Вячеслав Опахин
Автор:

«Бояться можно не только коронавирус. Просто сейчас он на слуху»

Хирург и болельщик «Спартака» Дмитрий Дегтярёв перед эпидемией уехал работать в Германию. Он рассказал, как немцы справились с вирусом.

Футбол / РПЛ 0

Новая история в проекте «Высшая лига: герои нашего времени» – о Дмитрии Дегтярёве. Его переезд из России в Германию совпал с началом активного распространения эпидемии COVID-19 по миру. Все время немцы были в числе стран, которые ставили в пример. На 12 июня Германия на шестом месте в Европе по заражениям (186 866 случаев) при довольно низком проценте летальности –4,74%. Для сравнения, во Франции при схожих количествах – 15,51%.

Мы узнали у Дмитрия, из-за чего Германии было легче вводить любые меры и почему пойти на игру Бундеслиги можно, а РПЛ – опасно. Ниже его история.

В чем особенности медицины Германии

Сейчас я работаю на должности «Assistenzarzt»» в хирургическом отделении больницы Juraklinik Scheßlitz. Если спроецировать на российскую действительность, это что-то вроде врача-ординатора. То есть врача, находящегося в процессе обучения узкой специальности.

В обязанности входит прием пациентов, подготовка к операции и участие в ней, ведение послеоперационного периода. Учитывая более чем десятилетний опыт работы в России, конечно, я умею чуть больше, чем стандартный врач-ассистент.

Во время эпидемии мы отказались от плановых оперативных вмешательств. Операции во время карантина выполнялись только по экстренным и срочным показаниям. Мы применили триажную систему сортировки пациентов, для чего под инфекционное приемное отделение переоборудовали кафе, являющееся частью больницы.

Прием каждого пациента осуществлялся с использованием всего перечня индивидуальных средств защиты. Все госпитализированные пациенты с первого дня тестировались в кратчайшие сроки на COVID-19. А так как в Германии отсутствуют специализированные инфекционные отделения, то лечением пациентов занимались терапевты к которым на помощь пришли хирурги.

Ordnung ist ordnung. Знакомое многим выражение, которое в полной мере отразилось на борьбе с коронавирусом.

Каждое действие четко прописано в рекомендациях, от которых отступать ни у кого даже мысли не возникало. К особенностям стоит отнести помимо человеческого фактора и оснащенность больниц самым современным оборудованием и лекарственными препаратами, несмотря на размеры больницы и ее расположение.

Плюс, в отличие от России, где в последнее время происходили постоянные сокращения больниц и медицинских работников, здесь охват населения коечным фондом значительно выше. Всю стандартную медицинскую помощь могут оказать и в нашем стационаре, расположенном в городе с населением в 7 тысяч человек и работающем на округ с населением в 300 тысяч. Помимо нашего стационара, в этом же округе работают еще 3 больницы, сопоставимые по размерам. Уровень оснащения, прежде всего, работников позволяет пациентам не обращаться в крупные центры в большие города. У нас же, к сожалению, доступность качественной медицины в глубинке вызывает вопросы.

Вы можете рассказать историю своего героя на странице проекта «Высшая лига: Герои нашего времени»

Как много врачей переболели и как приходилось работать

Среди коллег из других больниц знаю только одного, кто заболел. К счастью, перенес в легкой форме и через 3 недели вернулся к работе. В нашей больнице выявленных заболевших среди персонала не было, хотя стоит отметить что массового тестирования не проводилось.

По поводу того, что врачи неизбежно болеют, хотелось бы сказать вот что: в России выплатили надбавки работникам, которые официально “взаимодействовали” с корона-позитивными пациентами. Учитывая большой процент носителей вируса без клинических проявлений, не удивлюсь что с коронавирусом в той или иной степени контактировало большинство медперсонала. Как здесь, так и в других странах, особенно на первых порах, когда тестирование не проводилось в таких масштабах.

Конфликт «Я помогаю людям, но могу принести вирус к себе домой» присущ всем, у кого есть семья. К счастью, у меня была возможность изолировать близких от себя. Боялся я заболеть? Скорее да, чем нет. Но вариант не работать, естественно мной не рассматривался.

В операционной приходилось работать с высоким уровнем защиты от вируса. И это жутко неудобно: невыносимо жарко, потеют защитные очки, движения скованы. Была операция корона-положительного пациента. Страх был. Хотя, если честно, он сопровождает всегда. Излишняя самоуверенность в себе может привести к непоправимым последствиям. А бояться можно ведь не только коронавирус. Просто так получилось, что сейчас он был на слуху. Есть например вирус иммунодефицита человека. Страх перед ним есть и вне пандемии коронавируса.

Как Германия остановила эпидемию

Среднестатистический немец, кажется, вообще самый законопослушный гражданин в мире. Правительство вынесло решение о самоизоляции, и на без того полупустых улицах только перекати-поле не хватало для полного ощущения заброшенного города. Хотя встречались и здесь «Corona-Party» среди молодежи, которые резко пресекали органы правопорядка.

Сейчас самый пик позади, жизнь практически вернулась в прежнее русло. Но маски пока остаются нашим настоящим. А социальная дистанция в принципе была для немцев характерна. Только сейчас из принципов морали и взаимоуважения она перешла в разряд рекомендаций правительства.

Почему нельзя пускать болельщиков в России на стадионы

Учитывая эпидемиологическую обстановку в России (по крайней мере, по официальным данным), считаю доигровку не целесообразной. В какой-то степени опасной – еще недавно ругались на “шашлычников”.

Я в принципе против возвращения болельщиков в России на трибуны из-за все еще большого количества выявляемых случаев. Но решение уже принято.

В таком случае непонятно, как клубами выбирать эти 10 процентов. У «Спартака», например, абонементов продано более чем в три раза больше допустимого количества зрителей. Как выбирать? Справедливого решения не существует. Это еще один довод против допуска болельщиков. В Германии это социальное разделение решили таким образом.

В Германии я с удовольствием сходил бы на футбол. Рядом стадион ФК «Фюрт». В получасе езды – «Нюрнберг». Час на поезде, и я в Мюнхене. Очень хочется посмотреть и сравнить продукт «Бундеслига 1» и «Бундеслига 2» с РПЛ и Самой лучшей футбольной лигой (ФНЛ – Ред.). Но – нельзя. Решение принято. А мы, «среднестатистические немцы», самые законопослушные.

Как начал болеть за «Спартак»

В конце 90-х у мальчика из подмосковного Королёва и выбора особого не было. Мало того, что красно-белые были сильнее всех в стране и шумели в еврокубках, так еще священная Тарасовка была практически в пешей доступности, а глубокоуважаемый Андрей Валерьевич [Тихонов]. был земляком. Дядя еще достал мне его автограф, я стал красно-белым насквозь.

Помню свой первый матч еврокубков – с миланским «Интером». Гол Тихонова, поражение исключительно футболисту Роналдо. Для похода на стадион требовалась амуниция.

На рынке в Мытищах приобрел красно-белый шарф с черной надписью “Hooligans” и свирепой пастью бульдога. В 13 лет казалось верхом крутизны.

После матча электричка привезла на станцию “Подлипки-Дачные”, где в переходе поджидали два “молодчика” в расцветке “клятого врача”. Попытка отобрать “розу” не увенчалась успехом, хотя своей пятой точкой я посчитал практически все ступени в переходе. Плюс еще подоспел отец, сопровождавший меня на футбол. На следующий день в школу я пришел в этом шарфе и всем рассказывал, что “подрался за Спартак”.

Какие шансы в доигровке сезона? А на что шансы – 5-6 место? Смешно конечно, если бы не было так грустно. Они есть, чисто математические. И надежда есть. Без нее с 2001 года никуда. Куда больше шансов на Кубок. И хотелось бы, чтоб админресурс «газового» клуба не вмешивался. Причем хочется Кубок не из-за еврокубков, а потому что этот трофей давно не выигрывали.

Комментарии (0)