Показать ещё Все новости
Давыденко: для меня сейчас теннис – как будто другой мир
Даниил Сальников
Николай Давыденко
Комментарии
Николай Давыденко – о рождении сына, желании отдать дочь в теннис, успехе россиян в матче с Испанией и шансе вернуться в Мировую группу.

Фоторепортаж с автограф-сессии российских теннисистов

После объявления в прошлом году о завершении карьеры один из лучших в истории российских теннисистов – экс-третья ракетка мира, обладатель Кубка Дэвиса-2006, победитель итогового турнира ATP-2009 и ещё множества соревнований — Николай Давыденко на какое-то время исчез с теннисного горизонта. Тем приятнее его было увидеть во время мероприятия, посвящённого продлению сотрудничества между Jaguar и «Банк Москвы Кубок Кремля». В интервью «Чемпионату» Николай рассказал о рождении сына Константина, о желании отдать старшую дочь Екатерину в теннис, о шоке от победы сборной России над Испанией в Кубке Дэвиса и шансе вернуться в Мировую группу, а также планах посетить возрождённый турнир St. Petersburg Open.

— Николай, у вас недавно родился сын. Теперь забот стало в два раза больше?
— Сын родился на 9 мая, рано утром. Конечно, для меня это радость, что он родился. Но то, что ещё в такую дату, – это что-то особенное. У нас вообще был срок 3-4 мая. Мы думали: классно будет, если 5-е. Но когда ждали до 9-го, для нас был немножко шок, но в хорошем смысле, конечно. Родился ребёнок, мальчик, назвали Константин. Не то чтобы в честь кого-то, просто думали, выбирали – Александр или Константин. Мы это решили только тогда, когда он родился. Жена посмотрела на него и сказала: «Костя!» (смеётся).

— Сын уже как-то свой характер проявляет?
— Да, конечно. Он практически весь в маму. Он даже похож на неё внешне. Например, старшая девочка – она вся в меня: эмоции и всё-всё-всё. У неё всё моё. А он совсем другой – с ним проще, спокойнее, он не так кричит, более терпеливый. Немножко всё по-другому. Интересно, когда есть два ребёнка в семье и всё видно, как они отличаются. Это интересно замечать.

Родился ребёнок, мальчик, назвали Константин. Не то чтобы в честь кого-то, просто думали, выбирали – Александр или Константин. Мы это решили только тогда, когда он родился. Жена посмотрела на него и сказала: «Костя!».

— У вас старшая девочка, Катя, очень подвижная. Вы планируете её отдавать в спорт?
— Сейчас ей пока 3,5 года. Я думал об этом. Так как я живу в Таганском районе, для меня ближайший клуб – это Камельзон. Я пару раз там был, спросил его насчёт детей – он сказал, что у них набор детей с 5 лет. Ну, хорошо, с пяти так с пяти. Я думаю, что отведу её туда. Это рядышком, ехать пять минут на машине. Отвозить ребёнка без пробок – это очень удобно получается, в летнее время. А в зимнее – я пока ещё не решил. Помню, что при федерации ещё есть клуб по Нижегородской улице, не доезжая МКАД, там есть зал из 4, 5 или 6 кортов. Я там был с Игорем Куницыным. Может быть, там тоже есть детские маленькие группы, и её туда можно будет водить. Да, теннис хотелось бы. Плюс записать её на английский язык. Есть занятия уже с 3-4 лет. Но она ещё на русском-то не научилась нормально разговаривать, чтобы её куда-то записывать. Записали её в танцы.

— Вы же сейчас в основном Москве живёте?
— Практически всё время.

— Проблема у дочки с русской речью, потому что в Германии жили и возникла путаница?
— Да нет. Просто она заговорила очень поздно, и ещё нет чёткого разговорного языка, чтобы понимать. Если сейчас мы начнём её в какое-то другое направление отдавать, она тогда и в русском запутается. Поэтому мы пока хотим сейчас такую базу набрать, а потом уже куда-то отдавать. Но это будет в дошкольный период. Я думаю, в 4-5 лет. За год-два до школы это всё возможно сделать.

— Ваша дочь была очень запоминающимся участником ваших проводов из тенниса в октябре во время турнира «Банк Москвы Кубок Кремля». Как сейчас, спустя время, вспоминается для вас это событие?
— Когда мы с вами общались, я говорил тогда, что мне ещё снится теннис. Сейчас уже всё, все этапы прошли. За последние 3-4 месяца я практически забыл теннис. Январь я ещё привыкал, а февраль-март – уже практически забыл. Я уже не чувствую себя в туре, не чувствую себя профессиональным теннисистом. Мне как-то это легко далось, но повторюсь, что понадобилось какое-то время – более полугода, чтобы с этим смириться в психологическом плане.

— Раз произошло отстранение от тенниса, то как вы на него теперь смотрите со стороны?
— Сейчас я от него отстранился так, что вообще не следил. Да, иногда случайно смотрю, но что там смотреть? Джокович, Федерер – ничего не меняется, всё то же самое. Ну, появляется кто-то, один-два человека. Чисто случайно в прессе прочитаю. Но чтобы смотреть, следить за результатами, кто какой турнир выиграл – вообще ничего не знаю, понятия не имею. Для меня это сейчас как будто другой мир.

Я не знаю, что там во Владивостоке испанцам дали съесть такое в последний день, что наши выиграли, или чего наелись наши. На самом деле по рейтингу, по результатам после первого дня – 0-2 – даже нельзя было подумать об этом.

— Но, тем не менее, про успех сборной России с испанцами в Кубке Дэвиса вы наверняка знаете.
— Да, ну конечно! Читал. Это прямо вообще! Думаю, если будет Куницын сегодня, я хотел бы с ним поговорить. Как?! Я не знаю, что там во Владивостоке испанцам дали съесть такое в последний день, что наши выиграли. Или чего наелись наши (улыбается). На самом деле по рейтингу, по результатам после первого дня – 0-2 – даже нельзя было подумать об этом. Выиграть 3-2 – даже когда я играл, это было практически нереально (смеётся).

В этот момент подошёл Игорь Куницын, и бывшие товарищи по сборной тепло друг друга поприветствовали.

— Этих молодых ребят, которые сейчас играли во Владивостоке, вы воспринимаете как своих наследников?
— Конечно, я очень рад. А ещё я обрадовался, что сейчас будет игра за право перехода в высшую лигу. Я просто не следил, с кем будем играть.

— С Италией, дома. Правда, место проведения пока неизвестно.
— Вот это шанс! Я думаю, что это хороший шанс, чтобы выйти в высшую лигу. Если они выйдут, то будут вообще молодцы. После такого провала это будет просто шикарно.

— Тот провал вы болезненно воспринимали? Когда сборная упала из Мировой группы и не только не могла сразу вернуться, но ещё и отстаивала два года право остаться в группе I.
— Это тяжело, что такая большая страна, как наша, могла опуститься в такую нишу. Это немножко было непонятно: мы всё время держались среди лидеров – были в пятёрке сильнейших команд мира, а потом чуть не опустились в третью лигу – это было неприятно. Сейчас-то я, конечно, радуюсь, что парни молодцы и смогли одолеть испанцев.

— Капитан сборной Шамиль Тарпищев говорит, что перед выбором покрытия советуется с игроками. Если бы вас сейчас спросили, что бы вы посоветовали постелить на матч против итальянцев?
— Быстрое покрытие. Итальянцы практически все любят грунт. Это их покрытие, они с него начинали. Никто из них не любит самое быстрое покрытие. Тот же Фоньини. Может быть, он может на харде сыграть, но всё равно для него это хуже. У нас такие теннисисты, что я даже не знаю, что для них выбрать – медленное или быстрое. Я без понятия. Но против итальянцев нужно быстрое.

— А наш RuKort, на котором почти все турниры в России проходят, какой? Можно его назвать достаточно быстрым?
— Нет. Он медленный. Ещё очень многое зависит от мячей. Они бывают разные. Покрытие и мяч – самые важные элементы. А там уже подбирается, какой мяч лучше под какое покрытие. А это уже решать не мне (улыбается).

— Сейчас московский турнир подписал очередное соглашение со спонсором, а ещё в этом году возобновляется турнир в Питере…
— Я очень рад, что у нас снова будет турнир в Питере. Меня туда пригласили, и я им сказал, что подъеду туда на полуфиналы и финал, на субботу-воскресенье. То есть если в те сроки я буду в Москве, то я подъеду, мне этого бы хотелось. Я давно не был в Питере, давно не играл, хотелось бы его посетить. Приятно будет.

Дмитирй Шахов, Даниил Сальников и Николай Давыденко

Дмитирй Шахов, Даниил Сальников и Николай Давыденко

Фото: Алёна Сахарова, «Чемпионат»

Комментарии