История и биография волейбольного тренера Геннадия Шипулина
Текст: Лев Россошик

Геннадий Шипулин. Холерик, похожий на медвежонка

Как Белгород из волейбольного захолустья стал центром Европы – история знаменитого тренера в избранных главах из книги Льва Россошика.
15 октября 2016, суббота. 13:45. Волейбол
В издательстве «Спорт» выходит книга обозревателя «Чемпионата» Льва Россошика «Праздник, который всегда со мной». Это своеобразный рассказ о последних 30 годах журналистской жизни, напрямую связанных с мировым волейболом, и уникальных представителях этой самой популярной в мире игры (не верите – посмотрите статистику: на сегодняшний день Международная федерация волейбола объединяет 222 страны).

Нам показалось, что публикация отдельных отрывков из выходящей книги будет логичным продолжением персональной рубрики Льва Россошика «В мемориз!», которая за два года успела стать одним из фирменных знаков нашего портала. В сегодняшнем выпуске – выдержки из главы, посвященной Геннадию Шипулину, человеку, без которого уже пару десятков лет невозможно представить российский волейбол.

Личный самолёт – за чемпионами!


Не знаю уж почему, но Белгород ассоциируется у меня во многом с Шипулиным. А Шипулин – с Белгородом. Полагаю, что неслучайно. Ведь дата образования областного центра, ставшего субъектом Российской Федерации,
Губернатор замыслил превратить свой город в главный волейбольный центр Старого Света. И поддержал инициативу Шипулина о строительстве нового десятитысячного спортивного дворца прежде всего для волейбола.
совпадает с годом рождения Геннадия Яковлевича.

«Этот город дал мне всё, и я стараюсь ответить тем же, – откровенничал Шипулин. – Вы наверняка заметили, как наш край преображается из года в год, развивается, хорошеет. Огромная заслуга в этом губернатора Евгения Степановича Савченко. Умница, прагматик, знаток своего дела, человек новой формации, хотя и прошёл в своё время все ступени партийной лестницы. Профессиональный менеджер, вникает во всё «от» и «до». Быстро ориентируется в обстановке и, если надо, принимает нестандартные решения без оглядки на федеральные власти. Последовательный в своих поступках, человек слова. А ещё очень любит спорт, и сам играет в волейбол».

Впервые мне довелось пообщаться с губернатором Савченко в 1995 году, когда белгородские волейболисты добились своего первого значительного успеха, завоевав серебряные медали чемпионата страны. «Когда в провинциальном городе проводится крупный турнир, руководству вроде как по протоколу положено присутствовать хотя бы на церемонии открытия, – рассказывал мне Евгений Степанович. – И после двух-трёх таких церемоний, а заодно и матчей, просмотренных «в нагрузку» к ним, начал ловить себя на том, что мне и волейбол интересен, и судьба команды небезразлична». Тогда же глава областной администрации высказал любопытную мысль: «Почему бы не превратить Белгород в столицу российского волейбола?».

Сегодня вряд ли кто-то будет оспаривать факт, что Белгород и есть, если не первый, то уж точно один из главных волейбольных городов страны. А Савченко всё мало: губернатор замыслил превратить свой город в главный волейбольный центр Старого Света. И поддержал инициативу Шипулина о строительстве нового десятитысячного спортивного дворца прежде всего для волейбола, который должен, по задумке Шипулина, стать многофункциональным и служить горожанам не только главной спортивной, но и концертной площадкой.

И в Белгороде рьяно взялись за дело. При этом всем известно: если Шипулин при поддержке областного руководства за что-нибудь берётся, непременно доведёт дело до конца, чего бы это ему ни стоило. И пусть сегодня экономический кризис чуть притормозил процесс возведения нового уникального сооружения в самом центре Белгорода, но нет никаких сомнений, что дворец будет построен и в нём наверняка пройдут самые престижные волейбольные соревнования, и на его арену выйдут лучшие волейболисты мира. Пока в этом городе есть Савченко и Шипулин.

До сих пор вспоминаю, как в начале нулевых годов затянулся финальный матч чемпионата страны, в котором белгородцы сражались с командой «МГТУ-Лужники» в московском спортзале «Дружба». В итоге гости опоздали на свой фирменный поезд. Так Савченко, узнав об этом, немедленно отправил в Москву личный самолёт, чтобы доставить новоиспеченных чемпионов России домой.

«Чёрная «Волга»? Пошёл вон!»


Волейбол начинался для Шипулина со студенческой команды Технологического института. Уровень её был не просто любительским – дворовым. В Белгороде в начале 1970-х понятие об этой игре, конечно, имели, но самое общее – правила знали. Однако всё стало меняться, когда в команде Технологического университета появился новый тренер со звучной фамилией Венгеровский. Олимпийский чемпион и человек неординарный, про которого до сих пор, спустя более десяти лет после его внезапной кончины на волейбольной площадке, ходят легенды. Одна из них не могла меня не заинтересовать. Привожу её исключительно для того, чтобы читатель смог уяснить, каким был главный волейбольный учитель нашего героя.

В начале 60-х годов прошлого века Юрием Венгеровским, который был лидером харьковского «Буревестника», заинтересовались в Луганске, и вопрос о его переходе в местную «Звезду» решал, что случалось в исключительных случаях, тогдашний первый секретарь обкома КПСС, большой поклонник спорта Владимир Шевченко. Договорившись о зарплате, партийный меценат спросил, какие ещё есть пожелания. Игрок попросил квартиру («будет»), четырёхкомнатную («будет»), в центре города («будет»), автомобиль («будет»), не «Москвич», а «Волгу» («будет»), и непременно чёрную («пошёл вон!»). Аудиенция закончилась. Переход не состоялся.

Этот эпизод хорошо характеризует одного из лучших пасующих тех лет – максималиста во всем. С приходом Венгеровского в белгородскую студенческую команду отношение к волейболу в городе стало приобретать профессиональные черты. Понятно, что совсем неволейбольный по своим физическим данным Шипулин в состав не попал, но из команды не ушёл – помогал новому тренеру чем только мог, выполнял любую работу. И во все глаза смотрел на то, что делает знаменитый в недавнем прошлом волейболист, в рот ему заглядывал, ловил каждое слово, каждый жест. С той поры Венгеровский был и остаётся для Шипулина непререкаемым авторитетом.

– Почти всё, что я сегодня имею, причём не только с волейбольной точки зрения – заслуга Венгра, – признавался в одном из наших многочисленных разговоров уже переживший по возрасту своего учителя Шипулин. – Он определил мой путь в жизни, научил разбираться в людях, стоял у истоков создания моей семьи – вот уже более четырёх десятков лет мы с Надеждой счастливы, вырастили дочерей, теперь не нарадуемся на внуков.
Сообразительный тренер быстро сориентировался и, вписав в заявку себя и своего помощника, получил добро на выступление «Аграрника», как в те годы называлась белгородская команда.
Юрий Наумович сделал из меня педагога, настоял, чтобы я закончил второй вуз. Даже представить не могу, как бы всё сложилось, не окажись я однажды рядом с Венгеровским. Для меня он — как Антон Макаренко для беспризорников. Человек непростой, властный, в общении очень тяжёлый. Случалось, мы ругались, месяцами не виделись – он несколько раз возвращался в родной Харьков, но в конце концов вновь сходились и делали общее дело.

В 1983 году в Белгороде прошёл один из туров чемпионата СССР, и Шипулин лишний раз убедился в том, что волейбол городу нужен – столько народу приходило на матчи. Начал создавать команду, которая в самом начале 1990-х попала в первую лигу всесоюзного чемпионата. Первый тур проходил в Одессе, и на мандатной комиссии выяснилось, что 14 фамилий в заявке недостаточно, так как, по регламенту, в каждой команде должно быть два состава — основной и дублирующий с несколькими запасными. Сообразительный тренер быстро сориентировался и, вписав в заявку себя и своего помощника, получил добро на выступление «Аграрника», как в те годы называлась белгородская команда.

– Пришлось даже самому выходить на площадку за дубль, – вспоминает Шипулин. — А играл я тогда ещё хуже, чем сейчас, выступая за ветеранов. Вот так начался наш путь наверх.

Кстати, видел Геннадия Яковлевича в игре за ветеранскую команду. И сделал вывод, что он очень похож на медвежонка. Не плюшевого игрушечного, а самого что ни на есть настоящего. Такого косолапенького, улыбчивого и сластёну, которого непременно хочется погладить, приласкать. А в игре он – ну точно медвежонок на цирковой арене: в длиннющих трусах колобком катался по площадке! Потому и удивился, почему талисманом волейбольного «Белогорья» выбрали рыжегривого льва. Да бурый медвежонок это должен быть: круглый, мохнатый и с мордочкой, напоминающей президента и главного тренера одного из лучших волейбольных клубов Европы!

Памятник при жизни


Нельзя объять необъятное. Это аксиома. И стоит пренебречь ею, как получаешь удар в спину или из-за угла. Естественно, неожиданный, непредсказуемый и, как правило, разящий. Что и произошло не так давно с Шипулиным.

«Мой организм дал сбой: случился инсульт, – рассказывал он в недавнем интервью. – Это произошло 2 октября 2015 года в Крыму. Меня срочно госпитализировали в Ливадийскую больницу, оттуда вывезли на самолёте, который прислал губернатор Белгородской области Евгений Савченко. Я лечился в области, потом попал в столичный госпиталь, там долго восстанавливался. Спустя примерно полгода в том же госпитале проводил плановые лечебно-профилактические мероприятия. Думал, отделаться за два дня, а получилось так, что провёл две недели. Как сказали доктора, всё идёт по плану: существующий очаг принимает нужную форму. Ещё потребуется примерно два с половиной года для окончательного восстановления формы. Жить предстоит в щадящем режиме, не совершать экстремальных поступков, не допускать нервных потрясений и стрессов. Самое обидное для меня – нельзя летать на самолёте. И как же это я не увижу своих ребят на Играх в Рио с трибуны «Мараканазиньо»? Обидно, право. Стараюсь оставаться спокойным, хотя для меня это крайне непросто. Но я всё-таки пытаюсь сдерживать клокочущую во мне энергию, наступая на горло. Ведь я человек сверхэмоциональный, холерик».

>>> «Пожертвовал чемпионатом ради сборной»

Прекрасно понимаю Геннадия Яковлевича, потому что объездил со сборной России, которой руководил Шипулин, десятки стран. Однажды даже, можно сказать, кругосветное путешествие совершил вместе с командой. В 1999-м это было. Тогда в одной группе Мировой лиги вместе с россиянами играли сборные Италии и Австралии. И календарь был составлен таким образом, что заключительные матчи группового этапа наши волейболисты проводили на Апеннинах, следом состоялся перелёт на Зелёный континент, а финальный турнир проводился в аргентинском Мар-дель-Плата. Вот и получилось, что

вначале мы летели с посадками по маршруту Бари – Мюнхен – Франкфурт – Сингапур – Мельбурн – Сидней. А после официальных матчей с австралийцами и недельных тренировок в Национальном институте спорта в Канберре отправились в обратную сторону из Сиднея в Мар-дель-Плата через новозеландский Окленд и аргентинскую столицу Буэнос-Айрес. По завершении же финальных соревнований наш путь лежал из аргентинского курортного городка, где в июле было холодно как у нас поздней осенью, в Москву через всё тот же Буэнос-Айрес и Париж.

Вот тут-то имел возможность сблизиться с Шипулиным окончательно и признал в нём личность неординарную и уникальную, ни на кого из моих знакомых непохожую.
А совсем недавно Шипулин открылся и как заправский горнолыжник, предпочитающий спускаться именно по «чёрным», самым сложным трассам.
Про его азарт и любовь к преферансу знал и раньше. Кстати, совсем не тёплыми австралийскими вечерами, расписывая «пули», выяснил за разговорами, что тренер любит охоту, не гнушается рыбалкой, обожает водить автомобиль и фанатеет от творчества Высоцкого, собрав едва ли не уникальную коллекцию его песен и стихов.

А совсем недавно Шипулин открылся и как заправский горнолыжник, предпочитающий спускаться именно по «чёрным», самым сложным трассам. Да он никогда и не выбирал лёгких путей. Посему нисколько не сомневаюсь, что как бы непросто ему сейчас приходилось, он непременно выкарабкается из всех своих хворей. И ещё поработает на славу отечественного волейбола, своего родного Белгорода и многочисленного семейства: двух дочерей, пяти внуков и чуть менее знаменитого, чем сам Геннадий Яковлевич, но не менее любимого, чем дочери, зятя – Тараса Хтея.

– Я хочу, чтобы дело моё жило! Будет Шипулин, не будет, а волейбол быть обязан. И вообще спорт. Хочу, чтобы мои ребята, которые положили своё здоровье, самих себя на алтарь нашего любимого волейбола, добились всего, чего только можно добиться в спорте.

…Рядом с белгородским дворцом спорта «Космос», ставшим для Шипулина и Ко вторым домом, воздвигнута бронзовая скульптурная композиция. Все её составляющие легко узнаваемы: Вадим Хамутцких отдаёт пас, Сергей Тетюхин атакует, а со скамеечки наблюдает за ними неутомимый тренер Геннадий Шипулин.

Редко кому в нашей стране ставят памятники при жизни.
Источник: «Чемпионат»
Оцените работу журналиста
Голосов: 47
10 декабря 2016, суббота
9 декабря 2016, пятница
8 декабря 2016, четверг
7 декабря 2016, среда
Какая команда победит в «Финале шести» Кубка России?
Архив →