. И тот факт, что российские клубы побеждают в Европе и в мире, а со сборными всех возрастов ещё как считаются, безусловная заслуга его, Юрия Николаевича Сапеги, хотя его нет с нами уже 10 лет.

Понимаю, что это просто совпадение, но основные даты в жизни этого незаурядного человека почему-то кратны пяти. Родился он в белорусском Гродно в 1965-м, чемпионом мира среди молодёжи стал в 1985-м, в этом же году попал во взрослую сборную, где оказался самым молодым, при этом заменил там своего старшего брата Александра, опять-таки умелого игрока, жизнь которого оборвалась также трагически. Через неделю после того, как ему исполнилось 30, в январе 1995-го, возглавил клуб из итальянской Падуи, за который до этого играл. В 2000-м, как тренер сборной России, приехал из Сиднея с олимпийским серебром. Накануне 2005-го стал генеральным директором федерации и приступил к глобальной перестройке всего российского волейбольного хозяйства. Но нагрузки оказались настолько серьёзными, что в какой-то момент сердце не выдержало, и в 40 с небольшим Юрия Николаевича Сапеги не стало.

Прощальная гастроль «артиста»


За несколько дней до старта чемпионата Европы 1991 года в Германии советская сборная проводила контрольные матчи во французском городке Монпелье. По заведённому в те годы правилу, ни одна национальная команда не имела права выезжать за рубеж без переводчика. Эта роль отводилась мне уже по традиции. Тем более речь шла о Франции, на языке которой изъясняюсь без проблем. А тут вдруг в один из дней, причём поздним вечером, скорее даже ночью, в номер вдруг явился Юра Сапега с необычной просьбой: перевести с английского на русский текст его контракта с итальянским клубом. Причём это была даже не просьба, а мольба — больше помощи ждать было не от кого. Если не ошибаюсь, дело было срочнее некуда — то ли 1 сентября трансферное окно закрывалось, то ли была ещё какая-то причина, сейчас уж и не припомню. Английским — слава богу! — тоже владею, но не в такой степени, как французским. А игроку важно было знать, не подготовили ли хитрые итальянцы какой-нибудь подвох. У меня же ни нужного словаря под рукой, ни знаний специфики и терминов при подписании подобных документов.

Короче, просидели мы с Сапегой чуть ли не до рассвета, но ясность определённая важнейшего договора у игрока в итоге сложилась. И после завершения чемпионата континента он, не заезжая домой, отправился на Апеннины. Причём чемпионом Европы.

Почему же контракт был подписан в последний момент? Почему нельзя было решить столь важный вопрос раньше? Тут всё очень просто: Сапега был наказан за нарушение режима на сборе в Ялте. Причём «служить в своеобразном штрафбате» ему доводилось не впервой — был ещё случай перед Олимпийскими играми в Сеуле, но «санкции» были сняты перед самым отъездом в Южную Корею. И на сей раз Сапегу включили в сборную в последний момент, а от того, в составе ты или нет, зависела, безусловно, сумма в документе.

Полная «реабилитация» наступила после финального матча континентального первенства, который сборная начала без Сапеги и его закадычного друга и капитана той команды Андрея Кузнецова (воспитательный момент!), но ситуация на площадке вынудила Вячеслава Платонова вначале выпустить Кузнецова, а потом и Сапегу. И вначале вытащив в защите невероятный мяч, а следом исполнив эйс, именно Сапега сравнял счёт в первой партии, а потом советская команда выиграла этот сет у чемпионов мира и победителей Мировой лиги, следом ещё два и спустя четыре года поднялась на верхнюю ступеньку континентального пьедестала. Следующей такой же победы пришлось ждать… 22 года.

По приезду в отель главный тренер собрал игроков и объявил, что за победу каждый член сборной будет премирован 500 долларами (суммой по тем временам очень приличной). В том числе и «штрафник» Сапега, которого Платонов при всех реабилитировал.

Не виделись с Юрой месяцев восемь, которые он провел в клубе на Апеннинах. Потом полетели вместе в Китай на матчи Мировой лиги. И он вновь постучался в мой номер и буквально всучил 150 долларов: «Ты же мне очень помог год назад». Не в деньгах было дело — во внимании, которое отличало Сапегу от сотен других спортсменов, с которыми общался — и достаточно близко — за полвека в журналистике.

На Олимпийские игры в Барселону Сапега не попал — Платонов на сей раз решил в последний момент окончательно «казнить» игрока за какое-то незначительное нарушение, кажется, опоздание к объявленному часу отбоя на сборах в Новогорске. А ведь игрок был там нужнее некуда — в итоге 7-е место и самое слабое выступление отечественной команды за всю историю участия в Олимпиадах.

«Выездной» тренер на Апеннинах


Сапега тяжело переживал трагическую гибель в автокатастрофе в Италии лучшего друга — капитана сборной Кузнецова, произошедшую перед самым новым годом — 1995-м. Собственно все формальности с перевозкой тела погибшего в Москву, организацию всех ритуальных мероприятий в столичном ЦСКА и на Митинском кладбище взял на себя Юра. Занят, понятно, был по горло. И тем не менее уделил несколько минут, чтобы ответить на мои вопросы. Собственно, меня интересовало, как чувствует себя в новой роли вчерашний игрок, а ныне помощник главного тренера клуба высшей итальянской лиги.

— Да всё вроде бы ничего. Только очков у команды негусто — за полчемпионата всего один матч выиграли.

— Так, может, ты слишком рано закончил играть?
— Не думаю. Скорее дело в главном тренере. Кармело Питтера — замечательный специалист, долгое время тренировавший национальную сборную. Однако сегодняшний волейбол требует совершенно иного подхода к тренировкам и игре, а его взгляды устарели. Он продолжает мыслить теми же категориями, как и почти 20 лет назад, когда выиграл со своей «скуадра» серебро на чемпионате мира 1978 года.

Уезжал из Италии Сапега ассистентом главного, а вернулся через несколько дней руководителем тренерского штаба: совет директоров «Иньиса» из Падуи поставил его во главе команды. И первый же матч с новым главным клуб выиграл. А потом ещё три игры из четырёх — и покинул опасную зону.

— Как такое могло произойти? — поинтересовался уже по телефону, позвонив Сапеге в Италию. — Прибегнул к хирургическому вмешательству?
— За такой короткий срок подобное не сработало бы, — услышал по другую сторону провода. — Просто постарался внушить ребятам, что в современный волейбол надо играть быстро. Пусть даже в ущерб комбинационным действиям. Больше всего работаю с пасующим. Марко Меони (он позже долгие годы выступал за национальную сборную Италии. — Прим. ред.) оказался очень восприимчивым парнем, и наши победы одержаны в основном благодаря его чёткой игре.

Поговорили о ситуации в итальянском чемпионате вообще, который в середине 90-х был абсолютным лидером мирового волейбола. Не могли не коснуться темы российских легионеров.

— Я вообще не мыслю местный волейбол без легионеров, и прежде всего без игроков из бывшего Советского Союза. Ведь у нас в стране всегда проповедовали самый зрелищный волейбол, да и на таланты российская земля всегда была богата.

— Недавно вице-президент ФИВБ Юрий Чесноков предложил сделать тебя своеобразным «выездным» тренером российской сборной в Италии, чтобы ты наблюдал и контролировал действия кандидатов в российскую сборную.
— Хотя со мной Чесноков никакого разговора на эту тему не заводил, я и без того всегда внимательно следил и слежу, как кто из наших ребят здесь играет. Сразу скажу: они все очень заметны. Прежде всего Дима Фомин в «Равенне». Очень стабилен Руслан Олихвер в Модене. Паша Шишкин — подлинный лидер в своей «Болонье». Но эти ребята играют в Италии уже не первый год, смогли адаптироваться к новой обстановке. Новичку же в этих местах, Илье Савельеву, например, приходится тяжко. Но какую неоценимую пользу получит и Илья, и все те, кто приедет на Апеннины следом. С уверенностью могу сказать, что сборная России получит новых высококлассных волейболистов, какими они вряд ли могли бы стать, продолжая выступать за российские клубы.

Разумеется, разговор этот в расширенном варианте тогда же был опубликован в моём издание. А заканчивался он сравнением Сапеги со знаменитым аргентинцем Хулио Веласко, который после работы с итальянским клубом возглавил итальянскую сборную и дважды приводил её к золоту чемпионатов мира.

Он и в самом деле в канун Олимпийских игр в Сиднее вошёл в тренерский штаб российской сборной. Прекрасно зная волейбольные реалии Италии — в те годы законодательницы моды в этом виде спорта, — он оказал неоценимую помощь в совершенствовании системы подготовки главной российской команды, да к тому же привлёк к работе итальянского специалиста Серджо Бузато, без которого не было бы ни серебра Сиднея-2000, ни золота Лондона-2012, ни победы на чемпионате Европы-2013.

На рубеже веков на Апеннинах оказалось более половины игроков российской сборной, и Сапега стал своеобразным менеджером. Круг своих обязанностей в Италии определил сам: просмотры матчей национального чемпионата с участием кандидатов в сборную и их потенциальных соперников, общение с тренерами клубов, решение всех чисто спортивных вопросов.

Мобильный телефон Сапеги не умолкал. Его находили в любое время дня и ночи, его «напрягали» по всем вопросам вне зависимости, имели ли они прямое отношение к волейболу или нет. Сам стал свидетелем нескольких подобных разговоров. Жена Ромы Яковлева въехала в чужую машину — звонок Сапеге: «Что делать?» Маму Савельева надо перевести из одной московской больницы в другую — без Юрия Николаевича не обойтись. Удивлялся спокойствию и тактичности его жены Лады и 9-летнего сына Саши, которые иногда месяцами не видели мужа и отца.

В доме Сапеги в Падуе обнаружил настоящую лабораторию — на компьютере разложены по частям и записаны на кассеты элементы игры ведущих команд мира и отдельных игроков, собрана и систематизирована информация о наиболее частых ошибках и действиях всех волейболистов сборной России.

В канун Игр в Сиднее он организовал нам с известным фотомастером Сергеем Кивриным недельную поездку по итальянским волейбольным городам на севере Апеннин, за которые выступал российский легион. Тогда же пришёл к выводу: если бы само собой не получилось так, что Сапега стал своего рода представителем нашей федерации в Италии, эту должность нужно было ввести официально.

Незавершённые проекты


Он был преисполнен идей. После рождения второго сына окончательно перебрался в Москву, купил квартиру на Комсомольском проспекте, поближе к Лужникам, куда переехал из своей маленькой на Хорошёвке, которую получил ещё выступая за ЦСКА. Когда возглавил московское «Динамо», руководство поставило задачу создать настоящий суперклуб по типу белгородского.

«Что я понимаю под понятием суперклуб? — размышлял вслух Юрий Николаевич. — Это пять составляющих. Первая — широкий выбор первоклассных игроков. Вторая — максимальные цели. Третья — высочайший уровень организации клубного хозяйства. Четвёртая — сильные специалисты, занимающиеся тренировочным процессом и техническим обеспечением. И пятая — наличие боеспособного резерва. Для реализации первых четырех пунктов много времени не требуется: достаточно сиюминутных финансовых вложений. А вот над пятой позицией надо работать не один год — из бумажных купюр школу не построишь. Между тем именно эта составляющая для суперклуба наиболее важна. Работает в „Динамо“ Сапега или нет, играет в команде великий Грбич или не играет, — это не должно существенно влиять на судьбу клуба. А вот прочный тыл, мощная база — необходимы».

И как бы порадовался сегодня Сапега, убедившись, что его идеи о создании не одного, а сразу нескольких сильных клубов претворяются в жизнь: в России сегодня сразу четыре команды отвечают требованиям «а ля Сапега» — в Казани, Белгороде, Москве и Новосибирске.

А вот другой его проект — образование профессиональной лиги по типу итальянской — так и осталась на бумаге. Впрочем, тут нет ничего удивительного. Он горел этой идеей в надежде создать объединение самостоятельное, к коему ВФВ имела бы разве что косвенное отношение. Отказался же от задуманного, став вначале генеральным менеджером, а чуть позже и генеральным директором Всероссийской федерации волейбола. И всё равно его первые шаги к созданию условий, при которых волейбол в России стал бы коммерчески привлекательным видом спорта, заметны и сегодня. Просто при Сапеге путь к волейбольным вершинам, наверное, был бы пройден чуть быстрее.

* * *

Один из моих коллег, когда-то много писавший о больших спортсменах, жизнь которых оборвалась на взлёте, назвал Сапегу баловнем судьбы. Наверное, больше от незнания своего героя досконально, с которым встречался раз, может, два в жизни. Я же, можно сказать, прожил бок о бок с Сапегой два десятка лет, бывал в самых разных ситуациях и хорошо знал все его сильные черты и слабости. Да, обладал уникальной интуицией, что очень помогало ему и на площадке, и вне её. Да, рисковал даже тогда, когда риск этот не был оправдан. Да, быстро, буквально на лету схватывал всё, что могло ему в жизни пригодиться, учился, когда это было необходимо, умело выстраивал коммуникации, что дано далеко не каждому. Потому и сходился с людьми очень быстро, и убеждать собеседников умел, и окружил себя такими же амбициозными завершившими спортивную коллегу преданными волейболу молодыми людьми, которые ныне продолжают начатое им дело.

Нет, конечно, не прав, коллега. Никакой Юрий Николаевич Сапега не баловень судьбы, не человек, родившийся счастливым и «пользовавшийся чрезвычайным успехом», как написано в официальных словарях. Он сам себя сотворил, преодолев на своём коротком пути массу препятствий. Как там у популярного писателя Пауло Коэльо: «Если у вас накопилась гора грязной посуды, которую вы должны вымыть, благодарите бога, что у вас есть чем вымазать эту посуду!»
Источник: «Чемпионат»
Оцените работу журналиста
Голосов: 33
5 декабря 2016, понедельник
4 декабря 2016, воскресенье
3 декабря 2016, суббота
2 декабря 2016, пятница
Какая команда победит в «Финале шести» Кубка России?
Архив →