Николай Павлов
Фото: РИА Новости
Текст: Лев Россошик

Павлов: давно не заглядывал в паспорт и не собираюсь

Он вернулся в Новосибирск после пятилетнего перерыва. И встретили его в команде и в городе, как будто он никуда и не уезжал.
8 ноября 2016, вторник. 12:17. Волейбол
Мы договорились с Колей Павловым пообщаться сразу после матча с «Зенитом». Но мне пришлось ждать не менее получаса, пока лидер новосибирского «Локомотива» не проведёт фотосессию со всеми желающими, не раздаст автографы. Да и во время разговора — а мы присели прямо в зале на первом ряду трибун — к Павлову неоднократно подходили поклонники с какими-то просьбами.

«Не люблю переезды из города в город»


— Из 11 сезонов, которые вы провели в Суперлиге, пять выступали именно в местном «Локомотиве». Верно?
— Да, сейчас вот шестой сезон играю, чему безусловно рад. К этому городу я прикипел, в карьерном росте здесь также всё сложилось хорошо. И когда я уезжал из Новосибирска, не говорил, что сюда больше не вернусь. В этом городе очень хорошие люди, хорошо организованный клуб, созданы все условия для работы.
Когда я уходил в своё время из «Локо», с Андреем Геннадьевичем Воронковым у меня были, скажем так, некоторые разногласия.
А дочь — так та вообще считает Новосибирск своим вторым домом, ведь я привёз её сюда, когда Валерии было всего-то три месяца. И до пяти лет она росла здесь. У неё ещё тогда образовался свой круг друзей, и сейчас ребята возобновили отношения. Да и меня здесь встретили по-доброму.

— В какой-то из наших бесед вы пожаловались, что в принципе очень непросто переезжать из города в город. Но ведь такова спортивная жизнь в командных игровых видах спорта.
— Согласен. К тому же есть такие игроки, которые чуть ли не ежегодно меняют клубы и не привязываются ни к чему. Я к таковым не отношусь. После Новосибирска был год в московском «Динамо», а потом три сезона в Нижнем Новгороде, где я планировал и дальше продолжить карьеру, чтобы ребёнок пошёл в школу и спокойно учился. Но, к сожалению, не сложилось. Потом поехал в Италию…

— Что дал вам этот сезон, проведённый на Апеннинах?
— Когда я только начинал серьёзное знакомство с большим волейболом, контракт в одном из итальянских клубов считался большой удачей. Не случайно же на рубеже веков почти все игроки сборной России играли в различных командах на Апеннинах. Самый сильный чемпионат был именно в этой стране. И я мечтал в один из дней оказаться в Италии. Кстати, у меня была такая возможность и раньше. В 2005-м был выбор — поехать в один из итальянских клубов или перейти из харьковской «Юракадемии» в московский «Луч». Я выбрал второй вариант. И в целом не жалею.

— Но в Италию всё-таки попал, хоть и с десятилетним «опозданием».
— Не скажу, что провёл в «Латине» хороший сезон, но и к плохим его отнести не могу. Были отдельные приличные игры. Определённый опыт приобрёл, посмотрел, какие отношения складываются внутри команды и с соперниками, опять-таки имел возможность сравнить тренировочные процессы там и в России. К сожалению, две серьёзные травмы не позволили сыграть в полную силу. Вначале я вывернул голеностоп, травма оказалась серьёзнее, чем предполагалось, восстанавливался почти два месяца. Потом одно к другому — пресс «порвал». И получилось, что четыре месяца подряд я не играл. А это был самый разгар чемпионата. Восстановился только к плей-офф Серии А1.

«С Пламеном понимаем друг друга с полувзгляда»


— Так получилось, что и в Нижнем, и сейчас в Новосибирске вы вновь оказались в команде Пламена Константинова.
— Это как раз хорошо. Я прекрасно знаком с его видением волейбола, с его требованиями, мы понимаем друг друга даже не с полуслова, а с полувзгляда.

— Существует ли для вас понятие типа «удобный» или «неудобный», когда речь заходит о тренере?
— С любым тренером важно быть в полном контакте. Допустим, когда я уходил в своё время из «Локо», с Андреем Геннадьевичем Воронковым у меня были, скажем так, некоторые разногласия. Позже, встретившись на одном из туров, он сказал: «Давай забудем всё, что было раньше, жизнь продолжается, каждый делает свои выводы». И как бы в подтверждение этих слов в том же году он пригласил меня в сборную России.

— Несколько лет назад в российских клубах было гораздо больше зарубежных звёзд. Сегодня их почти нет. Хорошо это или плохо?
— С одной стороны, хорошо — есть возможность дать поиграть молодым способным волейболистам. А с другой… Понимаете, зрители приходят посмотреть на звёзд, на элитных игроков. А таковых в нашем отечественном волейболе становится всё меньше, да и зарубежные уже к нам не едут. И не стоит забывать, что лучшим при этом было бы сочетание в одном клубе молодёжи и опытных волейболистов, играя рядом с которыми юные могли бы чему-то научиться.

«В волейболе сегодня выигрывают мощными подачей и ударом»


— Вы наверняка смотрели матчи олимпийского турнира. Что не позволило россиянам подняться на пьедестал?
— Вначале было слишком много разговоров о неготовности команды и многих других подводных камнях, связанных с тем же допингом. Всё это не могло не сказаться на подготовке к турниру. Вы не представляете, какая кампания была развёрнута на Западе с упрёками в адрес нашей команды, что чуть ли не все игроки употребляют допинг. Во всех газетах были призывы о дисквалификации российской сборной.
Как последний капитан «Губернии», я понимал, что несу ответственность перед ребятами, с кем выходил на площадку. Но ведь были же деньги! Только вот куда они исчезли, так и остаётся загадкой, потому что до команды они дошли.
«Мельдониевая» лихорадка поразила весь европейский волейбол. Каждому же не объяснишь, что это безобидное лекарственное средство. Как мог защищал ребят, понимая прекрасно, что цель у недоброжелателей была одна — создать нервозную обстановку в команде, не дать ей спокойно готовиться к Играм.

— Изменился волейбол в последние годы?
— Думаю, он сейчас меняется. Сегодня превалирует ещё более силовой, атлетичный волейбол. Ставка делается на мощную подачу и на двух-трёх игроков, которые обладают сильным ударом.

— Вам уже 34 года. Долго собираетесь продолжать радовать своей игрой многочисленных почитателей? Сегодня смог лишний раз убедиться, как много у вас поклонников.
— Вы знаете: давно не заглядывал в паспорт и пока не собираюсь это делать. И хотя многие говорят о моих травмах и болячках, уже придумали даже, что я операцию какую-то делал в Италии. Ничего этого не было и нет. Не считая какие-то мелких неприятностей, которые случаются по ходу многомесячного турнира. Так в нашем виде спорта вы не найдёте ни одного абсолютно здорового игрока. Так что я ещё не выработал свой ресурс. Ещё есть над чем работать даже в мои 34 года.

«Вся информация из Нижнего состряпана на лжи»


— В СМИ время от времени появляется информация о том, что вы продолжаете борьбу с уже не существующим в принципе клубом «Губерния», в котором не только вам лично, но другим игрокам, тренерам, всем работникам, тому же Пламену, не платили зарплату чуть ли не полтора последних года и задолжали по контрактам огромные суммы.
— Вы знаете, в последнее время приходится слышать какие-то слишком уж неприятные вещи как в свой адрес, так и в адрес моих партнёров по нижегородской команде. То говорят о завышенных суммах контрактов и каких-то откатах, которые мы, якобы, неизвестно кому отдавали. Мы организовали в Нижнем пресс-конференцию, я специально приезжал туда, пытался поднять общественность. Как последний капитан «Губернии», я понимал, что несу ответственность перед ребятами, с кем выходил на площадку. Но ведь были же деньги! Только вот куда они исчезли, так и остаётся загадкой, потому что до команды они дошли. При этом нас, и меня в частности, обвиняют, что мы ничего не сделали для Нижнего Новгорода. Это нонсенс, какое-то издевательство над ребятами, которые выкладывались в каждой игре. А ещё придумали, что лично я подписал контракт, будучи травмированным, и не сыграл вообще ни одной игры. Слышать подобное мне оскорбительно и обидно. Никогда за всю карьеру никаких претензий по моему отношению к делу, которому я посвятил жизнь, никто не высказывал. Такого просто быть не могло. А тут представители нижегородской прессы вдруг задают мне вопрос: «Как вы могли подписать такой большой контракт и не сыграть ни одной игры?» Когда я попросил назвать факты, таковых не оказалось вовсе. Все эти ложные данные исходили, со слов журналистов, от нынешнего директора уже переименованного клуба. Когда же я стал рассказывать в ответ о действительно реальных вещах, о победе над тем же «Зенитом» 3:2, в матче, который проходил совсем не на старте сезона, так ваши коллеги сразу вспомнили, что я набрал в той игре больше 25 очков.

Теперь несколько слов про завышенный контракт. В 2013 году я был как раз на пике спортивной формы. И четыре клуба мне предлагали примерно одинаковые условия. Цифры в двух из трёх, которые знали рынок того времени, были равноценны тем, которые исходили от «Губернии». Единственное, о чём жалею, я отказал Романычу: Алекно приглашал меня в Казань. Я сказал, что хочу остаться в Нижнем, что себя до конца ещё не реализовал, что здесь я лидер, а в Казани равноценных игроков предостаточно. При этом понимал, что «Зенит» — суперклуб, там нужно постоянно давать максимальный результат. И Романыч меня понял правильно. Так что распространять небылицы про меня и других игроков «Губернии» — это хамство.

— Иными словами, вам будет очень сложно вернуть то, что вам недоплатили?
— Я, как и многие другие волейболисты, в то время выступавшие за «Губернию», подал иск в судебные органы и выиграл дело. Есть соответствующие предписания, арестованы банковские счета, деньги на волейбол поступают, но опять-таки не нам, а теперь ВК «НН». Самое печальное, что даже при выигрыше в суде налоги, которые по оговоренным в контрактах условиям должен был платить клуб, сейчас повесили на самих игроков. Как это им удалось, уму непостижимо. Но, по всей вероятности, если нам когда-нибудь что-то и перепадёт из нижегородских долгов, то только за вычетом тех самых 13 процентов.

«Чтобы играть в сборной, надо всегда быть на виду»


— Желание поиграть за сборную страны сохранилось?
— Оно никогда и не проходило.
Я прекрасно понимал, что, покинув российский чемпионат, пропадаю из поля зрения тренеров сборной. И попасть в состав главной команды в этом случае было почти нереально.
Но я прекрасно понимал, что, покинув российский чемпионат, я пропадаю из поля зрения тренеров сборной. И попасть в состав главной команды в этом случае было почти нереально. Для этого надо было быть в Италии первым номером. Чего не произошло по рассказанным уже объективным причинам.

— Кто сегодня может возглавить российскую сборную?
— Тот, кто готов будет проработать весь следующий олимпийский цикл. А вот имя назвать, увы, не смогу. Алексей Вербов? Он хочет, он может. Но ему ещё рановато быть главным. Вот в связке с Романычем, даже при условии, что тот будет при этом сидеть на банке, допускаю возможность такого дуэта. Как Стефан Антига и Филипп Блэн.
Источник: «Чемпионат»
Оцените работу журналиста
Голосов: 31
9 декабря 2016, пятница
8 декабря 2016, четверг
7 декабря 2016, среда
6 декабря 2016, вторник
Какая команда победит в «Финале шести» Кубка России?
Архив →