Олег Ерёмин
Максим Ерёмин Андрей Панков
,
«У мамы ипотека, папа хочет машину. Тут Игорь Дивеев получил смс о зарплате...»
Интервью с агентом Олегом Ерёминым, который собирается устроить революцию в мировой футбольной индустрии.
Футбол / РПЛ 0

Футбольный агент Олег Ерёмин приехал к нам на интервью спустя пару дней после спортивной конференции, посвящённой вопросам бизнеса. И с ходу заявил, что приготовил для нас сенсацию, о которой пока никому не рассказывал.

— Мы сделали интересный продукт, который запустим в ближайшее время. Приложение будет доступно для загрузки в первом квартале следующего года. Название — «МетаФутбол». Это технологическая платформа, которая способна автоматизировать бизнес-процессы через смарт-контракты, полностью адаптированные к реальной экономике. Включая законодательные требования.

— Поясните.
— Как сегодня происходит переход футболистов? Заключается ряд договоров, производится комплекс выплат — плата за трансфер, выплаты воспитавшему клубу, отчисления академии и пр. Модель перехода, как правило, состоит из 20 (+-) контрактов, и сейчас время её полного исполнения занимает не менее полугода. С нашим приложением это можно будет сделать за 2-3 секунды. Мы наполнили его шаблонами договоров, в которых нужно лишь задать несколько ключевых параметров, поставить цифровую подпись. И всё. Остальное смарт-контракт исполнит автоматически.

Важный момент, в приложении будет очень интересный инструмент — токены клубов и футболистов. Их сможет приобрести любой желающий, обеспечив клубу ранние деньги. Владельцы токенов взамен получат возможность стать участником трансферного процесса с возможностью получения части прибыли от продаж игроков. Позднее это приведёт к большей вовлечённости болельщиков в дела клубов, они будут пристальнее наблюдать за теми, в кого вложили деньги. Сыграл футболист плохо — токен подешевел. Хорошо — наоборот подорожал. Токены можно будет свободно продавать и покупать в приложении. Либо с помощью них можно будет зарабатывать на трансфере этого футболиста в будущем. Аналогов такого продукта в мире пока нет.

— Кто помогает проекту?
— Помимо меня соучредителем также является мой друг Шамиль Газизов. Программистов в команде около 30 плюс креативный директор, отдел продвижения, HR. Техническую поддержку нам обеспечивает Amazon Web Services, крупнейший хостинговый сервис в мире. За юридическую часть, скорее всего, будет отвечать Deloitte либо PWC. Бюджет проекта исчисляется миллионами долларов. Откуда деньги? В проект инвестирую я и мои партнёры.

— Что об этой разработке думают в РФС?
— Мы уже презентовали проект Александру Дюкову. Сейчас он находится в совместной проработке с РФС.

Дивеев, Мирзов

— Давайте проясним, вы когда-нибудь были агентом Зинченко, как пишут некоторые СМИ?
— Нет, никогда. Его агент, мой товарищ Анатолий Патук, в своё время обратился ко мне за помощью, зная, что у меня хорошие отношения с «Шахтёром». Попросил посодействовать пересмотру условий для Зинченко. Мы летали туда ещё до известных событий, был разговор с гендиректором «Шахтёра». Получили ответ, что они не хотят делать исключений и создавать такой прецедент для ребят из дубля. На этом я счёл свою роль выполненной и устранился от переговоров. Улетел из Донецка, а буквально через несколько дней началась война.

— Зинченко тогда переехал в Россию?
— Да, родители приняли решение переехать, и он отправился с ними, как несовершеннолетний. Контракт с «Шахтёром» был разорван.

— То есть история с CAS прошла мимо вас?
— Да. Знаю только, что он какое-то время играл в ЛФЛ и постоянно ездил на просмотры в различные клубы — «Локомотив», «Спартак», «Динамо», «Рубин». В «Зенит» тоже ездил. Но клубы опасались, что суд примет решение в пользу «Шахтёра» и их обяжут к немалым выплатам. Тогда я позвонил в Уфу и говорю: «Надо брать, он оправдает ожидания». Так Зинченко переехал в Уфу.

— А с Мирзовым вы работали?
— В момент ухода из «Торпедо» он, по непонятным мне причинам, решил сменить агента. Даже не позвонил, спрятался и пропал с горизонтов. Ну и бог ему судья, зачем сохранять односторонние отношения?

Мирзов — в «Спартаке». Объясняем, зачем он Кононову
Олег Георгиевич предпочитает знакомых вингеров.

— Допускаете, что его банально переманили конкуренты?
— Видимо, так и было. Если у человека нет стройности в голове и каких-то принципов, его обязательно переманят. У нас с Резиуаном был договор, но тогда отношения между агентом и игроком были не так хорошо защищены, как сейчас.

— Не было желания обсудить с ним позднее его уход?
— Мне с ним говорить не о чем. Любой человек проявляет свои лучшие и худшие качества в экстремальных условиях. Мирзов поступил вот так. Не понимаю, чем он руководствовался, и боюсь, никогда не смогу с этим разобраться. Эта история — предмет для серьёзного исследования психологом, а может, и не одним. Я понял, что мировоззрение расходится с моим. Получил от него удар в спину, и для меня этого человека просто нет.

— Другой ваш клиент — Дивеев. Правда, что Газизов познакомился с ним в магазине?
— Не слышал об этом, но вполне допускаю. Уфа — город не футбольный, а материала очень много. Хотя с появлением клуба в Премьер-Лиге всё стало меняться. У Дивеева спортивная семья, отец — волейболист с сумасшедшими данными. Но самым сильным качеством Игоря считаю спокойствие. Он не по возрасту уверен в своих силах. Не сыграв по сути ни одной полноценной игры в «Уфе», приехал в ЦСКА и стал основным футболистом.

— Интерес лондонского «Арсенала». Насколько это было серьёзно?

— Серьёзно. Скаут «Арсенала» мне звонил и говорил о рассмотрении кандидатуры Дивеева. Но до полноценного предложения не дошло, потому что он тогда не играл в клубе. «Арсенал» не мог оценить его хотя бы на уровне РПЛ. А ехать туда без понятного статуса в команде, на условную стажировку мы сами не видели смысла. Ехать просто для того, чтобы попробовать? Он и в «Уфе» мог это сделать.

— Как объясните то, что ЦСКА взял лавочника «Уфы»?
— Причин несколько. Во-первых, он хорошо играл на уровне сборных, а у «армейцев» очень хороший селекционный отдел. Во-вторых, его хорошо знал Гончаренко, работавший с ним ранее. Плюс им был очень нужен центральный защитник, а «Уфа» согласилась на аренду с правом выкупа. Ну а то, что его не ставил Кириченко, проблема самого Кириченко. Гончаренко не боится доверять молодым. В итоге Дивеев в ЦСКА!

— Помните реакцию Дивеева, когда он осознал, что стал футболистом ЦСКА?
— Сначала, конечно, был шок. Затем постепенно привык к статусу игрока топ-клуба. Приятно видеть, как футболист радуется тому, что его труд оценивается лучшим образом. Вы представьте, у мамы ипотека, у папы мечты о хорошей машине, которую никак не получалось купить. И тут приходит одна смс, которая решает все эти проблемы сразу.

Как играет защитник Игорь Дивеев, которого приобрёл ЦСКА
С требованиями Гончаренко к защитникам он уже знаком.

Армия, сумка денег

— Вы редкий агент, который и сам играл в футбол.
— Если бы не армия, карьера была бы успешнее. Воспитание такое было, патриотическое. У меня на тот момент было предложение, но я решил, что не должен филонить, и отдал долг Родине. В армии всякое было. Однажды пришлось драться с дагестанцем. За ним — земляки, за мной — мои ребята. Пока дрались, он начал хвататься за нож. Но в итоге пришлось разубедить присутствующих, что он мастер спорта по борьбе.

— После армии в футболе пришлось начинать всё сначала?

— Из армии привёз килограмм десять, кондиции восстанавливал целый год. Три года из карьеры долой. Зато с Олегом Долматовым удалось поработать в Новороссийске, очень сильный и интересный тренер. Затем опять в Уфу позвали. Были такие братья Каширины, они тогда экспортом оружия занимались. Говорили: «Приезжай поднимать родной футбол. Квартира, машина, деньги — всё будет».

— Были?
— В итоге братья куда-то пропали, а клуб остался без денег. Сам ходил по заводам, искал спонсоров. Возможно, тогда во мне менеджерские задатки начали развиваться. Деньги в итоге нашёл, на одном из нефтеперерабатывающих заводов. Разово нам помогли, все получили свои зарплаты.

— Вы же и с Садыриным поработали?
— В Питерской «Смене-Сатурне» прямо во время тренировки к телефону позвали. У тренера отпросился, беру трубку, а там Павел Федорович: «Ну что, готов? Жду тебя». Вскоре подписал контракт с «Зенитом». Но потом из Камышина ребята приехали с сумкой денег. Пришёл к Виталию Леонтьевичу, говорю: «В договоре прописано — получение квартиры по выходу в Высшую лигу». Отвечает: «Ну сроки же не прописаны». В итоге договорились, что хоть отпустят бесплатно.

— Прямо с сумкой?
— Да, с длинной такой, «Адидас». Вёз её потом забавно, сцена как в «Жмурках». Пересадка в Домодедово, у нас час до посадки. Спокойно оставляю эту сумку под сиденьем и пошёл. Тысяч семьдесят долларов. Но нормально, никто не взял. Приехал домой, отдал жене деньги и говорю: «На, квартиру покупай, а я полетел».

Корея, собаки

— В Азию как занесло?
— Приехал в «Локомотив», Сёмин говорит: «Докажешь — будешь играть». Только подписал договор, как Юрий Палыч через неделю: «Хочешь за границу поехать?». Так и возник вариант с Южной Кореей. В «Локо» тогда было 5 или 6 сильных нападающих, решил ехать.

— Чем запомнился тот этап?
— Страна очень непростая: смог, жара. Вылетел вечером из Москвы, утром прилетел в Сеул. Потом ещё час лёта до Поханга. Прилетаю, сразу на утреннюю тренировку. Не ел, не спал и сразу на поле. Тренировки в Корее сложнейшие — два-три часа интенсивной работы. Вспотел настолько, что аж бутсы начали хлюпать от пота.

После тренировки команда собралась в центре поля без тренера, завела молодого игрока в центр, и старший начал его бить. Видимо, неуважительно сыграл против него. Для них телесные наказания — норма. Бил его с нескольких сторон по телу, по лицу. Молодой отвечать не имеет права, надо терпеть. Рассказывали, что местный тренер как-то решил украинского вратаря повоспитывать. В итоге этого вратаря еле остановили, а тренера еле спасли. У нас же ментальность другая. После этого случая к легионерам относились особенно.

— Чем ещё удивила корейская ментальность?
— Английский никто не знает. Останавливается такси, пытаешься объяснить, куда хочешь поехать, а водитель машет руками: «Нет». Не зная языка, им проще отказаться от заказа. Мне потом на бумажке написали по-корейски несколько точек, чтобы я мог объяснить, чего от них хочу. Пробки там тоже огромные, часами можно стоять. У них в порядке вещей выйти из машины и помочиться на колесо. Не считают это зазорным.

— Кухня понравилась?
— На футболе болельщики едят каких-то жучков. А я собаку попробовал. Правда, узнал об этом после того, как съел. Нас возили по стране, знакомили с местной культурой. Завели в ресторан, переводчик заказал еду: «Попробуйте вот это». Когда съел, спросил, что это было. Отвечает: собака. По вкусу сразу не понял, что что-то не то, на говядину похоже. В городе часто встречал машины с собаками в кузове, потом узнал, что их так везут на бойню.

— После Кореи у вас и Китай был.
— Да, в «Локо» началась предсезонка, приехали китайцы просматривать кого-то из наших. Зазу, по-моему (Джанашию. — Прим. «Чемпионата»), или Олега Гарина. Посмотрели, показали на меня и говорят: «Хотим вот этого блондина». Договорились об условиях и поехали. По приезде в Китай нам организовали обзорную экскурсию, показали местные достопримечательности, побывали на китайском Новом годе. Впечатления как от военных действий. Увешивают всё хлопушками, а потом всю ночь взрывают. Утром такой слой конфетти на улице, будто по снегу ходишь.

— Как вам местный футбол?
— Футболистами там могли стать только те, кто сдал тест Купера. Все команды собираются в специальный кемпинг и три недели готовятся к тесту. Он состоит из нескольких этапов. Один из них — за 12 минут надо пробежать не менее 3,2 км. Пока не сдашь, лицензию футболиста не получишь, играть не разрешат. Уровень футбола соответствующий.

Первый клиент, звонки по ночам

— Почему в агенты подались?
— Хороший вопрос. Первое время после окончания карьеры занимался бизнесом — был дольщиком компании, которая занималась производством мясных консервов. Потом был компьютерный клуб. Хорошо его оборудовали, было более 30 компьютеров. Заработали немного денег и вовремя его продали.

— Почему сразу не начали работать в футболе?
— Выбирал между ролью тренера, агента и менеджера футбольного клуба. Тем более успел попробовать себя в роли спортивного директора «Динамо» Санкт-Петербург. Тогда же пригласил на работу Долматова. Как раз в том году (2002) проводился первый в России экзамен на агентскую лицензию, который сдавали всем известные сейчас люди — Андреев, Минасов, Зотов. Нас человек десять было.

— Первого клиента помните?
— Артур Белоцерковец, мой партнёр по «Зениту». Оформлял его переход в казахстанский «Женис». Отвёз его туда, быстро обо всём договорились. Агентские получил — 20 тыс. долларов, из страны их еле вывез потом.

— В смысле?
— Попросил в клубе бумагу о том, что получил эти деньги за переход футболиста, чтобы на таможне не возникло вопросов. Приезжаю в аэропорт, показываю бумагу, а таможенник с серьёзным лицом: «Нельзя такую сумму везти». Предлагал договориться, говорю: «Готов дать 50 долларов за ваше спокойствие». Ни в какую. Решил использовать психологический трюк, говорю: «Окей, никуда не лечу». Отхожу метров на десять, он меня догоняет: «Ладно, я всё решил, летите спокойно».

— В те времена профессия агента многим, наверное, казалась дикой?

— Мой опыт общения с руководством футбольных клубов в Нижнем Новгороде и Туле убедили меня, что этот сектор не охвачен. Футболистов обманывали так, что просто жесть. Футбол для многих из них был прикладным занятием в мутной воде, в которой можно наловить рыбки. Везде шлялись шарлатаны, договаривались с руководством, заходили в футбольные клубы генеральными директорами.

— Возьмём ваш последний клуб. Чем возмутил «Арсенал»?
— Отсутствием какой-либо совести у руководителей. Нельзя относиться так к игрокам, как тот же Виктор Тябус (был генеральным директором тульского «Арсенала». — Прим. «Чемпионата»). Когда нам в очередной раз не заплатили обещанную зарплату, лично собрал ребят. Сели по машинам и поехали в Москву подавать на КДК. Ехали человек десять, но доехали не все. Некоторым звонили из Тулы, и они прямо по пути разворачивались. До приёмной Толстых из десяти человек доехали пять.

— Вас самого уровень риска в агентской среде не смущал? Те же руководители клубов вряд ли легко шли на контакт.
— У меня ещё в 90-х был опыт общения, скажем так, с авторитетными людьми. Но в любой ситуации главное быть правым. А вопрос, как отстаивать эту правду, это уже личное дело каждого. Ситуации были разными, но обходилось без стрелок. Тем более я всегда старался заверять наши отношения на бумаге.

Хотя звонки были. Один раз посреди ночи позвонил не то Артур, не то Армен. «Ты определись, кто ты: то ли агент, то ли спортивный директор!» — пургу какую-то понёс. «Этот футболист мой», — говорит. А у меня с ним контракт подписан. Сказал ему: есть вопросы — приезжай. Не приехал. До сих пор не знаю, кто это был.

P.S. Провожая Олега к выходу, вспомнили ещё кое-что.

— У вас же отчество Адольфович?

— Верно.

— Сложно, наверное, отцу было? В советское время-то.
— Родился он ещё до войны, в 1937-м, тогда отношения с Германией были хорошие. Кто ж знал, что всё так случится? Но историй никаких не было. В школе его Валерой звали. Так было безопаснее.

Комментарии (0)
Узнавайте о новых статьях первыми

Подпишитесь на рассылку и узнавайте о самых интересных и важных новостях первыми

Введите корректный e-mail
Загрузка
Произошла ошибка. Пожалуйста, попробуйте еще раз.
Спасибо!

Для завершения подписки остался один шаг. Проверьте свою почту.

Партнерский контент