Хиддинк хотел выгнать меня из сборной
«Чемпионат»
«Перед матчем с Англией Хиддинк хотел выгнать меня из сборной»
Огненное интервью с Романом Павлюченко – о том, как Черчесов угрожал Дзюбе, а в «Тоттенхэме» пихали Бэйлу.
Футбол 0

Павлюченко – удивительный персонаж. Вроде уже дал тысячу интервью, а всё равно каждый раз новые истории. И какие!

«Забили Саламычу три – и Дзюба как начнёт смеяться!»

— Недавно вы выложили в «Инстаграм» фотографию с ван дер Саром, которого встретили на отдыхе вместе с другом Торбинским. Он вас узнал?
— Я сам его сначала не узнал! Его Димка увидел: «Смотри, ван дер Сар». Он был с семьёй — с женой и двумя сыновьями, такими же высокими, как он сам. Я подошёл к нему и говорю: «Привет, как дела?» На своем английском, он у меня хороший (смеётся). Спрашиваю: «Помнишь меня? Вот ещё Дима Торбинский». Он сначала так неуверенно ответил: «Да, конечно…». Я решил уточнить: «Я тебе забивал на Евро-2008. Я первый гол, а Димка – второй». Тогда он сразу: «А-а-а, всё! У вас классная команда была».

— Если сравнить её с той сборной, которая в 2018 году дошла до четвертьфинала ЧМ, – какая сильнее?
— Мне кажется, наша. В том числе по составу. Да и игры были посерьёзнее. Греки, шведы, голландцы… Понятно, что Испанию в тот момент нереально было обыграть, даже прыгнув на три головы выше: её уровень был космос.

— В нынешней сборной лидер – Дзюба. Он начинал в «Спартаке» ещё при вас.
— Я тогда не думал, что он дорастёт до капитана сборной. Его по арендам отправляли: в Томск ездил, ещё куда-то. Я думал, он на таком уровне и останется – из-за того что такой разгильдяй, много разговаривает. Помню, как они с Саламычем закусились!

— Так-так.
– Дзюба же любит в воротах стоять. Мы били серию, забили ему несколько подряд. А Саламыч встал и говорит такой: «Ха! Дай мне перчатки!». Ну, надел он их, а Дзюба взял мяч и пошёл бить первым. Черчесов серьёзно так встал, покрестился, штанги обнял. И тут первые три удара, и все залетают. И в этот момент Дзюба начинает хохотать. Саламыч тут же снял перчатки, бросил их и говорит: «Ты у меня посмеёшься!». После этого стал к нему чуть по-другому относиться – мог на тренировке накричать, подкалывал постоянно. Но видите, как сложилось, – капитан у него теперь.

– Дзюба все три тогда забил?
– Нет, он просто бил первым. Не помню точно, кто вторым. Кто-то из молодых, Прудников, что ли.

– Они, кажется, тоже не ладили между собой…
– У них до сих пор что-то не так. Ну, Прудникова все знают. Он говорил Дзюбе: «Я буду играть везде, а ты нигде не будешь!». А всё получилось наоборот. Один ездил по командам, а другой стал капитаном сборной. А в молодости они были примерно одного уровня.

Виллаш-Боаш вернулся из Китая. И сразу хочет Дзюбу
В сфере интересов ещё один форвард, который играл в «Зените».

«Жду, когда Черчесов придёт в гости, но пока не заходит»

— Вы до сих пор играете – в ЛФЛ. Трудно бросить?
— По-хорошему, я закончил. Там играю для себя. Надо поддерживать форму, двигаться. Резко бросать нельзя. У меня друзья в Ногинске, у них своя любительская команда. Они хотят на следующий год заявиться во вторую лигу, попросили меня за них поиграть, чтобы люди на стадион приходили. Там ещё Сашка Шешуков играет. Я приезжаю только на домашние игры – два раза в месяц. Провожу на поле когда тайм, когда всю игру. Плюс с друзьями в «Лужниках» собираюсь по вторникам и четвергам, если получается. Хотя по большому счёту я наигрался.

— Хватит?
— У меня есть друзья, которые недавно закончили и реально воют – им тяжело. Говорят, не хватает сборов, перелётов, тренировок, ежедневного общения. У меня такого нет. Может, потому что трое детей – некогда валяться на кровати. Вожу в садик, школу. Дел хватает. У меня же жена бизнес-вумен – я сейчас как личный водитель (улыбается).

– Чем занимается?
– Недвижимостью. Покупает квартиры, делает ремонт, перепродаёт, сдаёт, что-то открывает… Ещё у нас есть ресторан грузинской кухни в Ставрополе.

– Прибыльная история?
– В принципе, идёт хорошо. Ресторан всегда полный. Повар у нас грузин, всё везём оттуда – напитки, вино. Плюс у нас помещение в собственности, мы за аренду не платим. В Москве, чтобы стать прибыльным, нужно сделать лучше, чем у Новикова.

Фото: Алена Сахарова, «Чемпионат»

– Как управлять рестораном на расстоянии?
– В Ставрополе живёт родная сестра Ларисы, она с мужем за всем следит. Мы периодически летаем, всё проверяем, смотрим.

– Советовались с Игнашевичем, Самедовым или Комбаровым перед тем, как начинать?
– Не-не. А про Комбаровых и их ресторан «Ромашка» мы-то всё знаем (улыбается).

– Вы так улыбнулись. С рестораном «Ромашка» что-то связано?
– Да не. Нормальный был ресторан – я пару раз заходил. Просто место там своеобразное.

– Что не так?
– А вы не были там никогда?

– Нет.
– Ресторан трудно найти, трудно добраться. Когда я туда первый раз попал, вокруг много бомжей ходило. Хотя кухня неплохая была. Вот у Самедова мне нравится. Мы живём там недалеко, в Сокольниках. Удобно, близко.

— В вашем доме Черчесов, кажется, живёт.
— А ещё Погребняк, Нигматуллин. С Русланом часто пересекаемся на парковке – у нас машины рядом стоят.

— Черчесов на рюмку чая не заходил? Он, помнится, обещал это сделать после ваших горячих высказываний про Ари и его приглашение в сборную.
— Я вот сам жду, когда он в гости придёт. Но пока так и не пришёл (улыбается).

Станиславу Черчесову — 55!
А вы помните наставника сборной России таким?

«Я улетел на выезд, а Карпин поехал уговаривать Ларису»

– Вы рассказываете про бизнес, постоянные дела. Неужели футболист вашего уровня к 37 годам не накопил столько, чтобы не работать всю оставшуюся жизнь?
– Мне просто повезло – у меня жена-умница. Сейчас у молодых ребят с этим большие проблемы. Много таких львиц крутится, что футболисты потом спиваются и без всего остаются. У меня жена выходила замуж не за Павлюченко, а за простого Ромку, без имени и денег. Мы с ней с шестого класса вместе: как сели за одну парту, так и идём дальше по жизни.

– Случайно сели?
– Это было единственное свободное место, когда я пришёл в класс. Судьба.

— У Ларисы же есть сестра-близняшка.
— Раньше их вообще было не отличить. Одевались одинаково, причёски одни и те же. Сейчас всё-таки немного отличаются друг от друга. Хотя мама их и сейчас путает. А я наощупь различаю (смеётся).

– Божович говорил, что любая женщина хочет быть боссом в доме. Согласны?
– Да. У меня жена сильная, умная – юрист по образованию. Может, и были случаи, когда я сам принимал какое-то решение, но в основном советуюсь с ней. И, главное, всё правильно советует! Это я могу не подумав согласиться. А она всё взвешивает, оценивает. Я, как говорится, подкаблучник (смеётся). Не стесняюсь этого.

– Кажется, был случай, когда вы не хотели ехать в «Тоттенхэм» и Карпин приехал уговаривать Ларису.
— Чистая правда. Я улетел играть на выезд. Он приехал в восемь утра к нам домой за город. У Ларисы глаза округлились, когда увидела его. Не знаю, как он адрес узнал. Пробил, наверное. Начал её уговаривать, потому что в первый раз я отказал. Меня в «Спартаке» всё устраивало, и я не хотел уходить. Но за меня предлагали большие деньги. Видимо, Валерий Георгиевич обрадовался – поэтому и начал упрашивать Ларису (смеётся).

– Что говорил?
– Что сам в Испании играл, знает, что это такое. Я, кстати, благодарен ему, что он смог жену уговорить, а потом и она меня. Были сомнения, ведь у нас ребёнок, а там другой язык, менталитет. Решили попробовать – Лариса говорила, что вернуться всегда можно, в тот же «Спартак».

— В деньгах проиграли?
— Контракт был примерно таким же. Я сейчас говорю о зарплате, которую получал на руки, за вычетом налогов. Подъёмные были хорошие. Зато премиальных – таких как в России – не было. Но главное – я почувствовал, что такое английский футбол. Не жалею, что уехал в Англию. Жалею лишь, что вернулся, – я не хотел. Но Адвокат говорил, мне нужна постоянная практика, если хочу попасть на Евро-2012. А в «Тоттенхэме» её не было.

В «Тоттенхэме»

В «Тоттенхэме»

Фото: Scott Heavey/Getty Images

– Наш футбол после АПЛ совсем не то?
– Да, когда увидел опять полупустые трибуны, искусственные поля – содрогнулся. А если ещё идёт снег и выходишь играть в минус десять – вообще труба. Хотя кто его знает, как бы у меня всё сложилось, если бы остался в Англии? Может, провалился бы. Хотя я и в «Локомотиве» потихоньку начал затухать.

– С Билялетдиновым было то же самое после АПЛ. Неужели так сложно переключаться на наши реалии?
– Надо было Билялетдинову возвращаться в «Локомотив», а мне – в «Спартак». А так, я пришёл в «Локо» и попал не в свою команду. Бывает такое: вроде всех знаешь, но всё равно не твоё. Не могу сказать, что полюбил этот клуб так, как «Спартак». Да, в «Локо» я тренировался, играл хорошо, но не было такого, чтобы внутри ёкало.

– Как вас убедила Смородская?
– «Локомотив» давал за меня 12 миллионов евро. Я разговаривал с Карпиным, и он сказал, что «Спартак» может дать за меня максимум 8-9 миллионов. Ну а в «Тоттенхэме» пояснили: «Мы за 18 тебя купили, а теперь отдавать за 9 тому же «Спартаку»? Не пойдёт». Красно-белые хотели меня вернуть, но Ольга Юрьевна дала больше.

– Как вам работалось с ней?
– Да отлично. Понятно, что болельщики её не любили, но это женщина, которую в чём-то можно сравнить с Галицким. Который каждый день с командой – всё о ней знает, переживает. Вот такая она была. Приезжала каждый день на базу, тренировки смотрела, спрашивала, что нам надо купить. Жила командой.

– Вы серьёзно сравниваете её с Галицким?!
– Ну, я про отношение к делу говорю. Да и по быту у нас всё нормально было. Команда летала на хороших самолётах, питание было отличным, сборы тоже. Я вспоминаю первые сборы при Гусе в сборной – он тогда реально содрогнулся.

С Ольгой Смородской

С Ольгой Смородской

Фото: Дмитрий Голубович, «Чемпионат»

— Кажется, его гостиница не устроила?
— Сначала его шокировал самолёт. Мы полетели на Як-42. Когда Гус зашёл и всё это увидел – узкий проход, потрёпанные сидения, он сразу воскликнул: «What?!». Сказал потом Мутко, чтоб таких самолётов больше не было, – с этого момента летали на «боингах». То же самое с гостиницей. Нас в Сочи поселили в пансионате уровня 1980-х годов СССР. Гус, помню, долго не мог понять, как там выключается светильник. В итоге накинул на него одеяло, чтобы приглушить свет. На следующий день мы собрались и переехали в пятизвёздочный отель.

«Пенальти англичанам должен был бить Игнашевич»

– Самый обаятельный тренер, с которым вы работали?
– Как раз Гус. Мой любимый (улыбается).

— Помните, как на сборах он показал команде средний палец?
— Конечно. Мы ехали на автобусе, а он с другими тренерами – на велосипедах. Поравнялись с нами, и он с улыбкой показал. Мы посмеялись. С Гусом было весело. Вот если бы Станислав Саламович показал средний палец, да ещё и не улыбался бы при этом, это было бы серьёзно!

– История, связанная с Хиддинком, которая запомнилась больше всего?
– Был случай перед матчем с Англией в «Лужниках». Мы жили в гостинице на Садовом. За день до игры нас отпустили домой, но все должны были приехать на ужин. Я был единственным, кто опоздал и отсутствовал.

– Почему?
– Встал в пробке. Позвонил Бородюку, объяснил, что опаздываю. Он мне сказал бросить машину прямо на улице и садиться в метро, потому что Гус такого не любил. На ужине должны быть строго все. А как я машину брошу? Я в метро за всю жизнь два-три раза ездил, не люблю его, мне лучше в пробке постоять. Бородюк сказал: «Ты что, завтра игра серьёзная, Англия!». В итоге я опоздал.

– Влетело прилично?
– Гус меня вызвал, злой. Только потом я узнал, что он не хотел меня включать в заявку. Думал домой сразу отправить. Но Бородюк и Корнеев сказали ему: «Гус, ты чуть-чуть успокойся, игра важная, может, он выйдет и забьёт. Дай ему шанс». В прошлом году, когда Хиддинк приезжал в Москву, мы виделись. Он мне эту историю как раз и напомнил. Говорит: «Вот какой я молодец был, что не отправил тебя домой!».

– Когда вы забивали победный мяч англичанам, Аршавин 30 секунд стоял у рекламного щита просто так. Боялся офсайда или хотел подловить вратаря, как в матче за Суперкубок с «Локомотивом»?
– Не знаю. Если бы он вошёл в поле, думаю, офсайда не было бы. Может, просто интересно было, что произойдёт дальше? Но это хорошо, что он там стоял. А то побежал бы, мяч начал хватать, и не забили бы (смеётся).

– Согласны, что это ключевой матч в вашей карьере?
– Если бы я не забил пенальти, меня бы отнюдь не на руках носили после той игры… А так — вы не представляете, что происходило после матча. Я домой попасть не мог. Море корреспондентов приехало, все встали у подъезда. Первый канал, НТВ…

– Почему именно вы били пенальти англичанам?
– Должен был Игнашевич. Так решили перед матчем. Но он не решился. Посмотрел на меня и сказал: «Нет, иди лучше ты». Ну я и пошёл. Кому-то ведь надо было бить.

Пенальти в ворота Англии…

Пенальти в ворота Англии…

Фото: РИА Новости

Игнашевич: мне пора в свободное плавание
Придя в гости к «Чемпионату», легендарный футболист сделал важное заявление. И объяснил свои мотивы.

— Не так давно вы выложили в «Инстаграме» фотографию с этого матча с подписью «Как быстро летит время».
— Быстро пролетело, правда. Казалось бы, недавно началась карьера. А тут бац – и закончилась.

«Если ошибся, Баранов тебя по полной программе оприходует»

– Это правда, что из «Ротора» вы должны были перейти в ЦСКА, а не «Спартак»?
– Правда. Мы с защитником Ромой Романовым даже приезжали в Москву к Гинеру. Пообщались, договорились и вернулись в Волгоград. И тут Горюнов (президент «Ротора». – Прим. «Чемпионата») вызывает нас: «Вы что, обалдели? Что это вы, согласились? Как так?» Потом опять полетели в Москву вместе с помощником Горюнова Шохом, извинялись перед ЦСКА. Правда, Гинера на той встрече уже не было. Объясняли, что мы отказываемся переходить, хоть сначала и договорились. Но мы же ничего не подписывали. Горюнов мне потом сказал: «Я не хотел, чтобы ты играл за ЦСКА». А вскоре после этого я перешёл в «Спартак».

– Там быстро договорились?
– Когда «Ротор» играл со «Спартаком», президентом был Червиченко. Меня поменяли после первого тайма, я поднялся наверх, и там сидели как раз Червиченко, Горюнов и Шох. И всё, за пять минут решили, что я поеду. Кстати, с Горюновым у меня были хорошие отношения. Его сына, которого убили, тоже звали Рома. И относился он ко мне именно как к сыну, любил меня, говорил, что я похож на него. Но после того как я ушёл в «Спартак», отношение поменялось. Он рассказывал футболистам, что я негодяй, бросил команду, ушёл. Я не понимал почему. Он ведь сам меня продал. После этого мы перестали общаться. Я уехал и больше не видел его.

– Вы застали последний период романтики русского футбола. Что ещё из того времени вспоминается?
– Мы по 8 месяцев не получали зарплату и жили счастливо: и собирались командой, и в ресторанах были, и на теплоходах катались. Всё было хорошо. Сейчас другое время, конечно. Мы не думали, кто сколько получает, играли ради футбола, а не ради денег.

Фото: Алена Сахарова, «Чемпионат»

– 8 месяцев без зарплаты — и вы не ходили к начальству разбираться?
– Может, просто молодые были… Понятно, что такие футболисты-ветераны, как Есипов и Зубко, поднимали вопросы. Но мне-то тогда 18 лет было, мне-то куда лезть? Я всё спокойно воспринимал. Дали экипировку и бутсы – всё, моя задача играть. Сейчас в похожей ситуации 18-летние уже не выйдут просто так на тренировку. Скажут – давайте денег, тогда только выйдем.

– Вы чуть-чуть поработали под началом Романцева.
– Полгода всего. Мало прочувствовал. У него тогда была явная вражда с Червиченко. Команда развалилась, шла в середине таблицы. Мы чувствовали, что Романцеву остались считаные дни. У меня за полгода не было с ним ни одного разговора один на один. Возможно, он не хотел видеть меня в команде. Меня ведь брал Червиченко, я был его креатурой. Первый раз я пообщался с Романцевым, уже когда был игроком «Тоттенхэма».

– Это где вы пересеклись?
– В Тарасовке. Приехал в сборную на отборочные игры, и мне нужно было неделю с кем-то тренироваться. Карпин был главным тренером, и я занимался со «Спартаком». Романцев был консультантом. Он увидел меня и очень тепло обнял — будто я с ним 9 раз чемпионом России стал (смеётся).

– Что он тогда сказал?
– Про Англию спрашивал у меня, про тренировочный процесс, рабочие моменты. Как мне там живётся, как тренируется.

– Вы в каком-то интервью сказали, что боялись его.
– Да для меня вообще тогда всё в диковинку было. Я молодой, а в команде Ковтун, Баранов, Парфёнов, Титов, Калиниченко… Я их до этого по телевизору видел. Мечтал приехать в Тарасовку и потренироваться с такими футболистами. Конечно, для меня был шок.

«Я молодой, а в команде Ковтун, Баранов, Парфенов, Титов, Калиниченко…»

«Я молодой, а в команде Ковтун, Баранов, Парфенов, Титов, Калиниченко…»

Фото: РИА Новости

– Баранов гонял вас?
– Вася всех гонял. Это отдельная тема. Он молодых травил, ребята боялись ошибиться на тренировках. Если ошибся – то всё, Вася тебя по полной программе оприходует… Он делал всё с шуткой, на самом деле он добрый, хороший, весёлый. Никого не бил. Но мог словами морально уничтожить (улыбается).

– Вы тогда сдружились с Торбинским?
– Да, с Димкой, с Сашкой Самедовым. До сих пор семьями общаемся.

– Торбинский провёл последний сезон в «Енисее». Не спрашивали у него, что пошло не так?
– Как-то хотел спросить, а он: «Ты у меня лучше о «Енисее» не спрашивай». Поначалу ему вроде нравилось, потом понял, что это не то, к чему он так привык. Понятное дело, команда на последнем месте. Потом у него какие-то разногласия с Аленичевым и Титовым пошли, вражда… Забавная история: недавно мы были в Испании и заехали в один храм. Там подходили к иконе Божьей Матери. А потом я спросил его: «Торбусь, ты что у неё попросил? Может, чтобы «Енисей» вернулся в Премьер-Лигу?». Он такой: «Не-е-ет!»

– Расскажите какую-нибудь историю из спартаковского периода, которую вы не рассказывали раньше.
– Помню, как отмечали победу над «Слованом». Мы вышли в групповой этап Лиги чемпионов, а я забил победный мяч. Жёнам сказали: «Простите, едем праздновать». До утра гудели. Пели, танцевали. Там вообще в чём история? Один болельщик поставил на наш выход большие деньги. В итоге выиграл огромную сумму – миллионы евро. Тот болельщик общался с Титовым, и Егор после игры сказал: «Нас всей командой приглашают в ресторан – всё оплатят». Выезжаем со стадиона, а там нас уже ждут большие лимузины. Пересели и поехали отмечать. Столько народу – пьянка, гулянка.

– Много тусовались во время карьеры?
– Если человек хорошо играет, это не проблема. Помню, я был в «Спартаке», и мы в самолёте играли в бридж. Мимо проходил Романцев. И он рассказал одну историю. Как-то на базе за день до важной игры он зашёл в подвальчик в два часа ночи, а там футболисты сидят, в карты играют. Он хотел им что-то сказать, но они его опередили: «Не волнуйтесь, Олег Иваныч, идите спать, завтра всё будет хорошо». И ведь выходили потом, грузили три-четыре — что ты им скажешь?

– Это какое поколение?
– Цымбаларь, Юран – вот их поколение. Поэтому Романцев и нам тогда сказал: «Играйте, но чтоб результат был!».

«Самое страшное начиналось потом…» Секреты работы Романцева
О том, как он выбирал состав на игру и в какие моменты время для него словно бы останавливалось.

«Я злился на Реднаппа и забивал на злости»

— Сергей Ребров назвал самым подлым защитником, против которого он играл, Стюарта Пирса: «Для него все средства были хороши. Пока стоишь без мяча, запросто мог подойти, отдавить тебе ногу, да ещё и матом обложить». Кого назовёте вы?
– У нас в «Тоттенхэме» был Ассу-Экотто, вот он вообще отморозок! Ему не было дела – звезда, не звезда. Модрича выносил только так. Помню, у нас была предыгровая тренировка накануне матча, так он ему как всадил – я думал, ноги в разные стороны разлетятся. Ассу-Экотто ещё катился так: одной ногой в мяч, а другой – в колено. Чтобы уж наверняка. Реднапп остановил занятие и говорит: «Ты что?! Завтра важная игра, а Модрич – наша ключевая фигура. Не делай так!». Отвечал: «А что, я защитник, это мои ворота – пусть сюда не бежит даже». Ему было вообще всё равно. Сначала врежет, потом подойдёт: «Сорри, сорри». Затем второй момент и опять – бам! Через его зону боялись атаковать, он реально сломать мог.

– Поняли, что у него было в голове?
– Он говорил, что ему футбол неинтересен. Главное, чтобы кормили и платили зарплату, а на футбол вообще по фигу. Но он был сумасшедшим защитником. Тренировался идеально, хотя и выходил на занятия в разных бутсах.

– Правда, что Модрич тот ещё тусовщик?
– Это кто сказал? Он очень скромный парень. Да, могли что-то отметить с командой, некоторые футболисты пили водку. Англичане вообще это любят – им приносят 15-литровые бутылки вперемешку с «Ред Булл», но это нормальная история. Кто-то пиво, кто-то вино. Но сказать, что он тусовщик… Главное, что футболист крутой! Модрич – человек с глазами на затылке. Вообще не ошибается. Просто беги, а он будет тебе отдавать. А Бэйл – тот вообще машина. Лось. Сейчас у него, правда, с «Реалом» не совсем складывается.

– А он какой в жизни?
– Ещё скромнее, чем Модрич. Вроде суперзвезда, а когда пихаешь ему, молчит, ничего не ответит даже. Поначалу ведь, когда Бэйл выходил на поле, болельщики свистели, просили не выпускать его. Начинал переодеваться, и сразу «бу-у-у-у!».

— Это почему?
— Я тоже не сразу понял. Оказывается, была серия, когда «Тоттенхэм» проигрывал в каждом матче, если Бэйл выходил на поле. 10-15 игр подряд! Когда я пришёл, у нас в девяти играх была 1 ничья и 8 поражений. В итоге Рамос ушёл, а при Реднаппе всё изменилось.

– Реднапп вам не доверял. Почему?
– Он привёл в «Тоттенхэм» своих футболистов. Они вместе проделали долгий путь: куда он, туда и они. Они вместе в «Портсмуте» были. Это нормальная ситуация, у нас тоже такое бывает.

– При этом фанаты к вам хорошо относились. Мы недавно были на финале ЛЧ и видели болельщиков «Тоттенхэма», которые скандировали вашу фамилию.
– Приятно. Я забил за «Тоттенхэм» 42 мяча. Считаю, хороший результат. Когда пришёл Реднапп, а вместе с ним Крауч и Дефо, я перестал играть. Если всё-таки выходил на поле, то постоянно забивал. Не знаю почему, но болельщики очень не любили Крауча, хотя футболист он обалденный. Мне нравился его стиль: скорости нет, но техника сумасшедшая. Складывался, бил любые мячи. А фанаты его не любили. Хотели, чтобы я играл – песни пели, просили, чтобы меня выпустили. Когда они затягивали песню про СуперПава, сразу понимал, что скоро выйду. Мне до сих пор в «Инстаграм» пишут многие болельщики «Тоттенхэма», спрашивают: как дела, когда вернёшься?

– У вас были разговоры один на один с Реднаппом?
– Да. Когда я перестал попадать в заявку, приезжал на базу, подходил к нему и спрашивал, в чём дело. Он мне как-то сказал: «Если хочешь выходить в старте каждую игру, ты должен забивать в каждом матче». Но это же нереально. Я так ему и сказал. Когда я выходил и забивал, он меня ставил на следующую игру. Потом я не забивал, и он снова меня сажал.

– Партнёры вас поддерживали?
– Да. Ко мне Дефо подходил и говорил, что хочет играть в паре со мной, а не с Краучем. Ему нравилось, когда мы вместе играли. В чём-то позиция Реднаппа мне даже помогла. Я злился и выходил на злости, забивал.

Фото: Алена Сахарова, «Чемпионат»

«Квартиру обокрали, а потом все охранники уволились»

– С «Тоттенхэмом» до сих пор себя идентифицируете? Болели за него в финале ЛЧ?
– Да, смотрю, если получается. В финале, конечно, за них переживал. Там даже есть футболисты, которых я застал: Роуз и Кейн. С Роузом мы вместе играли, а Кейн был ещё молодым при мне.

– Каким он запомнился?
– Никаким вообще. Вот клянусь. Обычный парень тренировался. Скорости нет. Ну удар был хороший. В Лиге Европы выступали с ним, а в чемпионате вместе не играли. Сидел на замене. Это ведь часто вопрос в доверии тренера. Пришёл новый, который стал его ставить, – и пошло. А на тот момент – рядовой футболист. Когда он начал забивать, я был в шоке. Говорю: «Как он так может?»

– В курсе, что случилось с Ленноном?
– Читал, что он попал в больницу.

– С психическим расстройством.
– Я знал его спокойным парнем, неагрессивным.

– В новом сезоне «Тоттенхэму» светит выиграть трофей?
– Думаю, что за чемпионство могут побороться.

– Говорят, Бэйл может вернуться в «Тоттенхэм».
– Тем более если ещё и он придёт.

– Вы выкладывали в «Инстаграме» футболки Модрича и Бэйла…
– Чарли привёз (Чорлука. – Прим. «Чемпионата»). Он улетал в сборную, и я попросил майку Модрича. А он привёз мне ещё и Бэйла. Гарет там сделал подпись, что скучает по мне, а Модрич написал – для СуперПава! Я же коллекционирую футболки. Мне жена сделала специальную комнату: там медали, кубки, фото, майки под стеклом. У меня разные – от Трифонова, с которым играл в «Роторе», до Месси.

Фото: из архива Романа Павлюченко

– Месси через кого достали?
– Я же за «Тоттенхэм» играл в товарищеском матче против «Барселоны». О, ещё помню, как Пуйоль отдал футболку после полуфинала Евро-2008. Сам ко мне подошёл после финального свистка и предложил поменяться. Сказал, что я хороший футболист. А после открытия ЧМ-2018 столкнулся с ним и Касильясом у лифта в «Лужниках». Встали лицом к лицу. Я поздоровался, и он заулыбался, узнал, вспомнил.

Россиянин собрал более тысячи игровых маек. Мбаппе и Роналду тоже есть
Вы удивитесь, из какого он города.

– Футболок накопилось больше сотни?
– Да, часто менялся. Правда, в какой-то момент мою квартиру ограбили и забрали много маек.

– Как это произошло?
– Я был на сборах, а жена с детьми – в Греции. Забрали вещи, золото.

– Речь про тот самый элитный дом в Сокольниках?
– Да. Провернули через охранников в 3:00. Потом смотрели видео из лифта – едут в моих вещах, с сумками. Армяне. На следующий день все охранники уволились. Их начали искать. Один по паспорту в 400 километрах от Москвы. Другой – 800 километров. На камерах было видно, как они запускали грабителей.

– Нашли их?
– Да какое там! Мы после этого установили дома сигнализацию. Её не было изначально. Нам казалось, есть же охрана у дома.

«Спартак» проиграл, а я ору от радости!»

– Болельщики присылают нам вопросы. Вот некоторые из них: планируете ли вы ещё детей, в частности мальчика? Или будет как в фильме «Приключения итальянцев в России»? (Александр Демьянов)
– Не знаю. Никогда не думал, что у меня будет трое детей! Думал, двое – это самое то. Пацана не хочу. Если будет четвёртый ребенок, то хочу девочку. А там уже как бог даст. Пока не планируем. Сейчас придёшь домой – шум, гам, орут, дерутся. Ну, как дерутся: сидят вместе, вроде что-то рисуют. Через пять минут уже крики. Одна бежит: «Она меня бьёт!» У них там это постоянно.

– Ещё вопрос от болельщиков: топ-3 ассистентов, с которыми вы играли? (Максим Жилябин)
– Двух сразу назову: Модрич и Титов. Это футболисты, с которыми я кайфовал на футбольном поле. Третий? Ну, наверное, Широков в сборной.

– Есть ли среди футбольной молодёжи новый Павлюченко? (Андрей)
– Который мало бегает и много забивает? (Смеётся.) Не знаю! Сейчас что-то все много бегают, но мало забивают. Нет, наверное. Пускай бегают дальше.

– Хотите ли стать тренером? (Дима Ананин)
– На сегодняшний день – нет. Нет такой тяги. Я пошёл учиться. Потом поговорил с Лексаковым, и он сказал мне, что нет смысла делать это без конкретных планов: получу лицензию, просижу с ней, потом пересдавать, опять платить… Сейчас столько специалистов выходит – пачками! И все без работы. Я для себя тоже решил: если будет какое-то предложение, или сам пойму, что пора, тогда можно идти и одновременно учиться. Но сейчас я настолько ушёл от футбола…

– Насколько?
– В прошлом году меня позвали экспертом на телевидение на дерби «Спартак» — «Локомотив». Задают вопрос: «Кто может заменить Рассказова? Назовите футболиста». А я не знаю. На днях тоже просили прийти перед туром. Отказался, потому что я половину футболистов РПЛ не знаю. Времени нет: утром уезжаешь, вечером приезжаешь. Футбол смотрю, но далеко не всё. Перестал следить, кто куда пришёл, кто ушёл. Я когда вижу, что футболист в какой-то команде, думаю: «О, господи, когда он там оказался?». Вот, Кудряшов, например. Когда увидел, что он надевает майку «Сочи», просто офигел.

– А агентом стать никогда не думали?
– Когда уезжал в Англию, начал сотрудничать с Олегом Артёмовым. Помню, Олег машины менял как перчатки, а я всегда ему говорил: «Место держи, вот закончу сейчас, и будем вместе работать!». Но он уже не так активен, у него другая работа есть, а от агентских дел отходит. Мне кажется, это своя кухня: нужна команда, без неё ты не сможешь двигаться.

– Этот мир страшен? Криминал, бандиты…
– Сейчас – нет. Это в 90-х убивали. Футболиста переманил – убили.

– Кто заказал и убил Тишкова, до сих пор неизвестно.
– А вспомните ситуацию с Веретенниковым – ушёл футболист, и потом его кислотой облили. Сейчас такого нет. А те, кто был агентом раньше, теперь главные – рулят. Это такой «свой» бизнес. Как в Испании с такси.

— С такси?
— Когда мы были там, нам рассказывали, что такси – бизнес, который передаётся кланами из поколения в поколение. Обычный человек туда попасть не может, только родственник. Вот и агентская сфера в России – это своя тусовка, которая всем рулит.

– Ещё вопрос от читателя: зачем Андрюша Аршавин ушёл в комментаторы? (Александр Емельянов)
– Не знаю. Может, там нормально платят… Он в студии хорошо выступает, его интересно слушать. Но как комментатор он мне не нравится. Голос у Андрюхи не очень (улыбается).

– Важный вопрос спустя годы. Победа хорватов над англичанами – подарок судьбы или заслуженная путёвка на Евро? (Александр Семыкин)
– Наверное, подарок судьбы. Мы не заслуживали выхода: обыграли Англию и проиграли Израилю. Хотя было много разговоров, что игру купили. Мы выходили, думая, что сейчас всё будет легко. И проиграли! Наверное, так судьба распорядилась, что нам выпал шанс. Хотя мы уже не рассчитывали на хорватов, думали, что в пролёте.

– А как вы узнали об их победе?
– Матч с Андоррой я пропускал из-за травмы. Поехал в расположение «Спартака». Там была товарищеская игра, которую я смотрел с трибуны. «Спартак» проиграл, садимся в автобус, Саламыч сидит злой на переднем сидении, а мы рядом на улице. И тут матч заканчивается со счётом 3:2, хорваты выигрывают, и мы выходим… Я как начал орать, обниматься с кем-то. В этот момент посмотрел на лобовое стекло автобуса и увидел взгляд Черчесова. Понял, что надо уходить. С Саламычем шутки плохи! (Смеётся.)

Беседовали: Максим Еремин, Полина Куимова, Григорий Телингатер, Денис Целых, Дарья Юрко.

Комментарии (0)
Рекомендуем вам
Партнерский контент
Рекомендуем вам