Штранцль: стараюсь извлекать уроки из своих ошибок
Антон Круглов
Комментарии
Австрийский легионер "Спартака" Мартин Штранцль рассказал о своей карьере, планах на жизнь и успехах в постижении "русского характера"

Австрийский легионер «Спартака» Мартин Штранцль в интервью еженедельнику «Футбол» рассказал о своей карьере, первых шагах в
футболе, планах на жизнь и успехах в постижении «русского характера».

О том, как начиналась футбольная карьера: «С семи лет я постоянно играл с ребятами из школы, и мы фактически росли на
футбольном поле. Настолько сыгрались друг с другом, что за шесть лет три или четыре – уже не помню, сколько точно раз, —
становились чемпионами нашей юношеский лиги».

О том, когда появилось желание сделать футбол своей профессией: «Мой дядя говорит, что я его изъявлял еще в глубоком
детстве. Но осознание того, что я действительно могу чего-то добиться в футболе пришло, конечно, позже. Когда мне было
четырнадцать, меня вызвали в сборную Австрии игроков не старше 15 лет. Мы играли против Франции, Германии, Португалии. Я
посмотрел на их уровень и понял, что, для того чтобы расти как спортсмену, нужно уезжать в более развитую в футбольном
отношении страну. И отправился в Германию, в школу „1860 Мюнхен“.

О том, что межу Германией и Австрией в футбольном плане нет ничего общего: „На самом деле ничего общего между немецкой бундеслигой и австрийским чемпионатом нет. Да, люди говорят на одном языке. Но это, пожалуй, единственное сходство. Так что адаптироваться в немецком чемпионате было совсем непросто. Даже на юношеском уровне в Германии всё гораздо профессиональнее. Но для меня это было только к лучшему“.

О том, почему выбрал именно „1860 Мюнхен“: „Они в то время стабильно играли в первой бундеслиге. Не на первых ролях,
конечно, но места в середине таблицы занимали регулярно. К тому же у моего друга были связи в клубе, и он помог мне
перебраться в Мюнхен. Я начал с юношеских команд, потом – дубль, и постепенно дорос до основного состава. В тот год, когда я
заиграл в первой команде, “Мюнхен 1860» провел отличный сезон – занял третье место в чемпионате и попал в квалификационный
раунд Лиги Чемпионов. А потом начались проблемы. Президент клуба участвовал в строительстве «Альянс-Арены», и его обвинили в
хищении денег. Результаты пошли на спад, команда вылетела во вторую бундеслигу, и я решил перейти в «Штутгарт».

О том, является ли «Бавария» принципиальным соперником: «Да нет. „Бавария“, конечно, классная команда, но есть много
других клубов, против которых тоже интересно играть. Что характерно, в самом Мюнхене большинство населения болеет за „Мюнхен
1860“. Именно „львы“ являются старейшим немецким клубом, они выиграли первый чемпионат Германии. „Бавария“ стала побеждать
позже. Конечно, сейчас она самый популярный клуб в стране, но её в основном поддерживают жители других городов».

О том, не жалеет ли, что не остался в «Штутгарте», ведь они выиграли бундеслигу: «Нет. Я был очень рад за ребят, за их
болельщиков. Тем более, что год назад у клуба были серьезные проблемы – сменился тренер, но они смогли достичь такого
результата. Тем не менее никакой зависти или сожаления и в помине не было. Мне тоже есть чем гордиться, ведь „Спартак“ попал
в групповой этап Лиги чемпионов. До этого, за исключением квалификационного раунда, я за девять лет в Германии в этом турнире
так и не поиграл. Это была моя цель, и я был рад, что её достиг».

О том, как решился поменять Германию на Россию: «Все происходило не так быстро, как могло показаться со стороны. В
первый раз я задумался о переходе в „Спартак“ ещё за год до того, как он произошёл. Мой друг посетил один из матчей „Спартак“
в „Лужниках“ и был впечатлен увиденным. Он показал мне фотографии, рассказал о том какой замечательный город Москва, о
красавце-стадионе и о классных футболистах, которые играют в „Спартаке“. К тому моменту я провел девять лет в Германии, и
захотелось сменить обстановку. Когда я получил предложение господина Шавло, посоветовался с женой и решился на переход. К
моменту приезда в Москву, я уже хорошо изучил „Спартак“ — знал историю клуба, историю его болельщиков».

Об уровнях чемпионата Германии и России: «Он не выше. Просто это разные чемпионаты, в которых играют в разный футбол.
В Германии большинство команд очень сильны физически и тактически. При этом предпочитают оборонительную тактику и ждут ошибки соперников. В России же играет немало футболистов, обладающих высокой техникой. И футбол здесь более атакующий. В России не важно, с кем ты играешь – с лидером или аутсайдером, — любая команда стремится первой открыть счёт».

О болельщиках: «Поддержка у нас великолепная. Мне есть с чем сравнить, но даже после Германии то, как болеют за
»Спартак", меня впечатлило. Особенно приятно, что нас поддерживают не только во время побед. Болельщики стоят за нас стеной
всегда, даже в трудные времена. Это потрясающе: когда мы приезжаем в другой город, за нами следуют тысячи людей. Мне это
очень нравится. В Германии, если мы проигрывали одну-две игры, болельщики моментально начинали нас критиковать. Здесь фанаты
совсем другие. Хотя, конечно, нам от них тоже достается. Но это абсолютно нормально. Если болельщиков не устраивает игра
команды, они вправе выразить свое недовольство. Главное, чтобы они понимали, что мы тоже люди и не всегда у нас получается
сыграть так, как хотим.

О первых впечатлениях в России: «Когда я в первый раз приехал в Москву, здесь было очень много снега. И температура
минус 10. Что интересно, воспринималась она не так тяжело, как в Европе. Там воздух более влажный, и холод ощущается намного
сильнее. Так что морозов не испугался. Другое сильное впечатление – это размеры города. Все-таки в том же Мюнхене полтора
миллиона жителей – в десть раз меньше, чем в Москве. У меня уходила уйма времени, чтобы добраться из гостиницы до базы и
стадиона. В Германии больше 15-20 минут на дорогу не тратил».

О месте жительства в Москве: «Мы снимаем с женой квартиру неподалеку от центра. Клуб помог найти очень хорошую
квартиру в Протопоповском переулке, неподалеку от „Олимпийского“. Жене очень удобно добираться до центра, мне – в Тарасовку.
К тому же хозяин квартиры отлично говорит по-английски».

О том, как жена чувствует себя в Москве: «Она очень довольна. Ей нравятся город, условия, в которых мы живем. Правда,
нашему сыну всего несколько месяцев, поэтому она в основном сидит дома. Но как только выдается такая возможность, мы
встречаемся с ребятами из „Спартака“ с их женами, и они отлично общаются».

О том, рассказывал ли экс-спартаковец австриец Эммануэль Погатец о России: «Говорил, что ему очень понравилась Москва
и здесь всё здорово. Единственное, что ему доставляло неудобство, — то, что он жил в Сокольниках и был вынужден перемещаться
на метро и автобусе. У меня таких проблем нет. Я езжу на машине».

О московском движении и пробках: «А я за рулем по Москве не езжу. Нанял водителя. У меня есть права, и могу ездить
сам, но не хочу этого делать здесь. Тут каждый автомобиль ездит по каким-то своим правилам, и не знаешь, чего от кого ждать.
Все торопятся, нужно постоянно смотреть по сторонам. К тому же из-за пробок никогда нельзя сказать, сколько времени потратишь
на дорогу. Один и тот же путь можно преодолеть и за полчаса, и за полтора. Мне удобнее сидеть в это время спокойно рядом с
водителем, отдохнуть немного перед тренировкой или после неё. К тому же мой водитель говорит по-немецки. Он здорово помог мне
освоиться на первых порах, учил меня русскому языку в дороге».

О том, на каком языке общаются в «Спартаке»: «Русский. На нем проходят все тренировки, по-русски мы общаемся на поле и
вне его. Многие говорят, что у „Спартака“ интернациональная защитная линия. Однако мы все, включая Плетикосу говорим на одном
языке – на русском».

Об уровне владения русским языком: «Русский я начал учить сразу. У нас с женой был учитель, который на первых порах с
нами занимался. Потом, когда супруга забеременела и уехала в Австрию, я какое-то время жил на базе и там практиковался в
языке с партнерами по команде. Сейчас ребята говорят, что мой русский уже вполне нормальный, но, по-моему, надо над ним ещё
работать. Чувствую, что ошибок делаю ещё много. Хочется иметь возможность изъясняться не только в команде, но и в магазинах,
ресторанах».

О том, что надо приспосабливаться к условиям: «Если ты приехал в другую страну, ты должен учить язык. К тому же
русская молодежь в большинстве своём активно учит английский и говорит на нём вполне прилично. А то, что старшее поколение не
говорит по-английски, вполне объяснимо. Но для меня это не проблема – русский я понимаю, если только говорят не очень
быстро».

О том, какую музыку слушает: «Разную. В основном хард-рок. Но иногда могу попсу послушать или хип-хоп».

О любви поиграть в боулинг и гольф: «Да, я это люблю. Даже в Москве три раза выбирался в боулинг вместе с женой.
Играли в „Атриуме“ на Курской. А вот с гольфом сложнее. Недалеко от Москвы, как я знаю, есть уже два поля для гольфа, но
времени туда отправится просто нет. На это нужно минимум пять-шесть часов, а я лучше проведу это время рядом с женой и
ребенком».

О персональном рекорде в боулинге: «Однажды набрал 210 очков».

О соревнованиях с женой в боулинг: «У жены, конечно, в основном выигрываю. Но не всегда. Бывает, что ей удается иногда
победить».

О том, с кем больше всего общается в «Спартаке»: «Стараюсь поддерживать хорошие отношения со всеми футболистами, но
больше всего общаюсь c партнерами по обороне – Иранеком, Ковачем, Шоавой, Шишкиным. Конечно, не только с ними. Несколько
месяцев назад мы с ребятами играли по Интернету. Разделились на две команды, и тогда я играл с Дзюбой, Ребко, Быстровым».

О том, какие «бонусы» приносит факт, что Шавло и Черчесов немало времени пробыли в Австрии: «Нет, никаких „бонусов“
мне это не приносит. До перехода в „Спартак“ я не был с ними знаком, так что никаких преимуществ перед остальными не имею.
Разве что иногда на тренировках, когда я чего-то не понимаю, могу обратиться к Станиславу Саламовичу по-немецки, и он
поясняет задание».

Об улучшении совей игры: «Я стараюсь извлекать уроки из своих ошибок. В прошлом году я допустил достаточно много
ошибок, особенно в Лиге чемпионов. Меня много критиковали в прессе, но я старался не забивать этим голову и сосредоточлся на
следующих матчах. Я вообще спортивную прессу нечасто читаю и на оценки, которые выставляют мне журналисты, внимания не
обращаю. Для меня главный критерий оценки – слова тренера и болельщиков. Прислушиваюсь только к ним. Поэтому я
сконцентрировался на тренировках, чтоб такого больше не повторялось».

О том, как складываются дела в сборной: «Мы уже чувствуем приближение домашнего чемпионаты Европы, и напряжение постепенно растет. Хотя, конечно, будет нелегко. Год назад состав команды серьезно обновился, пришли молодые ребята. Сейчас у них в активе всего по 8-10 игр за сборную, и опыта пока не хватает. Но в сложные периоды как раз и приобретается опыт. Мы активно готовимся показать на чемпионате Европы всё, на что способны».

О желаемом результате на Евро-2008: «Любой турнир, в котором я участвую, я хочу выиграть. И все наши ребята хотят того же. Многие говорят, что мы сумасшедшие. Но ведь мы же спортсмены. И если не хотеть выиграть чемпионат, зачем тогда вообще в нём участвовать? Посмотрим, что из этого получится. В футболе бывает всё, что угодно».

Комментарии